Глава 3, Настя
Настя с кислым выражением лица наблюдала за тем, как парнишка возле её кассы всё никак не мог оплатить свои скромные покупки. То денег на карте нет, то наличных не хватает, то с телефона не оплачивается, ну вот всё у него через задницу. Сам парниша зажат, стеснителен и вообще скверная половая тряпка, которую дома поносят, на чём свет стоит, и считают за пустое место. Настя без того сегодня страшно задолбалась, готова была на мужском писюне крутить весь этот мир, эту работу и всю свою жизнь. А тут какой-то додик никак не может оплатить свои сраные замороженные фрикадельки и банку самого отвратного ссаного пива, которое он только откопал в этом не менее ссаном и сраном магазине.
– Мущ-щ-щина, очередь не задерживаем. – Сцедила это сквозь зубы и цыкнула. От такого парниша у кассы раскраснелся и растерялся ещё больше.
– Да, я…
Она лишь взглядом окончательно уничтожила это жалкое существо, червя этого подзалупного, который и хер свой в штанах, небось, отыскать не в состоянии, если он там в принципе в наличии. За человечком у кассы уже собралась толпа в два человека, хотя сегодня Насте даже ноль человек и пустой магазин поперёк горла бы встали. Её настолько всё затрахало, что она готова была хоть сейчас встать с рабочего места, плюнуть кому-нибудь в унылую морду, послать всё в пешее эротическое, схватить пару банок какой-нибудь пососной «Эссы» и свалить в пустоту. Девушка ненавидела всё в этой жизни, себя в том числе.
До конца рабочего дня она еле вытерпела, обязанности свои всё равно выполнила, хоть и на отвали, сменщице сдала всё, что надо, соскребла своё тело на улицу, где закрыла за собой дверь в опостылевшие «Продукты двадцать четыре». Проследила глазами за проезжавшим мимо человеком на арендном самокате и выдавила из себя дежурное «пошёл нахуй, пизданись где-нить, хуесос». Подобными же выражениями она оценила и сегодняшнюю непогоду. Словесно прошлась буквально по всему, что её окружало. Пожалуй, сегодня Настя была чрезвычайно недовольна жизнью. Это всё перевалило за невидимую грань и прорвало единственный еле осязаемый барьер, удерживающий всё накопившееся говно в душе.
Обычно спящий город успокаивал, прохлада и тишина помогали прийти в себя. Сегодня им это не удалось. Девушка шла будто по коридору, зрение показывало лишь картинку перед собой, мир померк и скрылся в небытие. Дорога в ненавистный дом с не менее ненавистной работы. Ещё сорок минут на ногах волочить свою тушу в квартиру. Настю там встретит только одиночество и холод. Жить, чтобы работать. Работать, чтобы прокормить себя и снять квартиру. Чтобы жить. А дальше что? Сорок лет работать, так и не накопив на квартиру, а потом сдохнуть на пенсии? Или вообще до неё не дожить.
В какой-то момент девушка даже чуть не всплакнула, но вовремя осеклась. Она сильнее каких-то там слёз, сильнее эмоций, сильнее любого говна. Мать она послала, отца послала, всю родню туда же словесно отправила, а бабке своей и вовсе пощёчину отвесила, чтобы та рот свой поганый открывала только тогда, когда требуется. То есть никогда. Настюхиной злобы хватит на весь оставшийся мир несколько раз. Правда, осталось ли что-то ещё, кроме злобы?
С мыслями одна тяжелее другой девушка так и добралась до дома. В квартире ногами сняла кроссовки и оставила их валяться посреди коридора, добрела до разложенного дивана и рухнула на него лицом вниз, издав громкое «бля-я-я-я-ять!». Может, с полминуты так полежала, потом резко схватила подушку и разоралась в неё со всей дури. Вопила так ещё пару минут, пока не охрипла, и орать не стало слишком больно. Но это немного помогло ей разрядиться.
Довольно внезапно и как-то слишком необычно для Насти было ощутить на себе дома чей-то взгляд. В квартире точно никого не было до этого момента, а тут вдруг из ниоткуда оно появилось. Девушка перевернулась на диване и посмотрела в дверной проём. Почему-то казалось, что смотрят именно оттуда, правда, там и нет никого. Но Настя очень хотела проверить, так ли это, если, вдруг, мало ли, дома кто-то есть, то этот кто-то на себе целых костей потом не найдёт, зубов не досчитается, а глаза раскрыть в жизни больше не сможет, потому что заплывут от меткой двоечки в лицо.
