Глава 3
На улице было жарко, а что еще можно ожидать от лета? Июль в самом разгаре.
На территории двора мальчики увидели небольшое строение в виде фонтана, но в нем не было воды. На дне собрались темные прелые листья и плесень. Возможно, когда-то здесь была вода, но, судя по запущенности, фонтан стоит пустым много лет.
– Вот бы сейчас на речку сходить. Да, Никит?
Парень смотрел куда-то в сторону калитки.
Марк повернулся и увидел, что возле нее стоит девушка. На вид ей было около восемнадцати лет. На ней было белое летнее платье, светлые волосы заплетены в две косички, а в руках она держала корзинку с какими-то бутылками.
Она улыбнулась и помахала им рукой.
Никита выгнул бровь в удивлении. «Пока мы сюда ехали, не видели ни домов, ни людей. Только одна странная женщина шла по дороге и все. Значит, где-то неподалеку живут еще люди, будет с кем пообщаться».
– Добрый день, – крикнула девушка и махнула рукой, зовя к себе.
Марк не стал дожидаться повторного приглашения, засунул руки в шорты и пошел к калитке, где стояла девушка. Никита пошел следом.
– Какие симпатичные жители у нас появились. Вы к бабушке Полине приехали?
– Да, – сказал Никита, подходя к калитке, приветствуя девушку.
– А вы ей кем будете?
Марк посмотрел на девушку снизу-вверх. Потом хмыкнул и ответил.
– Мы-то? Внуки. Я Марк, а это Ник.
Девушка все так же улыбалась.
– А я Рита. Живу тут неподалеку.
Она махнула рукой в сторону.
– Вот, молоко продаю, вам не надо? Еще две бутылки осталось. Видела, как по дороге машина ехала, я как раз через лес шла, решила и до этого дома дойти. Полина Владленовна одна живет дальше всех, поэтому идти к ней очень хлопотно.
Сзади, со стороны дома, хлопнула входная дверь, и на улицу выбежала Мила.
– Ник, – крикнула она, – Малк.
Девочка подбежала к братьям и спряталась за ноги Никиты. Она смотрела своими большими глазами на незнакомую девушку и улыбалась.
– Привет, – сказала Рита, – это что за красивая девочка? А какое у нее шикарное платье.
– Я Мила. А ты?
Девушка рассмеялась.
– А меня Рита зовут. Я принесла молока. Попросишь бабушку, она вам блинчиков напечет.
– Улаааа, – закричала Мила и подошла к калитке.
Рита вытащила одну бутылку и передала в ее маленькие ручки. Марк хотел ей помочь, но она, сказав, что сама, забрала молоко и понесла его в сторону дома.
Провожая девочку глазами до двери, Рита наткнулась взглядом на окно. Ее улыбка моментально спала с лица. Она как-то сразу напряглась.
Никита не понял, почему такая милая и улыбающаяся девушка в один миг изменилась, как будто чего-то напугалась.
– Ну ладно, – быстро проговорила она, – мне домой пора. Была рада познакомиться. Надеюсь, еще увидимся.
Она развернулась и быстрым шагом пошла по дороге в сторону леса.
Никита обернулся и посмотрел на дом, чтобы понять, что она там могла увидеть. Но ничего такого странного не было, только в окне шевельнулась шторка.
Парни походили по территории, но ничего интересного не нашли. Был только заброшенный сад и неубранная территория. Стоял еще сарай, но в него заходить не очень хотелось.
Никита вытащил телефон. Ни связи, ни интернета не было.
– Ну что, Марк, будем развлекать себя сами.
Очень хотелось есть. Они позавтракали только утром, еще дома, поэтому были голодные. То, что предложила старуха, есть совсем не хотелось. Оно на вид и запах было несъедобным. «Марк повел себя, как невоспитанный ребёнок, и есть предположение, что на ужин нас могут вообще не позвать».
Парни погуляли еще немного и, когда солнце начало садиться за кроны деревьев, вернулись в дом и остановились на пороге.
Из столовой доносились голоса.
– Бабуля, а ты завтла испечешь нам блинчики из молока, котолое нам дали?
