Отзывы о книге Исход(ы)
my_friendbook27 февраля 2026«Я живу в настоящем, но моя будущность — существовать исключительно в прошлом.»
Это роман-исповедь, дневник воспоминаний о странствии «длиною в жизнь», в котором он подводит итог(и) своей жизни и творчества, вспоминает родных и близких и осмысливает приближающийся собственный исход.
... хотелось бы понаблюдать за окружающим миром как можно дольше — вплоть до того времени, когда я соображу, что более не в силах полагаться на достоверность своих наблюдений: в этой точке мне предстоит распрощаться с самим собой.
Барнс просто и искренне, по-дружески и доверительно, делится своими мыслями и переживаниями, через внутренние искания пытается найти ответы на вопросы, «к которым не знаешь как подступиться», цитирует классиков, размышляет и философствует...
О памяти и потере идентичности.
... то, что мы привычно считаем воспоминанием, посещает нас, часто или не очень, на протяжении всей нашей жизни, слегка изменяясь от раза к разу, пока в конце концов не сложится в ту версию, которую мы убедим себя считать правдивой.
«Память — это идентичность», в таком случае, что мы представляем из себя, если нашим воспоминаниям — как новым репрезентациям первоначального опыта — нельзя верить?
О мозге, который знает все лучше нас.
Наш мозг знает о нас гораздо больше, чем мы о нем: он знает все, что знаем мы, тогда как мы лишь частично знаем, чем он занимается.
О попытках вернуть давнюю любовь.
У Пруста где-то сказано: «... воспоминания, что сохранили мы друг о друге, даже в любви, отличаются тоже.» Я бы заменил здесь «даже» на «особенно»... ... Разве зазорно вспомнить, каким был человек давным-давно, а после размеренно двигаться вперед, к нему сегодняшнему? Наверное, нет.
О дружбе.
Беда в том, что можно завести новых друзей, но нельзя завести старых.
О взрослении.
Все мы уже более чем взрослые... только, на мой взгляд, никто никогда не бывает полностью взрослым, все мы — лишь младенцы во взрослом одеянии... но уже настолько взрослые, что вряд ли станем взрослее...
О смерти.
Любая смерть распространяет вокруг себя горе. Умирающий вот-вот перестанет чувствовать что бы то ни было, а скорбящий долгие годы будет ощущать облучение смертью.
О сильных эмоциях.
Я чувствую, что сильные эмоции непременно оставляют свой след, и вопрос лишь в том, как нам вновь соприкоснуться с ними, чтобы получить возможность прожить свою жизнь с самого начала.
О случайности жизни.
... мы населяем эту планету уже тысячи лет — определенно, достаточный срок, чтобы заметить: жизнь не честна и не справедлива — добрых людей часто настигает зло, а злым иногда выпадает благо, и этот нежданный хаос неотступно маячит под любой безмятежной поверхностью.
О счастье, которое не всегда делает счастливым.
Коль скоро все твои ближние считают себя счастливыми, то и ты, вероятно, тоже счастлив, потому как надежных тестов на счастье пока не изобрели, кроме утверждений самого опрашиваемого.
О скоротечности жизни; неизлечимом, но контролируемом заболевании; наследии; сожалении о содеянном в прошлом; слишком сильной или не очень любви; сознании и вечной проблеме «разум-тело»...
Он честно признает, что не всегда был прав, считая себя мудрым знатоком побудительных мотивов людей «хотя бы потому, что написал столько книг», часто путал жизнь с вымыслом и «мнил себя кладезем полезных советов».
Барнс не скрывает, что смерть вызывает у него «ненависть, смешанную со страхом», «внутренний бунт против ухода в мрак ночной», вместе с тем он трезво сознает тщетность такого сопротивления и с философским спокойствием готовится принять неизбежное.
Он ищет утешение и ответы на свои вопросы в «великом искусстве», чаще всего обращаясь к Марселю Прусту — в поисках точек соприкосновения, связующих память и время.
Что до меня, то мне уже семьдесят восемь, и в моем творчестве эта книга определенно будет последней, знаменующей мой официальный исход, мой заключительный разговор с вами.
«Джулс был».
Теперь я понимаю, чем так притягателен Барнс, его проза — это сочетание изящной иронии, благородной интеллектуальности, точной наблюдательности и подлинной жизненной мудрости.
После прочтения осталось послевкусие грусти и меланхолии, но не безнадежности.
С этой книги лучше не начинать знакомство с творчеством Барнсом ) Тема старения и конца жизни может показаться слишком тяжелой для первого знакомства, без знания его предыдущих произведений и биографии будет трудно уловить все отсылки и тонкости, а смешение художественной прозы, эссе и автофикшна не позволит в полной мере оценить весь диапазон его мастерства.
3 понравилось74
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым