Больше рецензий

slow_reader

Эксперт

Эксперт Лайвлиба

26 января 2014 г.

887

4

Сирота бездетная

На моём мониторе кадры, датированные 2002-ым годом. 15 сентября в Москве проходил антикапиталистический митинг «Антикап». Колонна НБП, скандируя лозунги, пытается дотянуться древками своих флагов до шлемов омона. Закадровый голос ведущего поясняет: «…Задержано было около 90 членов Национал-большевистской партии. У задержанных были изъяты бутылки с зажигательной смесью…».
На экране орущая толпа молодых людей храбро и уверенно теснит ряды милиционеров, швыряя им вдогонку железные заграждения. Словно вышибленная дверь, отлетают эти решётки. Бурлящая людская масса, подобно лаве, растекается, уничтожая всё на своём пути. На пятой минуте в объектив камеры попадается молодой, с колючей щетиной и обритым черепом, Прилепин. Зажав в зубах сигарету, он бежит в сторону бреши, созданной его соратниками в милицейском заграждении. Кто-то кричит: «Верните нашу родину! Ро-ди-на! Ро-ди-на!». Объектив оператора выхватывает из толпы омоновцев, ведущих под руки упёрто несгибаемую молодёжь.
Спустя минуту, люди в форме пропадают из кадра вовсе. Ракурс насыщается митингующими, бегущими куда-то в дым, унося за собой лозунги и красно-агрессивные знамёна. Совсем рядом с камерой, сквозь шипение рупора доносится: «РЕ-ВО-ЛЮЦИЯ! РЕ-ВО-ЛЮЦИЯ! РЕ-ВО-ЛЮЦИЯ!». Последние три слога торопливо и радостно сливаются в один, будто скандирующему вот-вот нальют, в уже подставленную им тарелку, эту самую революцию - горячую, как свежесваренный суп. Это снова Прилепин, бежит за своими товарищами в облако дыма. Наверняка там происходит что-то грандиозное и важное, решающий момент в битве. Оператор преследует кричащего. Неожиданно, справа от бегущего вестника погрома, раскалённый воздух разрезает взмах чьей-то ладони, бьющей прямо по громкоговорителю. Разъярённый Прилепин разворачивается к человеку, посмевшему прервать его. Объектив камеры отплывает куда-то в сторону…
Крупным планом взята сцена, на которую выходит Проханов – младший. Он говорит о причинах митинга, который в последний момент был не разрешён и благодарит молодых нацболов: «Эти ребята спасли сегодня нашу честь».

картинка slow_reader

Честь… Как она выглядит? Помним ли мы её зыбкий силуэт, или же потеряли его? Герои романа «Санькя» точно помнят. Помнят и хотят вернуть. Когда дело касается страны или народа, недостаточно отвечать только за себя. Необходимо взять на себя смелость и ответственность за весь народ, за то, что объединяет тебя с ним. Молодые участники «Союза созидающих», которым посвящён роман, происходят из самого что ни на есть народа, а потому, как нельзя лучше чувствуют своё единство с родиной. Родиной, которая была уничтожена, опплёвана и истерзана. Герои представляются нам немного умалишёнными для современного общества. Чудаками и маргиналами, которые ищут и хотят вернуть то, что было давно утеряно и забыто. Их бесит и доводит до белого коления всеобщая смиренность. Молодые «союзники» не находят отзывов в сердцах людей, не видят тоски по тому, что было беспардонно отобрано и поделено новой властью.
Главный герой – Александр Тишин. Член «Союза созидающих». Молодой парень, выросший в деревне. Заставший её окончательную смерть, потерявший отца в молодости. Он застал крайний кусочек жизненного цикла того, о чём он так тоскует. Детство Саши наполнено счастьем, любовью, заботой. Чувство родины, почвы, дома родного и своей ответственности за эту землю было впитано им с раннего возраста. И потому, когда ничего из этого не осталось вокруг, он берёт на себя попытку вернуть то, что так дорого ему. Жизнь Саши расписана в романе достаточно подробно. Прилепин прорабатывает образ юноши, вставшего на защиту своего дома. В его биографии есть ответы на вопросы о первопричинах этого бунта.
Обширным эпизодом в романе представлены похороны отца Саши. Санька с мамой хотят похоронить отца близ родной деревни, но не могут туда добраться – дорогу развезло. Водитель отказывается ехать дальше, Санька плюёт на всё и тащит гроб отца по снегу. Смерть отца – трагедия для любого юноши. Отец является воплощением мужества, стойкости, защищённости. Теперь Саша один, теперь он мужчина в доме. Тишин упёрто тащит гроб, рискуя замёрзнуть насмерть, потому что знает: отец должен покоиться в земле родной.
Он не знает как себя вести: снять шапку, потому что мороз ему нипочём, или же, повинуясь стихии, надеть её. Этим странным поведением Прилепин подчёркивает желание Саши казаться мужественнее. Пусть герой это делает неумело, не зная как. Это несуразное поведение объясняется, скорее ранним возрастом. И от того становится ещё ужаснее, от осознания того, в каком возрасте на плечи героя пала эта ноша, но охватывает и гордость, от понимания того, в каком возрасте человек принял на себя ответственность, отвечать не только за себя.
Роман наполнен множеством споров на политические темы. Прилепин, кажется, вложил в эти споры все позиции: как своих соратников, так и их противников. За этими столкновениями идеологических плит, намерения героев, их досада и злость проявляются ещё чётче.

