Бюро находок "Потеряшка". Убить мужа

Пролог

Пожилой мужчина, бережно перехватив сверток и оглянулся, проводив взглядом уходящий поезд. Хорошо, что он сейчас сошел. Вовремя. Здесь его искать никто не догадается. Да и места силы находятся недалеко, так что можно будет регулярно подпитываться.

Сверток недовольно завозился и из него послышалось недовольное хныканье.

– Тише, тише, девонька. Тише Томилочка, – он снова воровато огляделся и быстро зашагал через железнодорожные пути. – Сейчас дойдем до места и покормлю тебя. Не смог я тебя оставить с твоей непутевой матерью. Унесет она тебя в дальние миры и пропустишь ты своё счастье. А отец так и вовсе безвольной куклой сделает. А делать этого ну никак нельзя.

Кажется, девочка снова задремала, услышав знакомый голос. Мужчина ускорил шаг и вскоре был уже у дальнего ангара, за которым начинался частный сектор небольшого промышленного города. Домики здесь выглядели ветхими и неухоженными, но так в это время было почти везде. Времена-то лихие здесь сейчас.

Отсчитав нужное количество домов, он остановился у покосившегося заборчика.

– Вот мы и дома, внученька, – довольно протянул он, осматривая постройку. – Его обещали для нас подготовить, хватит нам на первое время.

Он открыл скрипнувшую калитку и аккуратно занес девочку в дом, который уже должны были полностью подготовить. Щелкнул выключателем, осмотрелся. Надо же, даже занавески повесили. Ну что ж, тут им и жить, пока они в бегах. Возможно, ему удастся вырастить нормальную личность из этого ребенка, которому выпала такая нелегкая судьба.

Глава 1

Двадцать четыре года спустя…

Томила

Я поморщилась, выдавливая вскочивший на подбородке прыщ. С кожей мне жутко не повезло. Да и с фигурой тоже. Я с тоской посмотрела на свое отражение в зеркале и скривилась. Косая сажень в плечах и высокий рост явно подсказывали, что моя непутевая (со слов деда) маменька согрешила с каким-то страшным лесорубом. Почему страшным? Да потому что дедушка показал мне одну мамину фотографию, с которой на меня смотрела надменная красотка, ничуть на меня не похожая. Да и дед у меня до сих пор выглядит ого-го. А я? В семье не без урода, это точно про меня.

– Тома, вставай! На работу опоздаешь! – Услышала я крик деда, пытаясь все же разобраться с лицом.

– Ага, – крикнула в ответ и полезла в косметичку, чтобы привести себя хоть в какую-то норму.

В себе мне нравилась лишь моя прическа: один бок я выбрила, челка была рваная длинная, затылок приподнят. И цвет окрашивания выбрала иссиня-черный. Ну еще глаза были ничего, дымчатые, с вкраплениями зеленого, как у кошки. Если бы еще и пухлые щеки не портили эффект от в принципе неплохого лица, то цены бы им не было. А так… приходилось жить с чем есть и периодически выдавливать прыщи.

Махнув рукой своему отражению, я натянула черные джинсы, черную футболку и вставила в нос кольцо. На руки перстни и главное не забыть наушники. Куда ж я без музыки-то?

– Доброе утро, – улыбнулась деду, все же явившись на кухне.

– Да какое ж оно доброе? – Усмехнулся дед в аккуратную бородку. – Соседка, погляди, с утра громыхает. Соседнюю улицу вон застройщикам продали, сносить домики будут. Этак скоро и до наших доберутся, – проворчал он привычно.

– Может быть, тогда нам дадут квартиру, – мечтательно протянула я, схватив с тарелки бутерброд. – И будем мы с тобой жить, как нормальные люди.

– Квартира? – Прищурился он в ответ. – А как же столярка моя? Чем я зарабатывать буду?

– На пенсию уйдешь, – невнятно прожевала я крошечный кусочек.

– И что мне там делать? На пенсии то? – Дед тоскливо посмотрел в окно, где строилась многоэтажка через две улицы от нас.

