Цитаты из книги Вор

Легче всего боль переносится в движении

…Последнюю ночь он провёл на высокой овсяной скирде и, продрогший от росы, слушал крики сов в ближнем лесу, следил за угасаньем звёзд в зените. Несмотря на многие фронтовые ночи под открытым небом, никогда не бывал он до такой степени наедине с родной природой, и всю ночь не покидало его ощущенье, будто она в тысячу очей присматривается к нему отовсюду на предмет его пригодности в дальнейшем…

– В России должность иметь очень хорошо, Леонтий, в России все должности доходные!

Оба рассмеялись, и смех не то что сблизил их, а столкнул на искренность и откровенность.

– Человек из того сочиняет, что пред его глазами лежит…

Не скажу про всех, а немало таких найдётся, которые из-за устрицы на всё пойдут!

Создавалось странное убеждение, что у вора и трагедия выглядит не краше балагана!

– Нонче блудных отцов не меньше блудных сынов по русской земле скитается…

Хлебушком-то глубже кнута прохлестнёшь…

До остановки попутчики успели обменяться сведениями об урожае, погоде, также о повадках поездного начальства, и снова поразили Векшина сытость и целительность даже беглого разговора о самом важном и простецком на свете, что помогает жизни, не мешая жить.

Таким образом, разговор их походил некоторым образом на сговор, а сговор – наполовину уже заговор!

Она поймала на себе наблюдательный, через весь стол, Клавдин взгляд и вся облилась изнурительным зноем при мысли, что и двух часов нет её замужеству, а по самочувствию уж совсем конченая старуха.

– Мне тут, характерно, словцо одно приснилось, марабу. Что такое значит марабу? Вы хотя человек и неуравновешенный, но довольно начитанный…

Все мы лишь капли и сильны – покамест в океане, который швыряет волны, гложет скалы, спорит с небом…

Подозрительного происхождения трёхнотный звук этот подкреплялся противоречивым фирсовским указанием, будто "оба напрасно искали друг в друге того вечного счастья, какое заключено в самой тщетности всяких поисков".

– Да просто я представить не могу, какого масштаба должно быть горе, чтобы причинить вам такую любовь…

Хлопья непрочного пока снега срывались с перегруженных ветвей, а прокаленный морозцем воздух приобретал такую прозрачность, что почти видно становилось глазам то самое, для чего открывались однажды.

Слава возвращалась к нему – падающая звезда ярче светится к концу