- Мне не нужна ни эстетическая, ни моральная основа для того, чтобы любить свою мать или помнить отца…
- Я понимаю. Но зачем ты тогда вступил в эту… в партию вашу?
- А она тоже не нуждается в идеях. Она нуждается в своей родине.
- Ой, ну не надо всех этих слов – то «русский», то «Родина». Не надо.
- Всуе не упоминать, да? – примирительно сказал Саша. – Я согласен.
- Какой, к чёрту, «всуе»? – взвился Безлетов. – Вы не имеете никакого отношения к Родине. А Родина к вам. И родины уже нет. Всё, рассосалась! Тем более не стоит никого провоцировать на все эти ваши мерзости с битьём стекол, морд, и чего вы там ещё бьёте…
- Лучше тихо отойти, - в тон Безлетову, но с понижением на полтона ответил Саша.
- Лучше тихо отойти в сторону, чем заниматься мерзостью.
- Лучше тихо отойти в мир иной, - сказал Саша.
- Да, представь себе. Лучше. Перед Богом это – лучше. Все ваши телодвижения, ваше трепетание – всё это давно потеряло смысл. Вы ничего не исправите. Но если вы начнёте пускать кровь, если уже не начали, - здесь Безлетов снова ещё прибавил голоса, - то…
Безлетов затянулся сигаретой и забычковал её не без оствервенения, словно задавил гадкого червяка.
Все сидели молча. Веня прокалывал зубочисткой отверстия в пачке сигарет, Негатив уставился в телевизор. Рогов смотрел в стол, покачивая под столом ногой.
- А вас что, всё устраивает? – спросил Саша, совсем успокоившийся, поймавший ритм разговора и с интересом разглядывающий Безлетова.
- Ты никак не поймёшь, Саша, - здесь уже нет ничего, что могло бы устраивать. Здесь пустое место. Здесь нет даже почвы. Ни патриархальной, ни той, в которой государство заинтересовано, как модно сейчас говорить, геополитически. И государства нет.
- На этой почве живёт народ… - сказал Саша, желающий вовсе не спора, но понимания того, о чём говорит Безлетов.
- Твой народ, - он произнёс слово «народ» раскатисто, с двумя «р» в середине, - невменяем. Чтобы убедиться в этом, достаточно было послушать любой разговор в общественном транспорте… Думаешь, этому народу, наполовину состоящему из пенсионеров и наполовину из алкоголиков, нужна почва?
- Живым – нужна.
- Живых на эту почву не хватит.
- Хватит.