Милин голос звучал звонко.
– Посмотрим, – буркнула бабка, – ешь кашу, давай.
Ребята услышали, как застучала ложка по тарелке.
Зайдя в столовую, Никита заметил, что бабка покосилась на них и пошла к кастрюле на плите. В столовой витал запах чего-то подгоревшего.
Мила ела кашу и улыбалась. Кажется, ей даже нравилось здесь, не говоря ничего о ребятах. Хотя, это только изначальное представление о предстоящем отдыхе.
Прабабке, как и им, нужно привыкнуть друг к другу. Они же никогда раньше не встречались. А, судя по запущенности дома и сада, у нее явно давно никого в гостях не было.
Марк потер руки в ожидании ужина. Он надеялся, что раз сестра ест, значит и ему понравится. Но его ожидания разом рухнули, когда бабка поставила перед ним тарелку с чем-то коричневым.
Мальчик поморщился.
– Что это? – спросил он.
– Ужин, – коротко ответила старуха.
Марк скрестил руки на груди.
– Я тоже хочу кашу, как у Милки.
Старуха зыркнула на него, взяла тарелку и выкинула содержимое в мусорку.
– Значит не голодный, – сказала она и поставили чашку перед Никитой.
После, она взяла за руку Милу и повела ее наверх. С лестницы послышался скрипучий голос старухи.
– Идем, сейчас умоемся и ляжем спать.
Бабушка, – сказала Мила, – а ты мне сказку ласскажешь?
Старуха прокашлялась и ответила:
– Лучше я тебе колыбельную спою.
Дальше они поднялись на второй этаж, и их стало не слышно.
Никита взял ложку и зачерпнул то, что было в тарелке, понюхал, а потом отправил в рот коричневую массу.
Все это время Марк наблюдал за его лицом.
– Ну как?
Никита пожал плечами:
– Есть можно, раз тут ничего другого больше нет.
Он двинул тарелку брату, и тот, взяв ложку, сначала попробовал немного. Было похоже на тушёную капусту, но она выглядела как-то странно, как будто ее мелко порубили. Мяса и картошки в блюде не было.
На столе лежал черный хлеб, но по виду, ему было дня три, а на вкус – все пять.
Деваться было некуда, Никита взял пару кусочков и стакан чая. «Марк еще маленький, хоть и с характером. Пусть ест. Мне и этого хватит».
После ужина ребята поднялись наверх, в свою комнату. Дверь в спальню Милы была приоткрыта.
Никита остановился возле нее и посмотрел в щелочку.
Старуха сидела на кровати, а у нее на коленях сидела Мила. Она, видимо, ее только искупала. Девочка была в пижаме и с мокрыми волосами.
В руках старуха держала гребень. Не расчёску, не массажку, а старый, серебряный гребень.
У него были длинные острые зубчики, а по краю – рубиновые мелкие камни.
– Давай, деточка, сейчас бабушка тебя расчешет, а потом ты ляжешь спать.
– А песенка будет? – спросила Мила. – Ты обещала.
Никита, наблюдавший за ними, нечаянно задел рукой косяк и поцарапался о торчащий гвоздь.
Он ойкнул, и в этот момент старуха резко остановилась и повернула голову в сторону двери.
Слава богу, он успел спрятаться, а потом тихонько прошел в свою комнату.
Марк лежал на кровати и играл в планшет.
– Ты где был? – спросил брат, не отвлекаясь от своих монстров.
Никита не хотел говорить, что подсматривал за старухой возле комнаты сестры. «Брат итак ведет себя неприлично, а давать ему повод делать плохие вещи, не хочется. Марк очень любопытный парень, возьмет и тоже туда пойдет. Достаточно того, что он сегодня два раза оставался без еды».
– Нигде, – ответил ему Никита, – за гвоздь зацепился, вот и остановился посмотреть на царапину.
– Ммммм, – промычал брат и продолжил играть.
Никита листал телефон, просматривая фото с последнего школьного звонка. Этот год пролетел очень быстро для него.
Парень решил остаться в десятом классе, хотя многие одноклассники ушли после девятого. Никита же планировал пойти в институт. У него были большие планы на будущее.
Друзья все разъехались на лето. Кто-то пошел подрабатывать, кто-то поступать в колледж, а вот их родители закинули к прабабке, которую они не знают, и которая как-то странно себя ведет.
Минут через пятнадцать Никита отложил телефон и посмотрел на брата.
Тот лежал на кровати и смотрел на стену.
– Марк, – позвал он его. Но тот даже не шелохнулся. – Марк!
Тот дернулся и, соскочив с кровати, встал посередине комнаты, не отводя взгляд от стены.
– Марк, ты чего? – Никита даже сел.
Младший брат повернулся и посмотрел на него испуганными глазами.
– Ты это слышишь?
Он снова повернулся к стене.
Никита встал с кровати и подошел поближе. Но как он ни старался, никаких звуков не было слышно.
Он посмотрел на брата и отрицательно покачал головой.
– Нет. Может, тебе показалось?
Но Марк все также стоял на своем месте и смотрел на стену.
Через минуту он резко отскочил и залез на кровать брата.
– А сейчас, ты тоже ничего не слышал? Она говорит, жалобно просит.
Никита даже испугался за брата. Сев рядом с ним, он посмотрел на стену, но ничего не услышал.
– Марк. Кто говорит?
Тот покачал головой.
– Не знаю, но по голосу – девочка. Маленькая.
Брат сидел перепуганный и сжимал в руках одеяло.
– А что она говорит? – спросил Никита.
Марк посмотрел на него и прошептал:
– Спасите ее. Помогите ей.
После этих слов за стеной послышался стук и оба брата дернулись.
Через несколько секунд они оба услышали, как кто-то запел хриплым голосом на непонятном языке.
Песню было плохо слышно, а слов не разобрать. Это длилось несколько минут, а потом кто-то закричал и, судя по голосу, это была Мила.
Ребята посмотрели друг на друга и, выбежав из спальни, вломились в комнату сестры.
Девочка сидела на коленях старухи, пытаясь вырваться из ее рук и хныкала.
Бабка же большим гребнем пыталась ее расчесать.
– Бабушка, ну не надо, – говорила Мила, – мне больно.
Старуха не уговаривала ее, а грозно отчитывала девочку:
– Сиди спокойно, надо перед сном расчесать волосы. Вон спутались все. Встанешь утром и будешь некрасивая. Сейчас закончу, и ляжешь в кровать.
Услышав, как открылась дверь в спальне, и в нее влетели мальчишки, старуха повернула голову и посмотрела на них своими темными глазами. Лицо стало злым, она пожевала губы и сказала:
– Чего вам? Спать идите.
Марк подошел ближе:
– Что вы делаете, ей же больно? Отпустите мою сестру.
Мила от неожиданности перестала плакать и протянула руки к Марку.
Тот взял девочку и понёс к себе в комнату. Никита отправился следом.
Зайдя в спальню и закрыв за собой дверь, Марк усадил сестру на кровать Никиты и сел рядом.
– Не нравится мне эта старуха. Странная она и злая. Она нас не любит.
Марк сел рядом с сестрой и приобнял ее.
– Может, Мила сегодня останется ночевать с нами?
Никита подумал, а потом отрицательно помахал головой.
– Нет. Думаю, старуха не позволит. Марк, веди себя нормально, пожалуйста, хотя бы этот месяц. Мы к ней привыкнем, и она к нам тоже. Ты же видишь, как она хорошо к нашей сестре относится. Песни ей поет, кашу варит. Давай подождем. Думаю, прабабка через некоторое время изменится, и все будет нормально.
Времени было много и солнце уже окончательно спряталось за горизонт. Мила уснула у Никиты на кровати, и он отнес ее в свою комнату. Девочка повернулась набок и положила руку под розовую щечку.
Выходя из спальни, парень украдкой взглянул на дверь старухи. Она была закрыта. В доме стояла тишина.
Парень вернулся к себе, лег на кровать и накрылся одеялом. Марк играл в планшет.
