Татьяна Прокудина
Потерянный
Отец умер внезапно, хотя его смерть была лишь вопросом времени: он уже давно и тяжело болел. Внезапно это было потому, что никто не ожидал, что это случится в больнице, куда его привезли на «скорой помощи» после очередного приступа. Мать приехала вся в слезах, сказала, что отца перевезли в морг и что его тело появится дома только перед панихидой. А потом занавесила все зеркала в доме и велела то же сделать с любыми поверхностями, которые что-либо отражают. На вопрос, зачем это, ответила: «Чтобы душа умершего не заблудилась в этом мире и нашла дорогу в мир иной».
«Что за бред, – подумала Яна, – на дворе двадцать первый век, а она про какие-то путешествия в мир иной говорит». Но спорить с убитой горем матерью не стала, а молча всё занавесила.
Попрощаться с отцом пришла целая толпа народа. Весь двор был полон людьми: родственниками, любопытными, соседями, сослуживцами, знакомыми и друзьями. Многие хотели поехать на кладбище, но всем не хватило места в машинах.
«Интересно, – подумала Яна, – если я умру, сколько людей придет со мною проститься? Вряд ли больше десяти человек. Чем же папа зацепил всех этих людей?».
Она долго думала над этим вопросом. Единственным объяснением было то, каким был её отец. А он занимался спортом (футболом и каратэ), играл в шахматы и на гитаре, пел, сочинял стихи и необыкновенные сказки на ночь про пса Барбоса и его друзей. Он никогда и никому не отказывал в помощи. Дом его был открыт для друзей в любое время суток. Он мог поддержать разговор на любую тему, причем всегда казалось, что в вопросе он был подкован досконально. Он был полностью открыт для мира и людей, возможно, поэтому столь многие ощутили его уход.
На самом деле Яна была даже рада, что папа наконец отмучился и больше не будет страдать от невыносимых болей, которые терзали его в последние полгода. Ей было жаль только мать, которая восприняла смерть мужа как потерю смысла жизни. После смерти отца она три месяца лежала, отвернувшись лицом к стене, и молчала.
«Ведь папе хорошо там, в другом мире, – думала Яна, – зачем так страдать? Неужели она не может порадоваться за него?».
Яна с матерью никогда не понимали друг друга. Однажды дошло до того, что из-за какого-то проступка родительница хотела выгнать дочь из дому, но вмешался отец, который в дочери души не чаял, и инцидент был исчерпан.
Они с отцом были очень близки. Ближе, чем отец, у Яны никого не было. Поэтому она тоже переживала, но о другом: кто теперь будет ее любить, когда отца не стало? Вряд ли мать изменит свое отношение к ней. Значит, надо смириться и принять ситуацию как есть.
Через некоторое время Яне стали сниться сны, в которых отец был жив. Он просто ушел к другой женщине, а у них появлялся очень редко. Он забыл про них. Сны повторялись с завидной регулярностью и были такими реалистичными, что Яна была уверена, будто это происходит на самом деле. Она часто пыталась вспомнить подробности снов, но не могла. Когда мать начинала плакать, вспоминая отца, Яна думала: «Так он же жив!». Но потом задумывалась: так ли это? Ведь она была на похоронах и сама бросила горсть земли на могилу. Пришлось признать, что во время сна она переносилась в какой-то параллельный мир.
Это чувство в ней крепло раз за разом, потому что тот отец, которого она знала, никогда бы не изменил матери и не ушел к другой. Это был кристально честный человек, неспособный на предательство, всегда готовый помочь кому угодно, даже совершенно незнакомым людям. Кроме того во сне он был абсолютно здоров. Складывалось впечатление, что отец из снов – совершенно другой человек.
Ощущение того, что происходит что-то странное, крепло, и наконец Яна поняла, что с этим надо что-то делать.
Она углубилась в эзотерическую литературу, стала читать тематические сайты в интернете, чтобы понять, к чему снятся умершие родственники.
Одно толкование гласило, что встреча во сне с умершим родственником предупреждает об опасности, которая может случиться со сновидцем. Яна не умела читать эти знаки, поэтому не очень понимала, к чему предупреждения. На всякий случай она спросила свою подругу об этом сне. Та ей сказала, что умерший во сне – знак того, что надо сходить к нему на могилу. Яна так и сделала, но сны от этого не прекратились. Даже наоборот: стали сниться подробности жизни отца с этой женщиной. Она даже могла разглядеть ее лицо. Но это знание ничего Яне не дало: наяву она такой женщины не встречала.
«Может быть, папа снится мне потому, что я обидела его перед смертью? – решила однажды Яна. – И если я извинюсь перед ним и как-то заглажу вину, то сон исчезнет?».
Но как это сделать? Она решила собрать стихи и сказки отца и издать книгу. Это было сложное дело, так как в рукописях было по нескольку вариантов одного и того же стихотворения, а некоторые стихи она помнила наизусть, но их отец не записывал. Так, с горем пополам, сборник вышел и разошелся среди друзей и знакомых отца.
Сны не прекращались. Версия с другим миром опять всплыла в воображении Яны. Как избавиться от власти другого мира? На этот вопрос не было ответа.
Однажды в интернете она наткнулась на стихотворение:
«Вот оно! – воскликнула про себя Яна. – Вот ответ! Ведь, действительно, мама что-то говорила про зеркала. Зря я пропустила это мимо ушей! Возможно дело в этом? Ведь папа умер не дома, а в больнице, там наверняка зеркала не завешивают, вот душа и отразилась в зеркале – и там осталась! Но как теперь его оттуда вытащить?»
Опять пришлось искать ответы в эзотерике. После долгих поисков Яна пришла к выводу, что зеркало, в котором заточена душа отца, – на старом трюмо в коридоре. На это указывали мутные пятна на трех зеркалах этого трюмо. Единственным, что беспокоило Яну, был вопрос: как объяснить матери уничтожение этих зеркал? Не говорить же ей, в самом деле, что отец потерялся в зазеркалье?
На выручку ей пришло знание о том, что мать всё-таки любила красивые вещи. А это зеркало с пятнами, безусловно, не вписывалось в это понятие. Поэтому Яна под предлогом избавиться от старого зеркала предложила матери купить новое, и та согласилась.
Яна разбила зеркала трюмо и выбросила их. Сны прекратились. Говорило ли это о том, что отец ушел в мир иной, или о том, что ей ничего не угрожает, осталось неизвестным.
Известно было только одно: двойник отца ее больше не беспокоил.