Девушка осторожно, но уверенно встала со смятой постели, потянулась к шкафу и достала оттуда увесистый молоток. Про себя даже подумала, что совсем не против сейчас кого-нибудь отметелить до полусмерти, в какой-то степени понадеялась, что дома и правда кто-то посторонний, уж устроит она ему такие приколы, что на всю жизнь хватит. Но в коридоре никого, к сожалению, не оказалось. На кухне – тоже. В туалете никто не прятался, как и в ванной. Неужели реально почудилось? Но тут Настя услышала странный, нетипичный шум из комнаты, резко развернулась, успевая попутно засечь, откуда исходит звук, и с размаху отправила тяжёлый столярный молоток куда-то в сторону дивана. Если бы там действительно был человек, то получил бы он инструментом ровно промеж глаз. Но так молоток пролетел между двумя оранжевыми светящимися точками и угодил с глухим ударом в стенку, оставив там вмятину. На диване совершенно нагло восседала странная дымчатая девушка с горящими оранжевыми глазами. И в её изменяющемся постоянно лице Настя даже смогла разглядеть жуткую улыбку.
– А ты очень горячая, я скажу тебе. – Вдруг заговорило существо обычным женским голосом. Приятным в какой-то степени.
– Что ты за ебала такая, какого, блять, хуя ты забыла в моём доме? – Настя смекнула, что пролетевший насквозь молоток означает и невосприимчивость этой странной херни к физическому урону. И, если что, готова была сделать ноги, из коридора это всё-таки быстрее.
– И тебе здравствуй. – Дымчатая штука резко растворилась в воздухе, в одно мгновение оказавшись за спиной девушки. – Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Ты мне целая нужна.
– Блять?! – Настя чувствовала себя максимально неуютно.
– Эмоции в тебе так и бурлят, о да, дорогая, это то, что мне нужно. Ты… ты же Настя, да?
– Ага. И хули те от меня надо? – Вроде, и хочется дерзить, да как-то непонятно, чего от этой штуки ждать.
– Ты. Целиком. Мне нужна ты. – Странная монохромная девушка схватила Настю за руки и рывком бросила на диван, затем накрепко удержала её лёжа на спине, буквально впечатала в несвежее постельное бельё.
– Ну, если уж сдыхать, то знай, что ты – шлюха, блять, ебаная! – Она уже собиралась резко плюнуть прямо в лицо, но дымчатая третья рука схватила её за шею.
– Вообще-то меня зовут Вика. И грубить мне очень не советую. – Существо крепко держало Настю. Светящиеся оранжевые глаза засияли ещё ярче, и символы в этих глазах пришли в движение. – Мне очень не хватало таких эмоций, как у тебя. Мне не хватало женского тела. А ты мне очень хорошо послужишь, дорогая.
Яркая оранжевая вспышка осветила небольшую однокомнатную квартиру. Лежащая на диване Настя присела и огляделась. Чувствовала она себя прекраснее некуда, совершенно неожиданно даже улыбнулась. Мысль о том, что какая-то странная потусторонняя штука заселилась внутрь, даже не пугала, наоборот – будто так и надо.
– Ого… я – это я, но чуть больше, чем просто я. – И даже голос её разлился по комнате очень мягко. – Какое… блять… ощущение…
Девушка встала и направилась к комоду с небольшим зеркалом, чтобы посмотреть внимательно на саму себя. И на свои слегка светящиеся в темноте оранжевые глаза. Вот такая Настя сама себе нравилась сильно больше. Даже не уставшая, а посвежевшая, отдохнувшая. Или… правильно было бы называть себя Викой? Хотя бы на время? Завтра выходной, на работу не надо. Ох, бедная девочка, совсем себя измотала и замучила, а так делать не надо. Сознание будто раздвоилось. И если оригинальная Настя в замешательстве пыталась разобраться в себе, то улучшенная Настя смотрела в зеркало с широкой улыбкой и видела там только самую настоящую прелесть. Сейчас нужно позаботиться о самой себе. Такое напряжённое лицо, уставшие руки, красные глаза.
Девушка плавно пошла в ванную, посмотрела на то, что стояло на полках – крема старые, часть косметики просрочена, а вот масочка для лица даже свежая, удивительно. Вот с этого и можно начать. Или… девушка задумалась, что если уж ухаживать за собой, то так, как ещё никогда прежде. И почему ей раньше в голову это не приходило? Самое то после тяжёлого рабочего дня принять тёплую ванну с пеной. Но раз пены дома нет, то за ней надо сходить в круглосуточный магазин, благо идти относительно недалеко.
