Князю Суворову
Два разнородные стремленьяВ себе соединяешь ты:Юродство без душеспасеньяИ шутовство без остроты.
Сама природа, знать, хотелаТебя устроить и обречьНа безответственное дело,На безнаказанную речь.
* * *
И в Божьем мире то ж бывает,И в мае снег идет порой,А все ж Весна не унываетИ говорит: «Черед за мной!..»
Бессильна, как она ни злися,Несвоевременная дурь, —Метели, вьюги улеглися,Уж близко время летних бурь.
* * *
Когда расстроенный кредитНе бьется кое-как,А просто на мели сидит,Сидит себе как рак, —Кто ж тут спасет, кто пособит?Ну кто ж, коль не моряк.
* * *
Небо бледно-голубоеДышит светом и тепломИ приветствует ПетропольНебывалым сентябрем.
Воздух, полный теплой влаги,Зелень свежую поитИ торжественные флагиТихим веяньем струит.
Блеск горячий солнце сеетВдоль по невской глубине —Югом блещет, югом веет,И живется как во сне.Все привольней, все приветнейУмаляющийся день, —И согрета негой летнейВечеров осенних тень.
Ночью тихо пламенеютРазноцветные огни…Очарованные ночи,Очарованные дни.
Словно строгий чин природыУступил права своиДуху жизни и свободы,Вдохновениям любви.
Словно, ввек ненарушимый,Был нарушен вечный стройИ любившей и любимойЧеловеческой душой.
В этом ласковом сиянье,В этом небе голубомЕсть улыбка, есть сознанье,Есть сочувственный прием.
И святое умиленьеС благодатью чистых слезК нам сошло как откровеньеИ во всем отозвалось…Небывалое доселеПонял вещий наш народ,И Дагмарина неделяПерейдет из рода в род.
Страницаиз144
СкороКнижный режим
