Цитаты из книги On Writing

Чтение — творческий центр жизни писателя. Я, куда бы ни шел, беру с собой книгу и всегда нахожу самые разные возможности в нее зарыться. Штука в том, чтобы научиться читать не только взахлеб, но и маленькими глоточками. Залы ожидания — они, конечно, просто созданы для книг, но ничем не хуже и театральные вестибюли, и скучные очереди на контроль в аэропорту, и — любимое всеми место —сортир. Можно даже за рулем читать — да здравствует революция аудиокниг.

Давайте поговорим еще чуть-чуть о диалоге — звуковой дорожке нашей программы. Именно диалог дает вам возможность услышать голоса героев, и ничто другое не позволяет так определить их характеры — только дела людей говорят о них больше, чем их слова, и разговор — вещь коварная: часто они (говорящие) показывают себя другим с неожиданной стороны, сами того не зная.

Не ждите прихода муза. Как я уже говорил, это тупоголовый мужик, не поддающийся творческому трепету. У него не стучащие столы мира спиритов, а обычная работа, как прокладка труб или перегонка грузовиков. Ваша работа - довести до его сведения, что вы находитесь там-то и там-то с девяти до полудня или с семи до трех. Если он это будет знать, уверяю вас, он рано или поздно появится, жуя сигару и совершая волшебство.

Я считаю, что всякого, кто употребляет фразу «Это классно», надо ставить в угол, а за слова «в данный момент времени» или «в темное время суток» надо отправлять спать без ужина (и без писчей бумаги тоже).

Для таланта сама идея репетиции ничего не значит; если вы найдете что-то, в чем вы талантливы, вы будете это (чем бы это ни было) делать, пока не пойдет кровь из пальцев или глаза из орбит не начнут выпрыгивать.

Писательство - работа одинокая.

Я что хочу предложить? Чтобы писать на высшем уровне своих возможностей, надлежит сделать себе свой ящик для инструментов и отрастить такие мышцы, чтобы повсюду таскать его с собой. И тогда не придется смотреть на трудную работу как баран на новые ворота – можно будет взять нужный инструмент и заняться делом.

Дело в том, что почти все писатели действительно попрошайки.

Иногда надо продолжать, даже если очень не хочется.

Если вы никогда никогда раньше этого не делали, то увидите, что чтение собственной книги после шестинедельной отсрочки - впечатление странное, часто даже пьянящее. Она ваша, вы узнаете ее как свою, даже можете вспомнить музыку, звучавшую из колонок, когда вы писали то или это, и все равно вы будто читаете чужую работу, какого-нибудь душевного близнеца, быть может. Так и должно быть, для этого и надо было выждать. Всегда проще убивать чужих любимых, чем своих.

Эту часть работы я люблю, потому что я заново открываю для себя собственную книгу, и обычно она мне нравится.

Немного позже, давая интервью "Плейбою", я назвал Хермон "Задницей мира". Хермонцы были в справедливой ярости, и я приношу им свои извинения. На самом деле он всего лишь подмышка мира.

Я думаю, правило "пишите о том, что знаете" надо трактовать как можно более расширительно и свободно. Если вы слесарь, то слесарное дело знаете, но этим же ваше знание далеко не исчерпывается: много знает сердце, и еще больше знает воображение.

...читатель должен быть вашей главной заботой: без Постоянного Читателя вы лишь голос, попискивающий в пустыне.

Мысль, что творчество и дрянь, меняющая сознание, ходят парами, - это один из величайших мифов поп-интеллигенции нашего времени.

Писать вымысел – это почти всегда приятно, но каждое слово не беллетристики – это пытка.

"Честность - лучшая политика" (Мигель де Сервантес)

Впустить в свое произведение весь мир вы не можете, но можете впустить тех, кто значит больше всего. И это надо делать.