Глава 2
Как только она вышла под руку с Эмили, я вздыхаю, не сумев скрыть ухмылку, и провожаю взглядом её удаляющуюся фигуру.
– Когда ты успеваешь, ловелас? – спросил он, качая головой и тихо смеясь.
– Как её зовут? – спросил я, разворачиваясь и заходя в ванную комнату, чтобы взять оставленную рубашку и накинуть её на себя. Вернувшись, я застёгивал пуговицы, ожидая ответа, но его не следовало.
Я поднял взгляд и хрипло рассмеялся, увидев выражение лица Тернера.
– Брось, ты же знаешь, что такие не в моём вкусе, я просто интересуюсь. – ответил я, зная друга: этот каблук совсем изменился с появлением Эмили в своей жизни.
– В том-то и дело, что я знаю тебя, – с нажимом ответил он, качая головой. – Ник, даже не вздумай. Иначе Эм оторвёт тебе яйца за неё, впрочем, я даже мешать не буду. – ответил он со смешком, идя к выходу.
– С каких пор ты стал Девой Марией? – возмущённо ответил я. – Эмми дурно на тебя влияет. – добавил я без злобы, подкалывая друга.
– Да иди ты, – ответил он, отмахиваясь и выходя из комнаты. Остановившись на полпути, он вздохнул, будто скинул груз с плеч.
– Моника. Её зовут Моника. – ответил он небрежно, махнув рукой на прощание и уходя.
Моника… Подумал про себя и прикрыл глаза, вспоминая её. Даже не заметив, как на лице расплылась улыбка.
Заострённые плечи, виднеющиеся из-под серой кофты, прямая осанка и возмущённый тон голоса, от которого мурашки бежали по коже. Мозг словно специально подкидывал воспоминания о прижатом к торсу теле, которое утопало в моих руках, словно было создано для них. Тонкий аромат духов, который будто въелся в подкорку памяти и остался в стенах комнаты.
Я резко открыл глаза, словно меня окатили холодной водой, и подавил мысли об этой девчонке, которая до конца вечера мешала расслабиться, всё ещё оставаясь в моей голове.
С наступлением утра я пообещал себе больше не пить. До следующих выходных.
Я кинул взгляд на противоположную сторону кровати, расслабленно выдыхая от того, что спал один. Последнее, чего мне сейчас хотелось, – это оказаться с кем-то рядом. Я сел, оглядывая помещение и радуясь осознанию, что нахожусь в своей комнате, а не у кого-то в гостях. Протерев лицо руками, я услышал щелчок двери, указывающий на то, что кто-то зашёл. Кинув взгляд через плечо, увидел еле держащегося на ногах Дастина.
Он плюхнулся на кровать, страдальчески промычав:
– Я пока поднимался по лестнице, увидел всю жизнь перед глазами.
В ответ я усмехнулся, понимая его чувства.
– Я ничего не помню, – протянул он, прикрыв глаза рукой.
Я встал, слегка пошатываясь, и ответил хриплым от пробуждения голосом:
– Ничего особенного, ты просто наконец признался всем, что гей и любишь асфиксию. – пошутил я, получая удар подушкой.
Я ушёл в душ, задержавшись в нём из-за самочувствия и постояв пару минут, пока тело окутывали капли воды. К тому моменту, как я вышел, Дастина уже не было в комнате, и я понял, что он поехал домой. Одевшись, я спустился по лестнице, оглядывая особняк и чувствуя радость от того, что он был цел, а не как обычно бывало после вечеринок. Зайдя на кухню, я увидел Мартина, который читал газету и посмотрел на меня поверх очков.
– О, Марти, только ты не начинай. Если бы ты не уехал вчера домой, то Жаклин была бы твоей. – ответил я, вспоминая шеф-повара отца в этом особняке, с которой у Мартина хорошие отношения.
Я услышал страдальческий вздох и тихо рассмеялся.
– Паршивец, даже не вздумай лезть туда, я сам разберусь. – ответил он, кивнув на плиту, где был приготовлен завтрак. Я отрицательно покачал головой, чувствуя лёгкую тошноту от мысли о приёме пищи. Взяв минералку из холодильника, направляясь к выходу, добавив:
– Разбирайся, разбирайся, но знай, что шафер у тебя уже есть. – Отсалютовав ему, я покинул особняк, садясь в Агеру и откидываясь на сиденье, растирая виски.
«Хоть бы этот день поскорее закончился», – взмолился я, заводя двигатель и отправляясь домой в надежде продолжить сон. Ветер приятно обдувал лицо, и я наслаждался утром, чувствуя, как окончательно просыпаюсь. Стоя по правой полосе дороги в пробке, я перевёл взгляд влево и увидел ярко-красный кабриолет. За рулём сидел молодой парень, примерно моего возраста, и довольно симпатичная брюнетка. Наши взгляды встретились. Увидев в её глазах интерес и лёгкую улыбку на губах, я подмигнул ей и вернул внимание к главной дороге.
Машина впереди тронулась, и я потерял всякий интерес к девушке, проезжая дальше и стараясь быстрее доехать до дома. Вечер протекал спокойно. Приготовив ужин, я отправился в зал, включив боевик с высоким рейтингом. Однако, не выдержав этого шлака, я поднялся в спальню, и рухнул на кровать, не желая представлять завтрашний учебный день.
Сидя на кровати, я сушила волосы и смотрела «с любовью, Рози» пересмотренный мной тысячу раз фильм. Тётя Элли уехала к подруге, приглашая с собой, но я отказалась, зная, что Эмили приедет сегодня в гости и мы пойдём на шоппинг. Я поставила фильм на паузу, услышав оповещающий звук звонка в дверь. Торопливо встав с кровати, спустилась по лестнице и направилась встречать гостью. На пороге стояла Эмили с крафтовым пакетом из бара 595 Craft & Kitchen в руках и двумя банками колы.
– Крылышки? – спросила я, закусив губу и готовясь её расцеловать, когда увидела улыбчивый кивок в знак подтверждения.
– Ты просто ангел, Эм! – ответила я, пропуская её в дом и направляясь с ней в спальню. Пока Эмили мыла руки, я разложила привезённую еду и стала ждать её возвращения.
– Ты теперь не отвертишься, – ответила она, возвращаясь и плюхаясь ко мне на кровать.
– О чём ты? – приподняв бровь, спросила я, открывая колу и передавая жестяную банку ей в руки.
– О Николасе. – По телу пошли мурашки, но я возмущённо посмотрела на подругу.
– Ты вчера была такая злая в машине, я не спрашивала тебя, но сейчас ты обязана мне рассказать, что между вами случилось, – ответила она, закусив губу и ожидая моего рассказа, словно новую серию романтического сериала.
– Эй, прекрати! – легко шлёпнув её по бедру, я не могла сдержать возмущения.
– Я же сказала, что вы всё не так поняли. У этого придурка такое самомнение, что я удивлена, как он не взлетел в космос, – ответила я, отгоняя воспоминания о его сильных руках на моём теле. Я рассказала Эмили, как всё произошло, упустив лишь незначительные детали непонятного волнения и эмоций.
– Ник любит девчонок, – ответила она, вгрызаясь в крылышко после того, как слушала меня, не перебивая.
– Он любит то, что у них между ног. Такие идиоты живут с одними мыслями в голове.
Эмили утвердительно кивнула, покачав головой.
– Согласна, такие в основном и умирают потом от различных заболеваний, – ответила она, делая глоток колы.
– Да вот именно на таких и строится статистика, – поддерживая её, и взяв банку колы, я подняла, чтобы чокнуться. – Давай за жизнь без парней. – Но она слегка оттянула свою и улыбнулась.
– Ну, Тёрнер… – начала она, на что я закатила глаза, смеясь.
– Всё понятно, предательница. Ладно, давай за жизнь без парней, но хорошего Тёрнера, – ответила я, почувствовав, как она стукнула наши банки друг о друга.
Мы улыбнулись и сделали глоток.
– А как вы познакомились? Ты говорила про школу, но мне интересно узнать всю историю, – спросила я, интересуясь.
– О, моя семья хорошо общалась с семьей Николаса раньше, и так получилось, что мы часто виделись с ним на разных встречах. Не сказать, что мы были друзьями, но тем не менее могли общаться. Он ходил со мной в одну школу, правда, классы были разные, – начала рассказывать она, и теперь уже я слушала, не перебивая.
– Я тогда готовила пьесу для дня открытых дверей, а парни расставляли декорации. Ник пришёл с Тёрнером, он представил нас друг другу. Так получилось, что мы стали общаться, и он постоянно приходил ко мне, чтобы помочь или просто поговорить. Спустя долгое общение он признался, что я ему нравлюсь, и мы начали встречаться, – ответила она с тёплой улыбкой, от которой я не смогла сдержать собственную. – Мне тогда казалось, что Ник был больше рад, чем мы с Тёрнером, когда рассказали про отношения, – ответила она, смеясь и рассказывая дальше.
Доев крылышки и наговорившись, мы откинулись на кровать, тяжело выдыхая.
– А почему ты сказала, что твоя семья раньше общалась хорошо с семьёй Ника? Они поссорились? – спросила я, стараясь не выдать любопытство.
– Да нет, когда его мама умерла, то его отношения изменились с отцом, и в целом их семья была уже не такой. Он и раньше был неуправляемым, а после стал буквально невыносимым. Его из-за этого отец и отправлял в Сиэтл, но даже там он наделал шума, – ответила она.
Не решаясь больше заводить о нём разговор, я встала с кровати, переоделась, и мы поехали в магазин. Весь день мы бродили по нему, выбирая одежду и аксессуары. Вечером, вернувшись домой, я поцеловала тётю Элли на ночь и, выйдя из ванны, тут же рухнула на кровать, мгновенно заснув.
Проснувшись утром от звона будильника, я хлопком ладони отключил звук и перевернулся на другой бок, желая урвать ещё пару минут сна. Но спустя некоторое время зазвонил телефон, и я, вздохнув, открыл глаза. Потянувшись за телефоном, увидел входящий звонок от Тейлора – секретаря отца. Я с недовольством ответил на звонок.
– Тейлор, что бы ты ни хотел, можешь идти в задницу, я сплю и даже не собираюсь вникать в разговор.
– Сегодня первый день учёбы. Твой отец попросил проследить за тобой и напомнить тебе о ней, так как, по его словам, у тебя вечные выходные, – ответил он. Я, не видя его лица, представил, как он поправляет очки на переносице, сидя за столом, как послушный мальчик, готовый исполнять любые поручения отца.
– Ты собрал мне рюкзак и ланч-бокс? – спросил я, ухмыляясь.
– Нет, я позвонил куратору и узнал твоё расписание. Занятие через час, будь добр, не опаздывай. Отец готов забрать твою машину в случае прогулов.
– Может, ещё найдёт мой планшет и посадит меня под домашний арест?
– Ник, я серьёзно, собирайся и поезжай в университет, – ответил он, сбрасывая трубку.
Откинув телефон, я с наслаждением прикрыл глаза, вновь засыпая и просыпаясь лишь через час. Не торопясь, собравшись, написал Дастину, который поддержал идею встретиться на парковке университета. Захлопнув входную дверь, я прошёл в гараж, открывая и осматривая свою любовь. Агера сияла, словно бриллиант, и ослепляла ярче солнца. Плавно выезжая на дорогу, я стал набирать скорость, вливаясь в уже оживающий город и попадая в начавшиеся пробки. Постукивая пальцами по рулю, слушая звездного мальчика, я кинул взгляд на автобус, и всё моё расслабление пропало, как только я присмотрелся, увидев её.
Моника сидела у окна, с наушниками в ушах, увлеченно читая книгу и, казалось, не замечая никого вокруг. Народа в автобусе было много, но это, очевидно, не мешало ей наслаждаться чтением. Я невольно засмотрелся на её волосы, собранные в аккуратный хвост, который открывал вид на вытянутое лицо. Лицо, которое я хорошо запомнил с вечеринки.
Сглотнув и переведя взгляд обратно на дорогу, я продолжал ехать рядом с автобусом, поддавая газ, когда машины впереди начинали расходиться. Я вновь перевёл взгляд на Монику, желая, чтобы она увидела меня, но она уткнулась в книгу, даже не подозревая, что я нахожусь напротив и не могу оторвать от неё взгляд.
Набрав скорость по освобождающейся полосе и оставив автобус позади, я старался сдержать пробивающуюся улыбку от мысли, что от учёбы будет какой-то плюс. Видеть и провоцировать эту девчонку доставляло удовольствие.
