ЯВЛЕНИЕ IX
СЕРГЕЙ ИЛЬИЧ и ЗОЯ ЕВГРАФОВНА.
Сергей Ильич.
Ты, Зоя Евграфовна, кажется, там на вольном-то воздухе рюмочку протащила?
Зоя.
Не солгу: был грех! Что ж за важное дело! Ведь экие вы, право! (Сергей Ильич пристально смотрит на нее). Что это вы на меня так смотрите?
Сергей Ильич.
Так, я… (Ухмыляется).
Зоя.
Ей-Богу, только одну маленькую.
Сергей Ильич.
Нет, я не насчет этого, а что ты там на молодых ребят больно засматривалась.
Зоя.
Что вы, ангел мой, куда мне! Иногда и придет эдакая мечта, да сейчас и рассыплется, словно облако. Да полноте на меня так смотреть! Эдакой у вас взгляд язвительный! Уж верно задумали что-нибудь.
Сергей Ильич.
Задумать-то я задумал, только будешь ли ты для меня стараться-то?
Зоя.
Для эдакого красавчика-то! Всю землю наскрось произойду.
Сергей Ильич.
Всю?
Зоя.
С этого места мне не сойти.
Сергей Ильич.
Коли все сделаете так точно – сто серебра… сотельную. Да не токма сотельную, а приходи в контору, открой сундук, да и бери сколько захватишь.
Зоя.
Ух, какой ты тонкий молодец-то!
Сергей Ильич.
Поняла?
Зоя.
Толковать еще! Ах ты, Господи! Какие этим мужчинам могут приходить мысли в голову.
Сергей Ильич.
Ну, да уж там… Так верно?
Зоя (ударяя по руке Сергея Ильича).
Кончено!
Сергей Ильич.
Кабы этой бабы на свете не было, нашему бы брату в те-поры совсем погибать надо. Просто ложись да умирай. Пойдем еще по рюмочке, по одной.
Зоя.
Нет, соколик, я уж и так согрешила. Эх, кабы этот раскрасавец жениться задумал, какую бы я ему невесту!..
Сергей Ильич.
Баловство-то меня, Зоя Евграфовна, уж больно одолело! Опять же, по моей простоте…
Зоя.
Скажите! Кабы все такие простые-то были…
Сергей Ильич.
Что вы! Я простой человек! Что – вы смеетесь? Ей-Богу! Я самый простой, во мне этой хитрости никакой нет. Меня малый ребенок обманет… От этого от самого я и жениться-то боюсь… пожалуй так налетишь…
Зоя.
А сколько из-за вас, из-за холостежи, девок даром пропадает. Вот хоть бы Лукерья Пантелевна. Положим, сирота, приданого нету…
Сергей Ильич.
Ну, коли хочешь, чтоб женился – жени на этой. Эта вот совсем по мне, в самую препорцию. Уж давно я на нее зарюсь.
Зоя.
Так что ж ты чешешься-то? Кто ж тебе мешает?
Сергей Ильич.
Да смелости во мне нет! Опять же и баб кругом себя не имею, некому похлопотать за меня. Ведь один в доме-то, инда страшно… Просто беда моя!..
Зоя.
За что ж тебя мужчиной-то зовут? Да ты… Ну, уж ей-Богу!.. видно, придется мне тебя в руки взять.
Сергей Ильич.
Да возьми! Сделай милость, возьми! Делай со мной, что хочешь, только не обманывай – терпеть не могу!
Зоя.
Ну, хочешь, я насчет Луши все тебе оборудую? Женишься?
Сергей Ильич.
Глазом не моргну!.. А с чертом-то как же?
Зоя.
Да тебе что с чертом-то разговаривать! Чертовы-то дела теперича плохи. Он не знает, как и свою дочь с рук сбыть. Майор-то теперича думает, что за ней денег много, а он его смазать хочет, денег-то за ней он ни гроша не даст. Опять же Егорушка его теперь беспокоит. Слышал?
Сергей Ильич.
Нет. А что?
Зоя.
Ведь Данила Григорьич после покойника Пантелея Григорьича все к рукам прибрал, да после колокол в монастырь слил, кунпул позолотил – молитесь, говорит, братия, за раба грешного Даниила. Теперича Егорушка-то все эти дела прознал, да и позорит его где ни попало. Он хоть и дурашный, а продувной парень… Ух, какой прожженный!
Сергей Ильич.
Ну, так сватай, что ли! Тысячу тебе серебра! Человек, мол, смирный, капитал большой…