Воздух
Всех построили вдоль стены, обыскали и повели на прогулку. Спустили по лестнице вниз, а в это время наверх поднимали с усиленным конвоем и овчаркой, которая гавкала с эхом, что громко и ужасающие отражалось в ушах, человека в наручниках. Он сгибался вниз, как при поклоне. Позже Саня узнал, что вели ПэЗэшника, который жил в тюрьме. «Интересно, какое страшное преступление он совершил, что ему дали пожизненное», – подумал Александр. Их вывели на улицу в небольшой дворик: вокруг стены, сверху накрыто сеткой-рябицей. Свежий воздух… Как хорошо… Саня стал жадно дышать, как будто бы скоро его лишат кислорода, а вместе с ним и жизни. Он вспомнил про Германа: где он теперь? Может в соседней хате? Поинтересовался у Сергея, как можно узнать? На что тот и говорит: «Если он на другом корпусе, то забудь… Максимум, можно связаться с хатами по цепочке на нашем этаже по нашей стороне, и еще с хатами, которые над нами и под нами. С кем-то это делается через малявы, которые отправляется с гревом по мокрой в нашем случае, или по воздуху в других случаях. (Автор решил не вдаваться в подробности и тонкости работы дорожника, чтобы не повторяться так как Сергей Павлович в своей книге «Как я украл миллион» описывает процедуры плетения коней и их использования). Так как у нас ближайшие соседи по этажу только с одной стороны, к ним можно общаться по громкой через «уру-ру».
Не прошло и получаса как арестантов повели обратно в хату. Сотрудники принесли Сане вату, постельное и кругаль. Это значит, что следующую ночью он будет спать на мягком. Свободная спальное место было на пальме (верхний ярус). А вечером подоспела на ужин капуста, которую все здесь называют «бигус». Правда «бигус» – это национальное Литовское блюдо, а здесь это полугнилая кислая капуста. Никто ее есть не стал. После сработались с хатами, но Германа нигде не оказалось. Ночью, хоть и на вате, но всё равно Саня сильно замерз, спал в кофте, свитере, куртке, штанах, шапке и капюшоне. Проснулся в 5:00 утра от холода. больше не спал. Да и по ночам с потолка или из-под стен вылезали клопы, которые жутко кусали.
На следующий день всё повторилось. Единственное отличие было в том, что наступила весна, но ни о чём это не говорило, разве только что Саня в письме добавил поздравления с 8 марта для мамы и отдал контролерам в кормушку (окошко).
В течение недели Сергей действительно уехал на этап на Володарку вместе с дедом. Номер телефона своего кента с просьбой позвонить и сообщить, где пребывает Александр, хотя он уже мог и знать, передал. В хате было ещё два человека. Позже подняли ещё двоих: один за кражу навигатора – парнатовский малой; второй – комерс по 243 ст. уклонение от налогов родом из Могилёва. В прошлом работал арт-директором в клубе «Метро», и с которым у нас были общие знакомые. Парнатовского так и прозвали – Навигатор. Он не умел читать и писать. Оказывается, в наше время есть такие люди, что Саню сильно удивило. Этот малой первый раз попался из-за навигатора, осудился, дали 2 года условно и сразу же произвел вторую попытку, из-за чего корпусной даже не заметил, что он уже освобождался. Парня из Могилёва звали Леша. Через неделю он затащил небольшой телевизор, который ловил только два канала: ОНТ и 1 Белорусский. Саня на воле телик вообще не смотрел, поэтому для него это было в новинку. Особенно он посмеялся над белорусским колхозным плагиат-шоу, где происходит обмен женами. Но просмотр был недолгим… В то время в Жодинской тюрьме, если в хате был телевизор, то она находилась «под обстрелом» милиционеров. Стали уделять пацанам много внимания. Заглядывали в глазок каждые 5 минут, поэтому прилечь было невозможно. Постоянно приходилось выходить со всеми вещами на продол. Если что-то останется, то выкидывали. Участились шмоны, отключения розетки, поэтому парни отказались от телевизора и Лёша попросил администрацию отнести его на склад. Но сотрудники, скорее всего, распорядились им по-другому.
Зато в хате стало спокойней. Саня получил первое письмо от мамы. В нём было написано, что все его простили, но беду в семью он принес большую. Затем последовал кабан (передача), в котором было всё, о чём Саня писал в письме и что пропускали: мыльно-брильное, сигареты, носки, майки, колбаса, сало, запаривающиеся каши, конфеты, шоколад, кофе, чай и др. Крепкий чай называют чифир и по традиции его пьют по 2 глотка и передают дальше по кругу. По рассказам он должен бодрить, но Саня как-то этого не ощущал, лишь только горький и терпкий вкус, после которого вяжет во рту. Александр на свободе неоднократно заваривал китайский чай Пу-эр, который рекламировал постоянно музыкант Баста, но лишь однажды он испытал что-то серьёзное от чая, когда один знакомый побывавший в Китае угостил Саню шайбочкой. Случилось это при следующих обстоятельствах: он поспал всего лишь 2 часа, с утра выпил чай и поехал на работу. Почти до конца рабочего дня Александр чувствовал бодряк как под амфетамином, но в отличие от амфетамина этот бодряк совмещался со спокойствием и умиротворением. Все остальные чаепитие в компании с друзьями, когда по их словам, у Пу-Эра выдержка (хранение под землёй) 10—15 лет, а чем больше выдержка, тем качественней чай, не давали никакого эффекта. Тем не менее Саня стал периодически чифирить. Так вот, когда зашла посылка, он был очень рад. Стал всех угощать разными вкусняшками. Его тоже на протяжении этого времени угощали. Хата жила дружно, и еда была общая. К слову, посылки здесь называют «кабанами», а сумки – «кешерами». Без телевизора стало скучно, настольные игры почему-то не пропускали, хотя они дозволены, согласно правилам внутреннего распорядка. Лёша выписал газеты, но они приходили с опозданием на неделю, пройдя до этого, видимо, несколько рук. Чьих рук, каких рук? Непонятно. Арестанты из хлеба стали лепить шахматы, в одну галушку до этого добавив размолотый активированный уголь, чтобы раскрасить в чёрный цвет. Просушили, начертили шахматную доску и начались баталии. Саню как-то в детстве учил правильно ходить шахматными фигурами его дедушка. Он быстро вспомнил и успешно стал выигрывать соседей по камере. Также свое времяпрепровождения стал проводить за написанием писем родне, друзьям и девушке, с которой познакомился незадолго до задержания. Про творчество тоже не забывал: за месяц исписал много страниц стихами, то есть речитативными текстами. Параллельно с этим стал очень много курить, тем более, что зашло несколько блоков Winston, самых ходовых сигарет в тюрьме. Вообще сигареты – это деньги. Потом Саня узнал, что особенно в лагерях на них играют, за них покупают, их одалживают. Ещё Александр решил по утрам отжиматься, что впоследствии даже вошло в привычку. Кстати, кроме передач в тюрьмах есть атаварка – это магазин, в котором по списку можно приобрести вещи и продукты первой надобности, если конечно есть деньги на личном счету.