Заезжая на парковку, я стал искать свободное место. Как и предполагал, Дастин уже ожидал меня, разговаривая с группой парней. Оставив машину, я подошёл к ним, пожимая руки парням, знакомясь или узнавая старые лица ещё со школы. Большинство из нас, как я, Дастин и Тернер, оказались на общественно-политическом и лидерском, другие же пошли в бизнес.
Как только раздался звонок, оповещающий о начале занятий, многие разошлись по корпусам. Я же с Дастином неторопливым шагом направился к входу, обсуждая незамысловатые темы. Как вдруг со спины я почувствовал слабые объятия. Развернувшись, я увидел блондинку, которую смутно припоминал с той ночи, в день моего возвращения в Вегас. Дастин, хлопнув меня по плечу усмехнувшись, сказал, что встретится со мной на паре, скрываясь в дверях университета.
Не чувствуя ответных объятий, она отстранилась, но улыбка не исчезла с её лица, и она заговорила всё тем же писклявым голосом, от которого хотелось зажать уши.
– Привет, ты мне так и не позвонил. А твой номер был недоступен, когда я пыталась тебе набрать.
Упустим тот момент, что я вообще не помнил, обменивались ли мы номерами.
– Привет… Эмбер, да, у меня были дела, – ответил я, заметив, как её улыбка исчезла, и понял, в чём дело. Но не скажу, что это вызвало у меня сожаление.
– Меня зовут Хлоя, – ответила она, поправив меня, и продолжила разговор, предлагая встретиться и погулять. Но я перестал её слушать с того момента, как увидел медленно поднимающуюся по лестнице Монику.
Её кофта обтягивала нужные изгибы, которые были скрыты от меня на вечеринке из-за вязаного свитера, а юбка открывала вид на изящные ноги, которые я рассмотрел ещё, когда она выходила из моей спальни.
– Что скажешь? – спросила Хлоя, стоящая рядом и отвлекая меня от Моники.
– О чём ты? – спросил я резче, чем планировал, раздражённый тем, что она тратит моё время.
– У меня есть два билета в театр, может, сходим? – терпеливо повторила она, закусывая губу.
– Нет, не сходим. Слушай, Хлоя, я думал, ты сама всё поймёшь, но, видимо, придётся сказать прямо: то, что было той ночью, ровно ничего не значит для меня. Мы переспали и разошлись, – ответил я, видя шок на её лице, сменившийся застывшими слезами на глазах. – Я не ищу отношений. Если ты хочешь ещё раз «оттянуться», могу дать номер друга.
– Сволочь, – услышав её ответ, я увидел, как она быстро скрылась за дверями университета.
Отправившись на первую пару, я с трудом досидел до конца.
Бросив взгляд на Дастина, который строчил сообщения какой-то девчонке из параллельной группы, я даже не хотел догадываться, почему у этого придурка такая ухмылка.
– Поднимай задницу, Тёрнер писал, что опоздает, мы решили встретиться в столовой, – сказал я, спускаясь по ступенькам, расправляя слегка затёкшие плечи и выходя из аудитории.
Зайдя в кафетерий, я увидел, что столики были забиты людьми с разных курсов. Окидывая взглядом помещение, я невольно искал Монику в толпе, но, не найдя, рывком схватил Дастина, всё ещё пялившегося в телефон, и подошёл к витрине.
– Ты долго собираешься пялиться в телефон? – спросил я, заинтересованно осматривая выбор еды.
– Я не виноват, что фотки этой крошки – лучшее, что я видел сегодня, – ответил он, убирая телефон в задний карман брюк и беря поднос, выбирая еду.
– Кто на этот раз? – хмыкнул я, спрашивая его и ставя ростбиф с картофелем на поднос, продвигаясь дальше по металлической стойке.
– Моника, – отозвался он с радостью в голосе. Я резко повернул голову, потеряв интерес к еде.
– Какая ещё Моника?
– Та, что была на вечеринке, – ответил он, не скрывая улыбку.
Я приподнял бровь, слушая его и не чувствуя ничего похожего на радость, наоборот, мне это не понравилось.
– Шучу. Видел бы ты своё лицо сейчас, жаль, не успел сфоткать. – Он гордился собой и продолжал выбирать еду, подталкивая меня к кассе.
– Ты идиот, в курсе? И вообще, откуда ты про неё знаешь? Я не рассказывал, – ответил я, расплачиваясь и беря поднос, направляясь к свободному столику.
– Потому что ты сволочь, которая не делится подробностями. Хорошо, я дружу не только с тобой, но и с Тёрнером, – ответил он, разрезая стейк и отправляя кусок в рот, пока я мысленно называл Тёрнера треплом.
– И что же он тебе рассказал? – спросил я равнодушно, приступив к еде.
– То, что у тебя буквально встал на ту девчонку. Это меня не удивляет, потому что, учитывая тебя, это не проблема, как минимум до пятидесяти или когда там начинается проблема с потенцией, – ответил он, рассуждая и подняв на меня взгляд.
– Но то, как он рассказал вашу историю знакомства, меня заинтересовало. Ты уже узнал её ближе? Или хочешь? – спросил он обыденно, словно мы постоянно ведём такие разговоры.
– Не неси чушь, ты же знаешь Тёрнера, скажи ему одно – он передаст другое, – ответил я, делая глоток колы и продолжая. – И нет, мы не трахались. Я не собираюсь с ней спать, – ответил я, пожав плечами и заметив его пытливый взгляд, не обращая на него внимания.
– У неё усики над губой? Чёрт, так и знал, что Тёрнер недоговорил, – ответил он, качнув головой. Я схватился за переносицу, выдыхая.
– Закройся.
– Ну а что тогда может быть? Самое страшное я уже отбросил, и идей больше нет. Она страшненькая? – спросил он, продолжая задавать вопросы с любопытством.
– Она… обычная. Такая же, как и другие, – ответил я, не договорив и прикусив язык.
– То есть тебе плевать?
– Совершенно, – ответил я, пожав плечами для большей правдоподобности.
– Хм, и тогда тебе плевать, что Джек прямо сейчас строит ей глазки? – спросил он, кивая мне за спину.
Я кинул взгляд через плечо, и мои глаза потемнели, когда я увидел, как парень из нашей группы сел за столик к Эмили и Монике, очевидно пытаясь познакомиться с последней. Повернушись обратно к Дастину, я посмотрел ему в глаза.
– Мне будет плевать, даже если он разложит её на этом столе.
– Ну, как знаешь, – ответил Дастин, смотря на меня, словно я прохожу детектор лжи.
В этот момент к нам подошёл Тёрнер, уселся рядом со мной и, забрав бургер с тарелки Дастина, впился в него зубами.
– Спасибо, бро, – ответил он, отправив воздушный поцелуй возмущённому Дастину.
– Ты опоздал, что случилось? – спросил я, кидая взгляд на часы подмечая, что обычно он пунктуален. – Эмми всю ночь не давала спать? – спросил я с ехидной ухмылкой, решая позлить друга, на что получил убийственный взгляд, и мы с Дастином отбили друг другу пять.
– Заткнитесь, придурки, – ответил он, добавив: – Я не вы, и подробности нашего секса раскрывать не буду.
– А оно и догадываться не надо, как Эмми сказала, так и будет, – ответил я, подливая масла в огонь, и мы рассмеялись, увидев выражение лица Тёрнера.
– Вообще-то… – начал он, но Дастин, не дав ему договорить, продолжил: – Это называется равноправием, вы просто ничего не смыслите, – ответил он, понизив голос и пародируя Тернера.
– Придурки, я серьёзно, закройте рты! Вы в курсе, что на третьей паре игра по баскетболу? – спросил он, оглядывая нас, и мы переглянулись, зная, что это значит. – Поэтому давайте доедим и пойдём развлечёмся, – ответил он, вытирая руки влажной салфеткой.
– Интересно, а девчонки будут? – спросил Дастин, вздыхая и поглаживая живот, откидываясь на спинку стула. – Ну, или Моника с Эмили, – ответил он, улыбаясь и показывая свои белоснежные зубы.
– Они скорее всего придут, – ответил Тернер, но Дастин не умолкал: – О, Нику будет сегодня не до игры, – на что получил убийственный взгляд уже от меня.
Отсидев ещё одну нудную пару, мы вышли на парковку и пошли к своим машинам, доставая спортивные сумки с формами и отправляясь в сторону зала.