Прилепин очень умело разграничивает взгляды людей, ему удаётся поймать за рукав тот момент, когда в споре аргументы перестают действовать и убеждать. Остаются лишь страсти и эмоции. И народ разгневан и зол. К несчастью, справедливо.
Герои романа «Санькя» знают: кто виноват, и что делать. Что происходит с ответами на их вопросы, автор знает не понаслышке. Вообще весь роман настолько правдив, что Россия узнаётся в нём с первых же строчек. Прилепин очень наблюдателен в деталях и меток в образах. В итоге, мы имеем страшную картину. В ней русские люди бьют русских людей. Бьют не ради задорного насилия, но ради своего долга. И сотрудники государственных служб, и разъярённые экстремисты – каждый тянет свою лямку, содрогая землю и проливая на неё кровь. Во имя чего льётся эта кровь? Впитает ли почва её, и какие плоды взайдут? Что делает карающая рука государства с неугодными ей? Исправляются ли люди, или же насилие пораждает насилие?
Герои романа «Санькя» - герои во всех пониманиях этого слова. Но насколько тяжёлый и горький этот, порой безрассудный, героизм?

картинка slow_reader

В 2011-ом году уже вся страна следила за событиями, происходящими на московских площадях. Тогда всё закончилось тем, что люди побоялись оставаться на Площади Революции и ушли на Болотную, потому что там не будут бить. Оставив ЦИК, мы оставили нашу возможность что-то изменить сегодня. Значит, народ не готов ещё жертвовать от себя чем-то во имя свершений. Почему же молодые нацболы готовы? Ответы есть в этом романе.
И всё-таки, как должна выглядеть честь России? В романе Прилепина, у чести не хватает передних зубов, сбиты кулаки, над скулой лиловый синяк, но горят глаза. Эта честь не хочет драться, не начинает драку первой, но и не может смиренно терпеть обиды в свой адрес.
Возвращаясь к событиям одиннадцатого года и их связи с текстом, хочется закончить последним предложением романа:

В голове, странно единые, жили два ощущения: всё скоро, вот-вот прекратится, и – ничего не кончится, так и будет дальше, только так.


Прилепин как в воду глядел…

Комментарии


Хорошая реца, плюсанул


Приятно. Спасибо)


Интересно!!! Спасибо!! книга в планах)))


Напишите потом о впечатлениях. Если не в рецензию, то в личку.)


обязательно отпишусь)))


Раз уж Вы начали с реальной жизни, до думаю, что, невразумительная психологическая/социальная мотивация Саньки в романе (некий животный патриотизм) отражает идеологическую кашу в голове Прилепина. А Лимонов, судя по его последним высказываниям, вообще "слетел с катушек".

Значит, народ не готов ещё жертвовать от себя чем-то во имя свершений.


Можно ещё вспомнить про бывшего лимоновского соратника - патриота-вурдалака Дугина.

Только свершений нам ещё недоставало!


Ну да, только бы не свершения! Лучше стабильно!


В данном случае я просто придрался к неудачному слову.
А наш народ только к разврату готов.


Не скажу за весь народ, но не все напичканы развратом.


Узок круг этих революционеров.
Страшно далеки они от народа

лол, да.
Герои романа далеки от народа. И Прилепин крайне далёк от народа. И Лимонов тоже за пуленепробиваемым окном своего пент-хауса России не видит наверно.


Мне кажется, что сейчас и Лимонову и Прилепину кроме них самих, уже никто не интересен.


Ну, Вам может казаться всё, что душе угодно.)


Это была просто формула вежливости.
Могу написать "уверен", по крайней мере в отношении Лимонова.


И на чём основана уверенность?


На том, что они говорят в последнее время.
Но это уже разговор за рамками ЛЛ.


ок.)


Читала роман почти три года назад, но хорошо помню вот это (и у вас мелькнуло) - зыбкость.
Нет единственно правых, все идут по тонкому льду. Чем дальше - тем больше запутываются: что делать? что говорить? что думать? А темнота всё сгущается.

Понятно
Мы используем куки-файлы, чтобы вы могли быстрее и удобнее пользоваться сайтом. Подробнее
Регистрация по электронной почте
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно
Регистрация через соц. сеть
После регистрации Вам будут доступны:
Персональные рекомендации
Скидки на книги в магазинах
Что читают ваши друзья
История чтения и личные коллекции