Отзывы о книге Чтец
donkoboza24 апреля 2026Неграмотность - это душевное несовершеннолетие.
Роман потраченного потенциала. Зачем вообще делать бекграундом для своей истории послевоенную Германию, если ты никак не собираешься развивать эту тему? Для того, чтобы написать книгу о дилемме "можно ли за спиной человека причинить ему добро?", совершенно не нужны ни фашисты, ни концлагеря, ни тщательно скрываемое военное прошлое.
"Чтец" то и дело обманывает ожидания, ловя читателя на крючок потенциально очень интересных и сложных тем, чтобы затем в качестве улова преподнести достаточно слабенький рассказ об уже упомянутой дилемме. По ходу дела Шлинк упоминает претензии послевоенных немецких детей к своим родителям за их конформизм и слишком долгое молчание (хороший заход); затем он между делом вспоминает, что до появления голливудских блокбастеров вроде "Выбора Софи" и "Списка Шиндлера" часть населения Германии относилась к фотографиям и историям из концлагерей как к клише, которые не вызывали у них никаких эмоций (вау-откровение, совершенно неожиданная точка зрения на войну от побежденной стороны); в конце концов основная сюжетная линия возможна лишь потому, что главный герой учится на юриста и на семинарах они обсуждают, можно ли судить человека задним числом за преступления, которые на момент их совершения преступлениями не считались вовсе (весьма труднорешаемая морально-этическая задачка). И вот вместо всего этого Шлинк решил сосредоточиться на простеньком абстрактном вопросе о разглашении чьего-то секрета в его же интересах. Подобная драма может быть разыграна хоть в середине двадцатого века, хоть в нулевых, хоть прямо сейчас - зачем нужно было помещать ее столь волнующий исторический бекграунд, который подобно аляпистой разноцветной занавеске болтается на заднем фоне?
И даже в выбранном направлении Шлинк порой умудряется написать ерунду. Основа "Чтеца" - романтические отношения между немецким мальчиком Михаэлем и взрослой женщиной Ханной; Михаэль вырастает, становится юристом и, внимание, называет эти отношения "любовью". Ни один юрист не назовет секс между несовершеннолетним и взрослым "любовью". Более того, Шлинк сам пишет, что по мере взросления Михаэль стал стыдится этой связи и хотел ее поскорее забыть, затем БАМС! И Михаэль уже смотрит на Ханну как на предмет своей чистой любви. Шлинк будто запутался между фабулой романа и тем, что он хотел сказать.
Где-то совсем на периферии пребывают размышления о силе слов, о том, как оброазование открывает глаза, как оно помогает заглянуть вглубь самих себя - как и остальные небанальные линии, ее постигла участь быть задвинутой даже не на второй, а на третий план, чтобы на первом красовалась сентиментальную (и даже несколько стыдная) глупость.
4 понравилось181
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым