Хозяйство подчинялось той же логике, что и сад, – всё питало всё и всё от всего зависело, а потому шло своим единственным чередом, и следовать этой логике было так же естественно, как вообще жить – рождаться, взрослеть, размножаться и тихо уходить в сытную, всех питающую землю.

Великолепная, замечательная, интересная книга «Сад». К этому списку можно подобрать еще много эпитетов, которые охарактеризуют данное произведение Марины Степновой. Оно покоряет буквально с первых страниц своими живописными описаниями сада, который становится полноправным героем. Кажется, что только с его участием в жизни семьи могут происходить разного рода изменения.

Все начинается с того, что писательница знакомит нас с теми, кто станет зачинателями большой истории семьи Борятинских: супруг Владимир Анатольевич, князь и генерал-фельдмаршал, и жена Надежда Александровна, урожденная фон Стенбок. Немолодая пара, купившая себе новый дом в Воронеже с красивым садом, отличной малиной и не менее прекрасной вишней. В один из прекрасных летних дней 1869 года уже немолодая чета случайно зачала ребенка. Хотя на тот момент у них уже были двое старших детей — Лиза и Николай.

«Николай и Лиза, успевшие осмотреть дом (обоим он показался старым и безобразным), изнывали от скуки и беспокойства в скверно обставленной провинциальной гостиной. Прогулка могла бы скрасить им ожидание, но заоконный сад било крупной дождевой дрожью».

Пока немолодая мать была на сносях, во всем помогал ей местный врач Мейзель Григорий Иванович — «немолодой, крепкий, круглая крупная голова стрижена под седой, густо перченый ежик». Однажды, прогуливаясь по саду, Надежда Александровна упала, и Мейзеля отлучили от дома.

«С ноября до конца марта Надежда Александровна пролежала в кровати, скрестив на животе все выше поднимающиеся руки и глядя за окно. За окном был сад. Это всё, что у нее теперь оставалось. Чудом уцелевший ребенок. И сад».

Но после рождения девочки Туси (Натальи Владимировны), когда жизнь ее была на волоске, Григорий Иванович вернулся в поместье и теперь уже остался там навсегда. Он выходил и выкормил малышку козьим молоком. Учил ее всему и, несмотря на то что в пятилетнем возрасте маленькая Туся не говорила ни слова и была, как считали все вокруг, немой и «страшным чудищем», казалось, только он верил в то, что все изменится. Так и получилось.

Но благодаря ему на свете выжила не только девочка Наташа, но и еще одна малышка — Анюта Арбузова. Ее мать, Арбузиха, была портнихой и шила платья для Надежды Александровны.

«Когда-то (впрочем, очень недолго) Мейзель Арбузиху уважал — по-настоящему, как мало кого уважал. За неприметную твердость. Нет, не так. За веру в себя, в свою правоту — какую-то раннехристианскую, древнюю, почти мученическую. За то, что не сдалась и даже не собиралась. За то, что выбрала ребенка — не себя. Мейзель такого у местных почти не встречал. Да и не только у местных».

Немного о девочке, которой суждено было сыграть немаловажную роль в судьбе семьи Борятинских, хотя частью которой она так и не смогла стать:

«Нюточка была старше Туси на полтора года. С пяти лет ходила с матерью по заказчицам, только к Борятинским ее не водили. Так ни разу Арбузиха ее с собой и не взяла — будто стыдилась или боялась чего. А чего было бояться? Что рассказанная Нюточка окажется лучше настоящей? Так она сызмальству вести себя была приучена строго. Арбузиха голоса на неё сроду не подняла, не то что руки, а Нюточка все равно небалованной росла, скромной. Помогала даже. Худенькая, изящная, всегда наряженная неброско, но удивительно к лицу, подавала матери то портновское мыльце — разметить будущую вытачку, то толстенькое бархатное сердце, плотно ощетиненное булавками. Могла наметать что-нибудь по указке, подрубить подол крошечным бисерным швом, но, признаться, к портновскому делу была непригодна. Над шитьем откровенно изнывала и, главное, не умела соотнести вместе штуку ткани, куски выкройки и живую заказчицу. Фантазии не имела все это оживить».

Помимо семьи Борятинских, в книге есть рассказы еще о двух молодых людях и их семьях. Александр Ульянов из города Симбирска (ныне Ульяновск) (думаю, знакомая фамилия и город проживания сразу говорят, чей он был родственник):

«Всего четырнадцать лет, господи! А такой упрямый. Такой взрослый. Такой некрасивый. Весь в отца. Видом сумрачный и бледный, духом смелый и прямой. Каково-то будет жить с таким характером?» … «Саша улыбнулся — и стал особенно некрасивым: скуластый, умный, весь словно собранный из неправильных треугольников».

И его друг, красавец Виктор Радович.

Все эти мальчики и девочки, взрослые и молодые, в конце концов сплетутся вместе и дадут ростки для других историй, новых жизней в свежем саду. Книга Марины Степновой наполнена красивыми описаниями сада, очаровательными портретами персонажей и их сильными характерами. В повествовании мне понравилось абсолютно все: и сад, ставший полноправным героем, и сюжетные линии, и то, через что проходят люди, чтобы в финале стать лучшей версией себя.

И только тогда Радович увидел наконец ее (Тусю) всю — как есть. Высокие скулы, сильную линию вздернутого подбородка, постав крепкой шеи, не знающей, что такое кланяться. Она не была красива, в чем-то и вовсе откровенно дурна — широка в кости, почти коренаста, грубо темноволоса, но даже это говорило о главном, о сути, подтверждало и словно подчеркивало ее. Сила. Свобода. Легкость и точность каждого движения. Прямой взгляд. Выхоленная, словно изнутри сама светящаяся кожа. Сотни и сотни лет абсолютной власти — над другими. Над собой. Вот как она выглядела — настоящая кровь королей.

Я считаю, что все премии книгой получены абсолютно заслуженно.

9 понравилось

Отзывы о книге Сад

Сад

Комментарии 0