Цитаты из книги Arc de Triomphe

"Жить - значит жить для других. Все мы питаемся друг от друга..." (Эрих Мария Ремарк "Триумфальная арка")

"Какая глупость, - думал он. - Ждать женщину, которая только нынче утром от тебя ушла."

Она слышит лишь то, что ей хочется услышать, а остальное её не волнует.

Не геройствуй. Не будь идиотом. Стреляй, только когда наверняка сможешь уйти.

- Я была тебе не пара... - прошептала она.
- Ты была мне жизнью...

И он вдруг понял, что не знает - смешон ли он или несчастлив по-настоящему, взаправду ли страдает или нет. Одно только он сейчас знал: он сейчас жив! Он снова жив! И жизнь снова владеет им всецело, его сотрясают её биения, он больше не сторонний наблюдатель, неистовый жар неодолимых чувств вновь растекается по жилам, как пламя в топке мартеновской печи, и ему уже почти безразлично, счастлив он или несчастлив, ибо он снова жив и чувствует в себе жизнь, снова и сполна, и одного этого достаточно!

Что бы она ни делала - это поглощало ее всецело. Он лишь смутно, краем сознания для себя отметил, что в этом не только особая прелесть, но и опасность тоже. Она само упоение, когда пьет, сама любовь, когда любит, само отчаяние, когда отчаивается, - и само забвение, когда станет забывать.

- Да вот хотя бы вам - вам разве не приходилось молиться, когда совсем припрет, когда жизнь на волоске?
- Разумеется. Да я и не атеист. Всего лишь слабоверующий.

-Вы не из Прованса?-вежливо спросил он.
Хозяин опешил.
-Нет.А это еще при чем?
-Да ни при чем, -бросил Равич.-Просто хотелось вас прервать.А для этого лучше всего годится какой-нибудь идиотский вопрос.

У того, кто отовсюду гоним, есть лишь один дом, одно пристанище – взволнованное сердце другого человека. Да и то на короткое время. Не потому ли любовь, проникнув в его душу – душу изгнанника, – так потрясла его, так безраздельно завладела им? Ведь ничего, кроме любви, не осталось. Не потому ли он пытался бежать от нее? И разве она не устремилась за ним, не настигла его и не повергла ниц? На зыбкой почве чужбины куда труднее вновь встать на ноги, чем на родной земле.

Пусть она ему чужая, как и сам он чувствует себя чужаком везде и вчюду, – но именно это и сближало их сейчас сильнее всяких слов и прочнее долгих лет постылой привычки.

На белом столе лежало то, что ещё пару часов назад было надеждой, дыханием, болью, трепетным биением жизни. Теперь же это был всего лишь никчёмный труп- а бездушный человек-автомат в лице медсестры Эжени, страшно гордой тем, что она никогда не совершала ошибок, уже накрыл этот труп простыней и вывозил на каталке. Такие дольше всех живут, подумал Равич, жизнь просто не замечает эти деревянные души, вот и смерть их не берет

- Вы не из Прованса?
- Нет. А это ещё при чём?
- Да ни при чём. Просто хотелось вас прервать. А для этого лучше всего годится какой-нибудь идиотский вопрос. Иначе вы бы ещё битый час тут распинались.

Достаточно и того, что тебя не ждёт ничего, кроме нескольких чемоданов

это только в литературных шедеврах случайностей не бывает, а в жизни их хоть отбавляй, причем самых идиотских

нынешний час - это и есть жизнь
мгновение - оно ближе всего к вечности, твои глаза мерцают, сквозь бесконечность веков сочится звёздная пыль