Глава 1. Неожиданная встреча
Это был солнечный, ветреный день, который в южных краях принято считать одним из самых приятных. Конец весны и начало лета – последние майские дни долгожданные в году, потому что солнечное тепло еще слишком мягкое, чтобы сжигать едва выросшую зеленую траву и превращать цветущие парки в пустыри с пожухлыми растениями. А воздух – недостаточно влажный, чтобы в дуэте с летней жарой изнурять и сводить с ума местных жителей духотой и пеклом.
Поэтому последние майские дни просто созданы для того, чтобы гулять в течение всего дня. В то время как июньские и июльские вынуждают прятаться по кофейням и домам.
По обыкновению, Макс вместе с мамой – Екатериной Мартыновой – отправился на дневную прогулку в ближайший парк. Хотя с куда большим удовольствием он бы остался дома за прохождением очередной видеоигры. Макс уже знал наизусть весь маршрут – два круга в одном крыле парка, два круга в другом и три – посередине. Возможно, мама купит ему мороженое или сладкую булочку – мама никогда не оставляла его без чего-нибудь вкусненького. Однако, сегодня даже всеми детьми любимые сладости не принесли бы Максу никаких эмоций.
В этот раз мама купила ему ванильное мороженое с карамельным сиропом и продолжила привычный разговор о вафельных рожках, которые она зачем-то хотела приготовить на ужин.
И все было бы, как раньше, не окажись вдалеке двух фигур, направляющихся прямо к ним. Когда они немного приблизились, Макс разглядел красивую высокую женщину с маленькой девочкой, которую она держала за руку. Мама улыбнулась и помахала им рукой.
«Значит, они знакомы, – подумал он, – Сейчас остановятся и будут еще очень долго говорить о чем-то скучном и неинтересном». И Макс с тоской взглянул на часы, считая, сколько же времени пройдет, прежде чем они вернутся домой, и он возьмется за игры.
И, действительно, – они остановились и принялись оживленно болтать, обсуждая последние мировые события и соседские сплетни.
Макс обреченно вздохнул и перевел взгляд на девочку – она тоже не слишком радовалась этой встрече. Девочка нетерпеливо стояла, притоптывая испачканными землей и травой ногами. Он поднял глаза выше: на ее коленке красовалась рана, щедро политая зеленкой. Руки ее с короткими неуклюжими пальцами были также все зеленые, но не от зеленки, а от травы – правая рука сжимала букет из сорняков, цветов и сухих веточек. Наконец, он посмотрел на ее лицо – живые горящие карие глаза жмурились от солнца, которое одаривало ее сияющими лучами. Каштановые волосы тоже ловили свет и отливали красивым сиянием. Ее губы то растягивались в улыбке, обнажая большие передние зубы с небольшой щербинкой, то сжимались в недовольной гримасе.
«Смешная», – заключил Макс после детального осмотра.
Он снова взглянул на нее и столкнулся со взглядом карих глаз – девочка широко улыбнулась и хихикнула. Макс не сдержался и улыбнулся в ответ.
– Ах, да, это моя третья дочка, – сказала женщина, прижимая девочку к себе, – Лилия.
– Я – Лил! – выпалила девочка, недовольно посмотрев на маму.
Тетя Ева рассмеялась и завела непослушные волосы дочери за уши, которые Лил тут же вытащила и расправила по плечам.
– Она не любит, когда ее называют Лилией или Лилей. Говорит, что уж слишком вычурное и нежное имя. Лучше зовите просто Лил – дома мы ее так и называем.
– Ева, у тебя прекрасная девочка, просто чудо, – произнесла Екатерина Андреевна, с подозрением глядя на ее грязные и побитые ноги, и обратилась к ней, – А это мой сын Макс. Познакомься, Лил.
Лил широко улыбнулась и смело шагнула к Макс, протягивая ему испачканную и поцарапанную руку.
– Привет, Макс! – дружелюбно сказала она.
