Отзывы о книге Имя Розы
PRS224629 мая 2026ИМЯ ИНТЕРПРЕТАТОРА
«Что есть жизнь? Пепел, зола и ещё рассказ.» Марк Аврелий
«... ни один уголовный кодекс не предусматривает наказаний за преступление против литературы. И среди преступлений этих наиболее тяжким является не преследование авторов, не цензурные ограничения и т. п., не предание книг костру. Существует преступление более тяжкое — пренебрежение книгами, их не-чтение.» Иосиф Бродский
«Тренеры не играют» - фраза зачастую используемая в отрыве от основного значения и с определенной ноткой иронии. Как-раз иронический вариант этого выражения меня интересует, ведь его легко перевести на судьбу литературоведов, лингвистов, филологов и т. д. Есть некий комизм в том что люди отдающие себя изучению текстов во всех их проявлениях, в большинстве случаев художественных, часто сталкиваются с проблемой в создания собственных.
Увы, люди отдающие себя изучению например Достоевского, читающие его работы и пишущие о них свои работы не могут создавать как Достоевский, во-первых они не Достоевский (если они себя таковыми считают, то их место находится в другой области среди людей считающими себя Цезарями и Наполеонами), во-вторых понимания работы текста недостаточно для его создания, творческий процесс трудно воссоздать научным подходом, а если и получается то выходит, что-то подобное худшим произведениям соцреализма. Но встречаются исключения вроде Умберто Эко, чье художественно-литературное творчество ознаменовало себя спустя годы научной и научно-популярной деятельности. В возрасте 48-им лет Эко публикует свой дебютный роман «Имя розы», на коего он реализует многолетний опыт изучения теорий постмодернизма, знания в медиевистики, философии и семиотики.
Соответствуя духу постмодернизма роман трудно охарактеризовать одним жанром, по сути текст Эко -это нагромождение литературных направлений. Для одних это детектив в условиях средневекового монастыря, для вторых исторический роман с широким пластом философско-религиозных размышлений, для третьих гимн эстетики средневековья. И таким образом в романе каждый читатель может найти что-то свое и дать свое объяснение смыслам заложенным в текст. Кстати, разрешения на поиск своих смыслов в тексте, следуя тем же принципам постмодернизма, дал сам автор:
«Автор не должен интерпретировать свое произведение. Либо он не должен был писать роман, который по определению – машина-генератор интерпретаций.» (Заметки на полях «Имени розы». У. Эко)
«Ничто так не радует сочинителя, как новые прочтения, о которых он не думал и которые возникают у читателя.» (Заметки на полях «Имени розы». У. Эко)
В тоже время такая полифония жанров может служить и препятствием для читателя ищущего конкретное направление, лично для меня такими стали фрагменты с объяснением исторического контекста эпохи, в частности история религиозных преткновении. Для других читателей таким фрагментом стал недостаток детективной составляющей, особенно это забавно на фоне того что первые издания романа на постсоветском пространстве распространялись как детектив, что напоминает случай Фаулза:
«Литература англоязычных стран на московских книжных лотках представлена в основном жанром, который можно назвать «эрзацем видео для бедных». Приличным книгам... приходится мимикрировать и маскироваться под пошлость. Роман Джона Фаулза «Коллекционер», появившийся недавно на русском языке, назван в коротком предисловии «эротическим детективом». В каком-то смысле это обман читателя – под видом щей из капусты ему подсовывают черепаховый суп.» Виктор Пелевин - Джон Фаулз и трагедия русского либерализма
Пользуясь разрешением автора попробую объяснить что этот роман значит для меня. Намой взгляд текст представляет собой манифест поиска не истины, а знания, как одного из источников перемен. На страницах книги автор бросает вызов не только ярому консерватизму, но идеям сохранения и следованию за неопровержимыми истинами. Эко показывает как idee fixe может толкнуть человека жертвовать не только собой, но и, что хуже, другими. Все это рассказывается не только через сюжет романа, но через религиозные диспуты, в частности о бедности Христа и к чему это приводило людей в итоге.
«Бойся, Адсон, пророков и тех, кто расположен отдать жизнь за истину. Обычно они вместе со своей отдают жизни многих других. Иногда – еще до того, как отдать свою. А иногда – вместо того чтоб отдать свою.»
И напоследок хотелось бы вернутся к отказу от прав на интерпретацию автором. Со стороны Эко этот шаг весьма понятен не только как дань концепции «Смерти автора», но и понимание что читателям и филологам не нужно мнение автора о его творчестве, им нужно создать свое виденье «Что автор хотел сказать?». Напоминает историю одной девочки и школьного сочинения о повести Валентина Катаева «Сын полка», девочка решила расспросить дедушку своей подруги на мотивы повести и на основе полученных знаний написала свое сочинение на тройку с минусом с комментарием, что автор думал совсем о другом, несмотря на то что тем самым дедушкой был сам Валентин Катаев.
6 понравилось89
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым