Часть II. Нью-Йорк. Солнце
Слишком жарко. Нет, Шейн, конечно был рад, что мороз больше не прожигал его кожу, и теплый климат ему привычнее. Но вместе с этим солнцем вернулся и огромный груз проблем. В аэропорту приходилось пробираться сквозь толпу в неприятно прилипающей к телу толстовке, периодически останавливаясь, чтобы улыбнуться кому-то на камеру. Потом пришлось присесть на несколько минут на скамейку, чтобы отдышаться. Из Лос-Анджелеса как будто выкачали весь воздух. Духота и знакомые декорации позволяли постепенно вернуться в привычное рабочее состояние. Шейн включил телефон. Он отозвался вибрацией и перегруженным от сообщений экраном.
Уилл (11): «Ты специально игнорируешь?»
Шерил: «Слышала, ты скоро будешь в Нью-Йорке. Хотела попросить кое о чем».
Мэтт (2): «Шейн, перезвони».
Сара: «Ты видел, как они доработали сценарий? Что за идиоты».
Мама: «Шейн, пришли денег».
Кузен Джимми: «Хей, тут у меня крутая идея для стартапа, долго объяснять, но может, подкинешь мне тысяч 50-70?»
И еще куча уведомлений. Шейн почувствовал легкую грусть, когда заметил, что Джен ничего не написала ему. Хотя, что она могла написать? Так мало времени прошло с их встречи.
Он обратил внимание на молодую пару, выходящую из аэропорта. Девушка, прикрываясь солнечными очками, что-то весело щебетала парню, а тот, рассеянно оглядываясь по сторонам, тащил чемоданы. Первый день в городе. В Лос-Анджелес обычно приезжают начинать новую жизнь, а не возвращаться в старую. А Шейну приходилось возвращаться. Приходилось идти, глотая дорожную пыль и задыхаться от слишком резкого запаха ароматизатора в такси. Шейн жил здесь с детства и по праву мог считать этот город родным. Он возвращался сюда каждый раз: со съемок в самых закоулках Америки, из редких поездок к матери в Мексику, запойных и сумасшедших путешествий в Европу. Лос-Анджелес был его домом. Но теперь того магнита, притягивающего Шейна обратно из любой точки мира, с ним было. Не было Итана.
На голливудских холмах воздуха едва ли больше. Конечно, может Шейну только так казалось, однажды он уже разучился дышать.
Шейн бросил сумку на пороге пустого дома, наглухо запирая дверь. Прошелся рукой по стальному стеллажу. Ни пылинки. Домработница недавно убиралась. Да, точно. Вся обувь стояла строго в ряд и настенные часы, имеющие привычку каким-то образом постоянно наклоняться набок, висели ровно. Эта женщина, если увлекалась, могла даже книги в алфавитном порядке расставить.
Шейн позвал ее, но его голос только эхом прошелся по всем комнатам. Даже жаль. Перекинуться с кем-нибудь парой слов сейчас было бы кстати. С Итаном они встречались каждый раз, когда кто-то из них возвращался из поездок. Традицию поклялись соблюдать до самого конца. Пока кто-то из них не отбросит коньки. «От передоза счастья на красивой девушке», – говорил Итан. Вот так он хотел умереть.
Красивая девушка, по меркам Итана, конечно, оставила Шейну тонну сообщений о том, что он должен был приехать на ее очередную тусовку, посвящённую годовщине смерти Итана. И о том, как все хотели бы его там видеть. Кто все? Кто ищет повод напиться и может отметить Уилл в соцсетях? Сама она была на редкость назойливым и утомляющим человеком, неизвестно как зацепившем внимание его лучшего друга. И если бы Итан так срочно не понадобился ей той ночью, он, может, и не поехал бы никуда… Так, стоп.
Шейн сел на свеже застеленную постель, стараясь выкинуть эти пустые мысли из головы. Глупо обвинять девушку. Глупо обвинять кого-либо вообще.
С тех пор, как Итан перестал бывать здесь, дом начал казался Шейну серым и необжитым.
Чтобы занять себя, Шейн спустился в винный погреб, достал бутылку Шато Бордо 1988 года и вернулся в спальню. На сообщения все же ответил. Перевел матери денег, сколько ей было нужно. В последнее время эти просьбы повторялись все чаще, и Шейн только надеялся, что у нее нет проблем со здоровьем и она не подсела на кокаин. Кузену тоже помог, хоть и понимал, что это бесполезно. Семья, все-таки.
Видеозвонок от Сары. Вечер хоть чуть-чуть, но обещал быть веселым.
– Шейн, это посто жесть, они тупые, как жопа кабана, – Сара куда-то шла по улице, телефон немного дергался и звук пропадал из-за ветра. – Утром в студию звонила, уже поругалась и с Сэмом, и с его боссом, какой же он мерзкий сексист!
Шейн не стал спрашивать, в чем дело. Очевидно, новая версия сценария совершенно не понравилась его коллеге.
– Чуть только у женщины появилось хоть немного интеллекта и закрытая одежда, так этому старому козлу обязательно надо было влезть и все испортить. Яйца у него, что ли, отвалятся, если он продуманного женского персонажа напишет? Хорошо, что Мэтт сразу мне прислал с правками, я утром такая злая была.
Сара и сейчас выглядела очень злой и возмущенной, Шейн мог себе представить, как она кричала по телефону утром. Это было нормально для нее.
– Представляешь, у меня было пару часов до самолета, мне даже захотелось зайти в салон и волосы обрезать к чертям. Слава богу, я вовремя вспомнила, что мне не пятнадцать.
Шейн засмеялся. Сару он мог слушать часами.
– Ты точно хочешь сниматься в сиквеле?
– Сара, мы уже контракт подписали.
– Ну какого дьявола, а? Когда-нибудь я уволюсь с этой работы и к маме перееду. Вот серьезно. Никто больше не будет насиловать мой мозг.
– Составь мне компанию в последний раз?
– Только ради тебя, – Сара тяжело вздохнула, демонстрируя одолжение. – Как ты? – она прямо посмотрела в камеру. – Как твоя поездка?
– Хорошо. Лыжи, горный воздух. Чуть не сломал руку, но все обошлось.
– Ой, я в отеле чуть не навернулась на их лестнице конченой. Туристы очень некультурные, постоянно кто-то тыкал пальцем. Но если бы не этот тупорылый сценарий, было бы еще ничего. Мы когда сразу на пляж поехали, слушай, это было нечто…
Сара еще долго рассказывала истории, пока Шейн лежал на кровати, в темноте, под голубое слепящее мерцание телефона. Он чувствовал, как закрывались глаза и затекала рука. Несмотря на это ощущение разбитости и сонливости, Шейн понимал, что вряд ли сможет уснуть. Бессонница мучила его которую неделю, а выпитый на ночь алкоголь делал все только хуже. Голова уже начала болеть. Можно было бы сейчас взбодриться, закурить, даже заказать пиццу, раз уж здоровый сон ему сегодня не светит. Почитать правки, которые прислал Мэтт. Уйти от неприятных переживаний в работу, как обычно. Скорей бы снова начались съемки.