Макс смутился и покраснел, но все же пожал руку, хоть и неуверенно.
– Пока мы шли к вам, я успела рассказать ей о тебе, Макс, – обратилась тетя Ева к Максу, – Она хочет подружиться с тобой.
«Подружиться. Со мной?» – пронеслось в его голове.
За все время никто с ним не дружил из посторонних детей. Только изредка приезжала поиграть двоюродная сестра Нина, но больше никто из детей не приходил к нему в гости. Особой радости Нина никогда не вызывала. Скорее он расстраивался, узнав о приезде кузины, которая всегда устанавливала в доме свои порядки и заставляла играть только в то, что ей нравилось. А подружиться с другими детьми не было даже возможности – он все время проводил дома и учился дистанционно.
– Вот и отлично, – обрадовалась Екатерина Андреевна, – Пусть приходит к нам в гости – они будут играть вместе. А то Макс в последнее время кроме компьютерных игр больше ничего не видит. Так что, ждем.
Макс дернулся и недовольно посмотрел на маму: ему не нравилось, когда она всем говорила, что он только играет в видеоигры. Как будто он больше ничем не занимался!
На колени упали холодные липкие капли – так и не тронутое мороженое заметно подтаяло.
– Возьми, – сказал он Лил и протянул мороженое, – Я не буду, угощайся.
– Бери-бери, Лил, – оживленно проговорила Екатерина Андреевна, – Максиму уже приелось сладкое, он даже не коснулся мороженого. Бери, а то растает совсем.
Лил приблизилась к Максу и взяла из его рук липкую холодную сладость.
– Спасибо! – улыбнулась она, с удовольствием лизнув мороженое.
– Что ж, мы пойдем, – сказала Екатерина Андреевна, подтолкнув коляску, – А ты, Лил, обязательно приходи в гости. Хоть завтра! Хоть каждый день!
– Хорошо! – воскликнула Лил и на прощание помахала Максу рукой, – До свидания!
Когда они возвращались домой, Максу уже не казалось, что каждый день происходит одно и то же. Он вдруг осознал, что с нетерпением ждет завтра – ведь в гости придет Лил.
Глава 2. Лил
Макс проснулся на удивление рано. Екатерина Андреевна, еще собирала папу Макса – Валерия Николаевича – на работу и готовила ему завтрак, запах которого так заманчиво щекотал ноздри. Никогда еще Максу так не хотелось есть: аромат поджаренного бекона, хлебных тостов и омлета окончательно вскружил ему голову, когда он представил все это вместе с какао.
– Мам, я хочу есть! – выкрикнул он, в надежде, что сквозь приоткрытую дверь его услышат.
И через минуту в дверях показался папа. Он подошел к Максу, взял на руки и усадил в инвалидное кресло.
– Ты что-то рано сегодня проснулся, – сказал папа, когда они оказались в кухне.
Он усадил Макса напротив себя.
– Он ведь ждет Лил, дочку Евы, – рассмеялась Екатерина Андреевна, – Встретили их вчера в парке – она годом или двумя младше Макса. Я и позвала ее в гости – пусть играют, чтоб ему скучно не было. И я тоже смогу отойти в магазин или салон красоты, а то запустила себя.
– Все правильно, – сказал Валерий Николаевич, – Пусть играют. Ведь это лучше, чем с папой играть в Mortal Kombat, верно?
– Неправда! – с жаром запротестовал Макс, – С тобой играть интереснее всего!
Валерий Николаевич рассмеялся. Он сделал последний глоток кофе и поспешно встал из-за стола. Чмокнул свою жену и пожал Максу руку, взял портфель и вышел из дому.
– А ты почему не ешь? – воскликнула Екатерина Андреевна, обнаружив полную тарелку Макса, – Ты же сказал, что голоден!
Макс совсем забыл о том, что хотел есть. Поэтому остывший какао через мгновение был выпит, а бекон с омлетом съеден. Никогда еще завтрак не был для него таким вкусным.
Затем мама помогла ему умыться, расчесаться и переодеться в дневную домашнюю одежду.
– А когда придет Лил? – спросил он.
– Так, – мама посмотрела на часы, – Сейчас уже десять. Лил скорее всего придет к одиннадцати.
Час! Ждать еще целый час! Макс обреченно вздохнул, прикидывая, чем бы ему занять это время. И тут же покосился на приставку.
– А может и раньше, – пожала плечами Екатерина Андреевна, – Когда придет Лил, я отойду на несколько часов, хорошо?
– Хорошо! – ответил Макс, подумав, что маме и самой не терпится поскорее уйти по своим делам.
Он вздохнул. Макс очень любил своих родителей, но все же иногда ему казалось, что им с ним нелегко. Они баловали его, покупали любые игрушки и исполняли все прихоти, проводили с ним достаточное количество времени и, в общем-то, ни разу не показывали, что Макс им как-то мешает. Но он чувствовал это через прикосновения, через тепло или отсутствие тепла кончиков пальцев. Он ясно слышал каждый вздох, проделываемый ими в момент, когда Макс просил помощи.
Макс отбрасывал эти сомнения и подозрительные мысли, уверяя себя в том, что для мамы и папы он никогда не сможет стать хлопотным. Но в минуты, когда мама с радостью покидала его при первой возможности, Макс начинал чувствовать себя одиноким.
Он не мог ни с кем поделиться своими грустными мыслями – друзей у Макса никогда не было. И он мирился с этим, осознавая, что родителям, наверняка, и вправду с ним нелегко. Ведь они возились с ним целыми днями, несмотря на то, что Максу было одиннадцать лет – он уже взрослый, но всё же мама и папа не могли научить его самостоятельности.
Близился одиннадцатый час. Екатерина Андреевна нервно посмотрела на часы и обратилась к Максу:
– Мне нужно бежать. Ты ведь сможешь открыть дверь, когда придет Лил?
– Могу! – радостно кивнул Макс и в знак доказательства подъехал к входной двери и несколько раз повернул ключ в замке.
– Отлично! – Екатерина Андреевна обняла сына, – Ты у меня молодец.
Максу стало приятно от того, что он может хоть немного быть самостоятельным. Он, сияя, повернулся к матери и уверенно заявил:
– Ты можешь смело идти по делам, мам. Я встречу Лил, и мы будем играть.
– Прекрасно! – обрадовалась Екатерина Андреевна.
Она тут же скрылась в соседней комнате, чтобы переодеться. А Макс подъехал к своему шкафчику с игрушками. Свою инвалидную коляску Макс очень любил – родители ему купили самую лучшую с амортизированными колесами. Он в ней как будто плыл, даже когда ездил по вымощенной камнем дороге. Жаль только, они не позволяли ему самостоятельно передвигаться.
Макс открыл свой шкафчик с игрушками, вытащил с нижней полки темно-зеленого тираннозавра и положил на колени. Следом появились аллозавр и стегозавр. Макс в нерешительности разглядывал игрушки: эту коллекцию он собирал с шести до девяти лет.
Что же показать Лил? Динозавров? Или гоночные машины? А вдруг она любит играть в куклы, а у него нет ни одной? Может, она любит книжки?
Макс поднял голову и посмотрел на свои книги, лежащие на верхней полке шкафа. Он редко их читал, поэтому книги уже покрыл толстый слой пыли.
А вдруг она тоже окажется любительницей видеоигр? Что ж, тогда они вдвоем возьмутся за Mortal Kombat или Street Of Rage и будут играть до самого вечера – лучше и не придумаешь! Только ведь она… девочка… Разве девочка захочет играть в такие мальчишеские игры? Макс задумался и вспомнил ее грязные руки и подбитые коленки – вероятно, она не будет против таких игр…
Пока Макс размышлял, мама успела переодеться и прихорошиться перед зеркалом. Она на прощание чмокнула сына в щеку, закинула на плечо сумку и выскочила за дверь.
