Цитаты из книги Burglars' Trip

Моя сторона – это только то, что нужно мне на данный момент времени.

IV часть

Из этого мира уходят краски, Альба. Уходят так неотвратимо, что их присутствие стало считаться дурным тоном.

☆★☆

Больная душа вовсе не исключает выдающегося разума.

☆★☆

Мечты, Севочка, должны сбываться. Хотя бы визуально. Это гуманно.

☆★☆

все вокруг обман.

☆★☆

после смерти характер в какой-то степени портится у всех.

☆★☆

- Не имей привычки тащить в дом что попало. Да еще и краденое.

"А то, знаешь, как бывает, старые друзья, старые друзья, а потом оглянуться не успеешь - уже Председатель"

- Это опять случилось, - сказала она в наступившей тишине. – Чудовище напало на ученицу, на этот раз - утащив ее в Тайную комнату. Вот и все. У нас гарантированный труп. Фэйт убил ребенка. Надо… надо… надо подставить кого-нибудь...

Из всех живых существ только человек знает о смерти, понимает, что это такое, и только человек - умирает. Все остальные, божества в том числе, просто прекращают свое существование. Смерть животного или растения - это очередной, завершающий цикл их развития. Ни одно создание, кроме человека, о смерти не знает и полностью ее смысла не осознает. Это жестоко, но взамен человеку многое дано. Гораздо больше, чем всем.

Так не бывает, - засмеялся я. – Так не может быть. Если решить никак нельзя, значит, не нужно.

- Нужно.

- Тогда решается.

Не помню уже, за каким гиппогрифом мы на тот вокзал попали, а только ждали нас там. Ночь, ливень, вспышки, авроров тьма, одним словом – сумасшедший дом. Отбиваюсь как могу. Вижу – дама. Я к ней со всем уважением. «Avada, - говорю, - Kedavra!» А эта зараза отскочила, развернулась да как засветит мне ботинком по зубам. Девушка называется.

Я, конечно, сохранил тот номер. Прочел его целиком и даже выучил наизусть. Весь. До сих пор помню рецепт любовного зелья от Вантес Вотс. Однажды рассказал о нем Айсу. Он уверял, что я все перепутал, и это усовершенствованный вариант пургена. Ничего я не перепутал. Но не буду же я спорить с Айсом о зельях. Ему видней.

- Почему Фадж не желает признавать очевидные вещи?!

• Потому что как только он признает реинкарнацию Темного Лорда, Рита Скитер мгновенно напишет, что Министерство заплатило Поттеру за возрождение тысячу галлеонов.

Не делится мир на «хорошо» и «плохо». Только на «мое» и «чужое». Это относится ко всему. К вещам, к желаниям, к мировоззрению, к вере, если угодно.

Слушай, а давай просто все перемешаем, и я с закрытыми глазами выберу, - медленно опуская веки, сонно бормочет Фэйт. А потом что? Я не понимаю, как можно относиться столь легкомысленно к такому важному вопросу. Это же на всю жизнь!

• Ты уж тогда выбирай из блондинок, раз тебе все равно. Хоть останешься в своей цветовой гамме.
• Нет, ты знаешь, я передумал. Давай все перемешаем, и ты выберешь. Только не подглядывай!
• Я-то здесь при чем?
• Как при чем? Я потом буду знать, кто во всем виноват.

Также сказал, что очень меня просит о глупостях забыть, а вспомнить лучше, что послезавтра экзамены начинаются, а знания, как известно, половым путем не передаются.

- Я собираюсь сегодня ночью прошвырнуться по лесу. Для этой цели я и взял кое-что. «Прошвырнуться» по лесу? В который и днем-то дальше, чем на пять ярдов лучше не заходить? Я с ним не пойду! Ни за что! Как бы он меня ни упрашивал! Исключено!

• Ты возьмешь меня с собой?

Использовать черную магию высшего порядка для разрешения конфликта с соседом по комнате! Действительно, почему бы и нет? Мальчик не привык мелочиться! Все равно, что Авадой Кедаврой комаров отгонять. На Диагон Аллее. Прямо перед Гринготтсом.

Я ненавижу необратимые процессы. Может быть, даже больше, чем страх. Просто со страхом сталкиваешься каждый день, и он очень мешает жить. А с необратимыми процессами встречаешься гораздо реже, и в повседневной жизни о них забываешь

- Кес, что мы здесь делаем?

• Пытаемся совместить неприятное с... еще более неприятным.
• А полезное будет? - раздраженно спросил я.
• Непременно. Все это будет очень полезно, но, боюсь, крайне неприятно. Для всех.

Томми никогда не обманывался относительно себя, своих методов, своих идей и своих целей. Он не обманывал ни себя, ни других. Он не хотел облагодетельствовать человечество. Он хотел властвовать.

А то еще и правда попросит убить кого-нибудь, что я тогда стану делать? Предложение-то прозвучало. Почти официальная оферта.

Заниматься «анализом» меня учил отец. Это означает думать, думать, пока голова не треснет, или пока не найдется самое важное, которое называется «главное».