Глава 12
Женя
Вопрос вопросов мучил меня весь ужин. Я почти не разговаривал с Ингой, отчего та жутко дулась и с особой злостью потрошила устриц.
Я тоже что-то заказал, традиционное, и вроде как ел, но вкуса не помню. Инга о чем-то говорила весь вечер, а я лишь изредка односложно отвечал. Смотрел на несчастных морских обитателей в Ингиной тарелке, на то, как она с ними обходилась, и в душе у меня творилось то же самое. Кто-то бесцеремонно и настойчиво, ловко орудуя миниатюрной острой вилочкой, вытаскивал на свет все болячки, ворошил старые раны и посыпал их солью…
Выдержу ли? Пробую переключиться, кручу головой, и, как только перед глазами возникает тонкая фигурка официантки, отпускает. На смену одной боли, забытой и похороненной много лет назад, приходит другое, и мне это совсем не нравится. Перевожу взгляд на тарелку с устрицами и снова ищу глазами Лесю. Возможно, я мазохист, но мне приятно наблюдать, как хрупкая девочка порхает между столами. Этакое извращенное удовольствие, пропитанное горечью прошлого, но мне нравится.
С трудом дожидаюсь, когда Инга закончит ужин, благодарю ее и вызываю такси. Пока едем, молчу, думаю, анализирую. По-любому получается, что надо поговорить. Решаю завтра же выловить Лесю на работе и нормально, спокойно пообщаться, выяснить о ней все: может, так я смогу понять, почему реагирую на девчонку, почему выделяю ее.
– Жень, Же-ень! – пытается достучаться до меня Инга.
– Да? – Поворачиваю голову к ней .
– Приехали. Пойдем?
Я припадаю к запотевшему стеклу. Так и есть, мы стоим у подъезда Ингиного дома, и таксист терпеливо ждет, когда с ним расплатятся и покинут машину.
– Я продолжу поездку, – озвучиваю водителю свое решение.
Выхожу из такси и, обойдя машину по кругу, распахиваю дверь перед ошарашенной моим заявлением Ингой.
– Идем, провожу. – Чуть наклоняюсь к ней.
Обиженная Инга фыркает, но мою просьбу выполняет. Выходит из машины и с присущим ей изяществом, шагает к подъезду, гордо вздернув нос.
«Умница!» – растягиваю губы в еле заметной улыбке, захлопываю дверь и следую за ней до лестницы.
– Не зайдешь? – Стоя на верхней ступеньке, Инга оборачивается ко мне.
– В другой раз, – пресекаю любые попытки уговоров с ее стороны, а после разворачиваюсь и ухожу.
Всю дорогу до дома пытаюсь привыкнуть к новым ощущениям. Инга обиделась, возможно, сильно, но заботит меня другое. Даже не заботит, а подкручивает, подгоняет, разогревает, и я чувствую какое-то приятно ноющее беспокойство по этому поводу.
Меня ждет разговор с куклой.
***
Хоть я и не хотел, но думал об этом остаток вечера. Бесился, мерил квартиру шагами и надеялся, что за ночь пройдет, уляжется, но нет, поучилось наоборот. Накрутил себя так, что пока ехал утром на работу, словил несколько штрафов.
– Карина, кофе мне, пожалуйста, – бросаю, проходя мимо бара, а сам осматриваю зал.
Пусто, хосты и пара мальчишек. Мысль о том, чтобы спросить о Лесе, отметаю сразу. Буду почаще выползать из своего кабинета и изображать строгого начальника.
Так я и делал. До обеда успел побывать везде: два раза на кухне, пять – в зале, и даже туалеты проинспектировал.
Нет ее на работе.
Выход? Ждать, выходной, отпросилась… придет завтра. Срочности же нет?
Только вот не пришла Леся, ни на следующий день, ни через день.
Беспокоиться начал на третий день. В ресторан специально приехал с опозданием, чтобы все сотрудники уже были на месте.
Были все, кроме Леси. Я проверил.
Вызвал Карину. Пока ждал ее, широкими шагами расхаживал по кабинету: от стены до стены ровно шесть шагов, до окна – четыре.
«А полировка на столе опять мутная от разводов».
Только сейчас, когда моя голова забита переживаниями об одной непутевой официантке, мне не до блеска. Все то, что меня раздражало и приводило в бешенство, теперь кажется сущей ерундой.
«А если с нею что-то произошло?!» – бомбой разрывается в голове.
– Звали, Евгений Игоревич? – В приоткрытую дверь заглядывает Карина.
– Да, заходи. У нас штат укомплектован? Никто не увольняется?
– Нет, последний месяц все стабильно, можно, конечно, взять пару сотрудников.
– Куда? – делаю вид, что интересуюсь подробностями.
– На кухню, – оживляется Карина, – чтобы в час пик задержек не было, и официантов.
– Не хватает? – Я приподнимаю брови.
– Хватает, но больничные, отпуска… – устало перечисляет помощница. – Сами понимаете, лето.
– А новенькая как? Не бьет посуду больше?
– Леся? – уточняет Карина и сразу же продолжает: – Она три дня уже на работу не выходит, телефон не отвечает. Я хотела поехать…
– Ну, дело молодое, если бы что случилось, к нам бы первым пришли, – стараясь казаться спокойным, произношу я.
– Так-то да… – пожимает плечами помощница.
– Тогда бери на кухню людей, позвони Светлане, – подвожу итог беседы.
Я разворачиваюсь, делаю пару шагов и оказываюсь у окна, всем своим видом показывая, что разговор закончен. Я получил нужную информацию и теперь намерен действовать.
– Хорошо, Евгений Игоревич. Обед накрывать, как обычно?
– Нет, я уеду, у меня встреча, – чеканю я, а про себя добавляю: «Важная встреча с куклой».
Как только за Кариной закрывается дверь, я бросаюсь к столу и нахожу среди бумаг свой мобильный. Тычу пальцем в экран, снимаю блокировку и ищу номер Светланы, нашего кадровика.
«Куклы нет три дня! – пульсирует в голове. – Три! Долбаных! Дня!»
Перед глазами, как немой укор, маячит бледное, осунувшееся лицо Леси, и я мысленно отвешиваю себе оплеуху за то, что не остановил тогда, не спросил ничего…
– Здравствуйте, Светлана! Мне нужна первая страница личного дела Дровиной Леси.
– Добрый день, Евгений Игоревич! Дровина? – уточняет кадровик.
Подтверждаю, даже киваю, для пущей убедительности и жду, прислушиваясь к раздающемуся в трубке стуку и шуршанию бумаг. Ожидание становится невыносимым. Я сдергиваю галстук, расстегиваю верхние пуговицы рубашки и начинаю собираться. Что же так долго-то?
– Кхм…кхм…– раздается в трубке. – Дровина, Дровина… Дровина Лесника.
Бодрый голос Светы сбивает меня с толку. Я, как стоял у двери своего кабинета, так и замираю, звеня с ключами от машины.
– Леся Дровина? – осторожно уточняю.
– Дровина Лесника, Лесника Николаевна, – утвердительно отвечает кадровик. – Она одна у нас, я сейчас сфотографирую титульный лист и пришлю вам в мессенджер.
– Спасибо, Светлана! Жду!
Отключаю звонок и вместо того, чтобы бежать, стою, смотрю в дверь и перевариваю полученную информацию.
– Нет, кукла, ты не из детского мира сбежала, а из Лукоморья какого-то. Лесника?! Охренеть! Чего я еще о тебе не знаю?