Едва он вернулся в комнату, как в дверь постучали в такт веселой мелодии из какого-то мультфильма.
Это Лил! Сердце подпрыгнуло от радости, а желудок от волнения сделал сальто-мортале: наконец-то у него появился друг!
Макс быстро заскользил к двери, повернул в замочной скважине четыре раза ключ и осторожно приоткрыл дверь, оставляя небольшую щелку. В него впились любопытные карие глаза, в которых играли плутливые огоньки.
– Привет… – робко сказал Макс, открывая пошире дверь.
Лил смотрела на него с улыбкой, обнажая большие передние зубы с щербинкой. На этот раз на ней были разодранные широкие джинсы и ярко-желтая футболка. На ногах красовались потрепанные зеленые кеды, а волосы украшали маленькие косички, зацепленные резинками с красными бусинками.
– Привет, Макс! Я так рада тебя видеть!
Ее голос прозвучал звонко, громко и уверенно. И Макс отметил, что в ее порой неуклюжих движениях легко уживаются уверенность и твердость. Лил зашла в дом, разулась и подождала, пока Макс не закрыл дверь и поехал в гостиную.
Вдруг его охватил жар: ему стало неловко и неприятно. Он снова почувствовал себя слабым и беспомощным, а в душе начала подниматься волна гнева из-за того, что он – Макс – вынужден кататься на коляске и смотреть, как другие ходят и глядят на него свысока. Макс сглотнул слюну, подавил выступающие слезы и с вызовом обернулся к Лил.
Но Лил быстро уселась на диван, оказавшись на одном уровне с ним. Волна гнева и обиды мигом рассеялись, и он смущенно улыбнулся.
Следующие полчаса были для Макса самыми счастливыми. Он впервые в жизни играл в догонялки и прятки, причем все было по-настоящему – Лил даже не пыталась ему поддаться, как делали это его родители – поэтому он и не играл с ними. А Лил, разогревшаяся и раскрасневшаяся, мчалась за ним по всей комнате, обегая или сбивая на пути все расставленные ею детские табуретки в качестве преград.
Наконец, они, уставшие и запыхавшиеся, прекратили погоню друг за другом и принялись сражаться в Mortal Kombat – это была любимая игра Макса и, как оказалось, Лил тоже.
– Я играю за Соню Блейд! – заявила Лил.
– А я – за Скорпиона! – сказал Макс, хитро прищурившись.
«Сейчас посмотрим, кто кого!» – усмехнулся он про себя.
Однако не прошло и десяти секунд, как его персонаж улетел в нокаут от комбо-ударов Сони под руководством Лил.
– Ты жульничаешь! – возмутился Макс, – Нажимаешь на одни и те же кнопки и не даешь мне совершить удар!
– Так я победить хочу! – парировала Лил, – Поэтому использую те приемы, которые знаю! И почему я должна позволять тебе совершить удар? Разве игра будет честной?
Макс недовольно запустил второй раунд. И опять – его персонаж не может сделать шаг из-за бесконечных атак Лил.
– Так невозможно играть! – выпалил Макс, с отчаянием глядя на своего убитого Скорпиона.
От негодования он уже собирался швырнуть джойстик в сторону, но сдержался и угрюмо буркнул:
– Я возьму другого персонажа.
– Пожалуйста! – лениво протянула Лил, – Я тоже возьму.
Макс выбрал Лю Кана, а Лил – кровожадную Милину. Перед раундом Макс рассчитывал наброситься на Милину огненными кулаками, но в ужасе обнаружил, как его герой падает от телепортационных приемов соперницы.
Макс украдкой взглянул на Лил, и всю его злость как ветром сдуло: Лил с азартом нажимала на одни и те же кнопки, исказив лицо в коварной и хитрой гримасе. Она так забавно и смешно выглядела, что Макс невольно хихикнул.
А Лил, добив своего противника, обернулась к нему.
– Что смешного? – серьезно спросила она, прищурив глаза.
– Ничего, – улыбнулся он, – Ты победила.
И Лил, очень довольная собой, отвернулась.
А Макс все думал, чем бы заинтересовать Лил, но так ничего и не придумал.
– Тебе нравятся книжки? – в отчаянии спросил он.
– О, да! – воскликнула Лил, – Я очень люблю читать. Особенно про волшебников и сказочных существ – не могу оторваться!
– Отлично! – Макс подъехал к своему шкафчику и достал оттуда стопку книг.
Ее взгляд остановился на книге «Путешествия Гулливера», где на обложке красовался путешественник на корабле среди синих волн.
– Это моя любимая книга, – восхищенно сказала Лил, – Только я брала эту книгу в библиотеке, она была старой и рваной, и ни одной картинки… А тут их так много! И все почти так, как я и представляла!
Лил остановилась на изображении гуигнгнма и Гулливера, проведя пальчиком по нарисованной гриве лошади. Она только хотела перелистнуть страницу, как ее взгляд упал на книжку в коричневом кожаном переплете. Она выделялась среди других размером (больше походила на альбом) и отсутствием надписей.
– А это что? – Лил нахмурила брови.
Макс взглянул на книгу в ее руках и рывком выхватил ее.
– Это не книга! – испуганно визгнул он, – Там ничего интересного.
Но Лил так не считала: ее глаза сразу загорелись любопытными искорками.
– А ну покажи! – потребовала она, – Покажи мне, что это?
– Это… – нерешительно замямлил Макс, – Мой альбом с рисунками…
– Вот здорово!
Глаза Лил стали круглыми, как блюдца, а пальцы в нетерпении зашевелились, готовящиеся выхватить из рук Макса альбом.
– Покажи, пожалуйста! – взмолилась она.
– Они не так хороши, как мне хотелось бы, – смущенно сказал Макс, – Так, просто, ничего особенного.
Но Лил и слушать не хотела. Она нетерпеливо ерзала на диване и так упрашивала показать ей рисунки, что Макс сдался.
Он открыл альбом трясущимися руками: Макс не показывал свои рисунки никому, даже маме и папе. Ему всегда казалось, что это должно оставаться его тайной, и ни с кем ею делиться нельзя.
На первой странице был изображен великан с большими и крепкими руками. Он был суров и немного угрюм лицом, но сквозь морщины и бороду проглядывали мудрые глаза и добродушная полуулыбка.
Лил перевернула страницу. На этот раз на бумаге красовались деревья с широкими зелеными ветвями, на кронах которых примостились в гнездах смешные птицы.
Лил пролистала дальше: на других страницах Макс нарисовал мультяшных человечков, больших собак, кошек и единорогов.
– Ты прекрасно рисуешь, – пробормотала потрясенная Лил, – У тебя замечательные рисунки. Ты будто создал свою собственную страну! Как ты до этого додумался?
– Не знаю, – смутился Макс и покраснел.
Он и вправду не знал, откуда у него такие идеи. Но ему казалось, что, рисуя этих существ, он прикасается к чему-то очень теплому и родному, но такому далекому, до которого невозможно дотянуться рукой. И он все рисовал и рисовал, словно пытаясь что-то вспомнить. То, что вспоминать нельзя.
– Знаешь, – тихо сказала Лил, проводя пальцами по зеленым деревьям, – Твои рисунки… Я их где-то видела… Тебе так не казалось, когда ты рисовал?
Макс побледнел.
– Казалось, – сказал он дрогнувшим голосом.
Он посмотрел на Лил и улыбнулся. Никому и никогда он не показывал своих рисунков, думая, что никто их не поймет. Но ей все-таки решился.
Макс поймал себя на мысли, что в глубине души он знал, что она почувствует то же самое.