Владимир Бауэр
Родился в 1969 г. в Тбилиси, с 1986 года живет в Санкт-Петербурге. Автор трех поэтических книг («Начало охотничьего сезона», «ПАПА РАЦИЙ», «TERRA CIORANI»), участник международных и российских поэтических фестивалей и конкурсов, неоднократно публиковался в различных литературных журналах и коллективных поэтических сборниках.
* * *
Моя муза ездит на «мазератти»,по ночам бухает на грязных пати,доползает едва до моей кровати.Ни словца не добиться, одно мычанье.Не пора ли суровой начать леченьепрозой, спрятать шампанское и печенье?Жаль беднягу: штук двести – и что ж, что мёртвых? —родила стишков мне, все в муках, в спёртыхвдохновением тиглях, котлах, ретортах.Никогда, бездыханный плодя детинец,не шептала в бреду: «Сумасшедший немец.Слаб твой дар, убог, так сказать, с мизинец».Аль не знала, когда оставалась греться?«Хочешь жить, – острит, – так умей иметься,а сумев, добела умудрись отмыться».…Что, когда за плечами гудят руины,станет делать прошедший до половиныпуть напрасный?Не резать же, право, вены,вспоминая мерзавки душистой крикинад костром (прежарки его языки!),над амбарною книгой смежая веки.
* * *
Во мне живёт воспоминанье,а в нём живёт переживанье,в переживаньи тож живёткакой-нибудь нелепый плод.Вот так клубится бестелесыйи молчаливый мир во мне.О нём прекрасно знают бесы,все в вожделения огне.Змеясь, вокруг меня онеплетут хвостаты политесы.
Вяжу им мысленно хвосты,чтоб, слабины не дав, забытьсяупрямым сном. А в нём плодыспасённые летят резвитьсябесовски чёрной близ воды.Морзянка медлит, горн трубит,гетера мудрая хохочет.Ревёт, и стонет, и кипит,и никого рожать не хочетизнемогающий пиит.
А ты, моих седых оплотНочей, наездница-отрада,зачем завесть желаешь плодиз крови и соплей?Не надобояться смерти так и ада!
Уж в нас они.
Стучат в живот.
* * *
Вот, вдохновеньем даровит,но обделён талантом тщетным,увлечь старается пииточей огнем и слогом бедным.
Грешно куражиться над ним,но и внимать невыносимо.Закройся поскорей, сим-сим,лишь молишь, словно раб сим-сима.
Зачем вообще сюда…А гдедышать надежде неподвижной,прозрачной от житья в среденепревзойденной, мёртвой, книжной?
А здесь и гендер, и гормон,и губ азарт, и плоти мороквитают с четырех сторон,щекочут переборки створок.
И что ж, что нету на землиталанта?Мир и сам бездарноустроен. Сколь его не зли —в горсти сжимает благодарно.Дыши, терпи, кривись, вбирайфлюиды чёртовы.Лопаткидо тошноты набей, и в пряткибодрей с монадами играй!
Страницаиз80
СкороКнижный режим