– Я вот разбогатею и буду нас содержать, – усмехнулась, посмотрела на часы и тут же подскочила на месте. – Так, дедусь, я побежала. К ужину не вернусь. Сегодня пятница, как всегда, запара будет.

– А завтрак…, – начал было он, но я уже, прихватив рюкзачок, выбежала из дома.

Много кушать мне нельзя, и вообще, на диету пора. Но дедушка меня так любит, что все время пытается покормить. Я его тоже люблю, но есть же какой-то предел у моего тела. Я и так вешу, как слон, а выгляжу, как сорокалетняя тетка. Если бы не прическа и одежда, то вообще бы в бабки записали.

Через железнодорожные пути проскользнула выдрой, потому что по мосту обходить времени не было. Но, выйдя к остановке, все равно увидела свой автобус, который уже закрывал двери.

– Стой! – Крикнула и ломанулась к нему.

Вот хорошо, что лето и окна в транспорте открыты, иначе идти мне пешком до работы. Точнее, бежать бегом. Водитель вздрогнул, медленно повернулся ко мне и выпучил глаза. Через секунду признав постоянную пассажирку, выдохнул и открыл дверь персонально для меня, игнорируя громкий сигнал от другого автобуса, которому мой маршрут перегородил выезд.

– Фух, спасибо, – вскочила я на подножку.

– Оплачиваем проезд, – громогласная кондукторша протянула мне терминал.

Приложив телефон к терминалу, я прилипла к дверям, потому что автобус был набит битком. Конечно, популярный маршрут, едущий от железнодорожного вокзала в центр города в час-пик. Чего еще можно было ожидать?

Выскочив через пять остановок в центре, я поспешила в горку. Туда, где за старой, но популярной гостиницей располагалось заведение, где я сейчас и работала.

– Томка! Где тебя носит? Бери заказ и дуй на Пятницкую семь, – Миха был явно не в духе.

И да, работала я курьером, доставляя приготовленную нашим шеф-поварам еду по квартирам и организациям Старого Города. Благодаря какому-то чуду, при всей своей тяжеловесной комплекции, я обладала поразительной быстротой и выносливостью, почему на меня и нагрузили ближайший радиус в полтора километра диаметром. Народ тут жил зажиточный, организации были не бедными, а потому мой рабочий день (который длился все двенадцать часов) был загружен полностью.

– Здание МВД, – Мишка быстро сунул мне следующий заказ, когда через пятнадцать минут я вернулась на кухню. – И смотри, до кабинета главного должны дойти все сырники. День рождения у него сегодня, – напутствовал он, прекрасно зная всех заказчиков в зоне нашей работы.

– А Артём не может? – Насупилась я.

– Его в прошлый раз не пустили в здание. Вид у него… уголовный, – отмахнулся от меня Миха. – Поспеши, он уже десять минут ждет.

Вздохнув, я подхватила термосумку и ринулась в старый особняк, где сейчас и располагалось управление. Это место я не любила. Нет из-за какой-то неприязни, а потому что….

– Доставка, – заглянула я в окошечко, едва вошла в здание.

Офицер мельком взглянул на меня и кивнул. Моя челка давно здесь примелькалась, так что меня уже пропускали без проверки документов. Я прошла с десяток шагов, свернула в коридор и отправилась по лестнице на третий этаж.

– Оу, привет, красавица, – услышала я знакомый голос. Бестелесная форма жизни зависла справа от меня.

– Тебя не существует. Мой психолог сказал, что ты всего лишь плод моего воображения, возникший из-за отсутствия друзей, – прошептала я, даже не сбившись с шага.

– Какая чушь, – пропело привидение и обрело форму упитанного мужчины с роскошными усами. – Это мой особняк, я тут живу, вообще-то! А вот ты сегодня что-то бледновата, барышня. Случилось чего?

– На диету села, – пробурчала я и свернула в коридор, кивнув прошедшему мимо мужчине в погонах.

– Диету? – Вскричало приведение. – Какую диету? Почему такая роскошная барышня забивает себе голову таким безобразием.

– Ой, всё, – отмахнулась я и остановилась у крепкой дубовой двери. Постучала и заглянула внутрь. – Доставка, – объявила громко.