Настя по-быстрому накинула на себя тёплую куртку, сунула ноги в вечно завязанные белые кроссовки, выскочила в подъезд, не забыла закрыть входную дверь на ключ. Часть её привычек так и осталась на автомате, а вот часть новых ещё выходили какими-то неловкими. Прогулки по городу в почти двенадцать ночи ещё никогда не вызывали в девушке такой восторг. Настя воспринимала всё ярко, буквально каждое явление находило в ней какой-то отклик. Не всегда хороший, конечно, но обновлённая девушка намного спокойнее относилась ко всему. Вот уж чего Вике не хватило в Мише, так это подобных эмоций и более красочной отдачи.
Настя даже толком не поняла, что это за Миша такой, словно услышала откуда-то издалека. Но, ведомая чем-то потусторонним, она только пожала плечами сама для себя. Раз надо, тут лучше вопросы лишние не задавать. До круглосуточного гипермаркета недалеко, но девушка решила сделать небольшой крюк до улицы Железноводской, вот сколько жила в этих местах, а на рядом и не гуляла даже. Знать не знала, что рядом есть такая тихая, скромная, очень уютная улочка.
Настя села на пустую скамейку, похлопала себя по карманам и отыскала заполненную наполовину пачку «синего Винстона» с зажигалкой внутри. Закурила, с большим удовольствием затянулась, выпустила дым тонкой струйкой. Перестала торопиться, нестись куда-то сломя голову, ненавидя весь свет вместе с собой. Пока просто тишина снаружи и внутри, но тишина приятная. Необычная такая. Вместо вороха мыслей внезапно получить всё такое гладкое, ровное – это нечто новое, но безумно лёгкое и успокаивающее. Настя даже мысленно поблагодарила Вику за этот опыт. И заговорила сама с собой.
– Я и не знала, что в этих местах так пиздато. Тихо так. Заебись.
– Да ты много чего не знала, дорогая. – Отвечала, вроде, словами из одного рта, но даже интонация несколько изменилась. – Всё куда-то бежала, торопилась, а зачем?
– А я хуй знает. – Пожала плечами. – Ваще этими вопросами не задавалась.
– А зря. – Ещё раз затянулась и с удовольствием закурила. – Хочешь знать, зачем я тебя взяла под свою опеку?
– Конечно. Тя хуй пойми, очевидно, ты какая-то мрачная адская херабора, которая теперь сидит в моём теле. Тока нахуя?
– Я стремлюсь сама себя понять. Если с логикой и причинами я уже нашла своего человека, то вот с эмоциями… ты попалась мне вовремя. Ты живёшь эмоциями. Плюс ты уже была достаточно слаба, чтобы я взяла тебя под контроль.
– Нашла, блять, слабую, ага, я ж те чуть не втащила, а молоток ваще промеж глаз пролетел, ты это, ебало-то потуши своё. – Настя умудрялась дерзить даже в этом состоянии.
– То, что ты умеешь за себя постоять, это я знаю, но ты ужасно устала. Я этим воспользовалась. – Она закончила сигарету и длинной дымчатой серой рукой, выросшей из-за спины, вынула окурок изо рта и дотянулась до ближайшей урны. Девушка при этом сидела как ни в чём не бывало.
– То есть, ты, типа, можешь залезть в челика, тока если он охуел и заебался?
– Да. Именно. – Девушка встала со скамейки. – Пора идти дальше. Мне нравится твоё тело и твой дух. Так что я оставлю тебя в живых.
– Ебать спасибо нахуй. Но пока всё рил пиздато. Так что веди.
Вика целиком переключила контроль на себя, оставив сознание Насти только наблюдать, приговаривая ей «тебе просто надо отдохнуть, дорогая». Сейчас она ощущала себя превосходно. В гипермаркете с одной стороны девушка всё знала наизусть, а с другой будто бы изучала содержимое этого огромного магазина впервые. Одно сознание подсказывало, куда идти, а второе как в парке развлечений глазело по сторонам и восторгалось буквально всем. В какой-то момент Вика забылась и вытащила свою длинную теневую руку из спины, чтобы достать что-то с верхней полки, на что сразу получила очень яркую и мощную мысль «блять, подружаня ты моя, это же жесточайшее палево!». Так что такие фокусы пришлось оставить только для моментов без постороннего внимания.
В итоге Настя вернулась домой часа через два с полным пакетом разных кремов, лосьонов, масочек и прочих прелестей для тела. Спешно скинула с себя всё лишнее, оставшись в нижнем белье, включила воду в ванной – пусть наполняется. К моменту, как ванна дошла до кондиций, Настя кинула туда бомбочку, поставила рядом табуретку, а на ней уже положила маску для лица и достала из холодильника две банки пива. Разделась полностью, погрузилась в воду с невероятным удовольствием, как раз поможет расслабиться и забыть обо всех проблемах. После того, как приспособила маску для лица и выпила холодненького пивка, она издала только тихое, полное блаженства и счастья «бля-а-а».