Трое мужчин, зависших над столом, вздрогнули и повернулись ко мне.

– Салаев, ты дверь не закрыл что ли? – Грозно сдвинул брови мужчина, стоявший в центре.

– Закрыл, конечно, – обиделся блондин справа. – Она чем-то дверь открыла. Обыскать её надо.

– А я вам сырники принесла, – тоже обиделась я. – С днем рождения поздравить хотела, – для наглядности даже носом шмыгнула.

– Сырники? – Обрадовался именинник, сгреб со стола бумаги в сторону и похлопал по столешнице. – А ну давай их сюда.

Через полчаса я уже рассказывала эту историю ржущему Мишке, который собирал мне следующий заказ.

– Ох, Томка, ну ты даешь! Не могла сказать сразу, что, мол, доставка от Мишани, – фыркал он. – А то, что они дверь запереть забыли, так это вообще не твоя проблема.

– Угу, – улыбнулась я.

Так прошел рабочий день. Дед только сообщение написал, спросив, обедала ли я. Пришлось соврать, что да, хотя живот уже сводило от голода. Попив водички и махнув Михе рукой, я вышла на улицу и огляделась. Хорошо, июнь, птички поют. Со стороны реки слышно, как кто-то играет на гитаре. Мне стало интересно, и я решила спуститься на набережную реки, до которой было совсем близко.

– … но когда-нибудь я приеду в этот тихий город, в этот тихий город над рекой….

Я, улыбнувшись, посмотрела на молодых парней, устроившихся над одной из скамеек в сквере. Как же хорошо. Вот только есть хочется неимоверно. Ну, ничего. Я сейчас домой пойду и там быстренько спать лягу, чтобы ни одна лишняя калория мне в рот не попала. По вечерам кушать вредно!

Поэтому, не дойдя до набережной, я свернула на ближайшую улицу и дошла до пешеходной Спасской. Ой, что-то мне нехорошо стало. Даже затошнило. Надо было все же поесть что-нибудь. Да хотя бы яблоко с собой взять надо было, я б его сейчас загрызла с особой жестокостью.

Пройдя еще метров пятьдесят, я опустилась на ближайшую скамейку, потому что голова закружилась. Нашарила в рюкзаке бутылку с водой и в несколько глотков допила остатки. А дальше что? В магазин, видимо, придется зайти. Сейчас посижу тут минут десять, приду в себя и отправлюсь дальше.

– Да тише ты, вдруг кто увидит, – услышала я и удивленно повернула голову, потому что до этого улица выглядела пустынной, так как в теплый летний вечер народ предпочитал проводить поближе к воде и тусовался на набережной.

– Да никто не увидит, – отмахнулась рыжеволосая девушка, сидящая в стилизованной машине-памятнике, стоявшей арт-объектом прямо посреди пешеходной улицы. – Люди вообще ничего никогда не замечают.

– И все же мы сильно рискуем, – я только сейчас заметила огромного рыжего кота, который и разговаривал с девушкой. Басом.

– Галлюцинации на фоне голода, – решила я, проморгавшись. Нет, «Мастера и Маргариту» я читала в школе, но там и кот был Бегемотом, и Маргарита в описании выглядела по-другому.

– Я же говорил, что увидят, – кот неожиданно повернулся в мою сторону и смешно указал лапой на меня. – Бросай свой топинамбур и идем в бюро. Кстати, зачем ты его ешь посреди улицы?

– Потому что в бюро на меня эти дурацкие привидения нажалуются. А я положенный штраф еще не отработала. Мне же тетя новый накинет. Умм, как же вкусно его люди готовят, – вгрызлась она в горсть обычной картошки-фри.

– Я тебе говорил, что это вредно. Я тебе говорил, что…, – начал было кот.

– Лео, угомонись, а, – вздохнула та, ловко швырнула пустую упаковку в урну и вышла из машины аки королевна. – Ведешь себя, как тетка моя, которая мне вечно нотации читает.

– Ик, – вырвалось у меня непроизвольно. Если к знакомому привидению я уже привыкла, то говорящего кота совершенно точно видела впервые в жизни.

Девушка вдруг обернулась и уставилась на меня своими невозможно-зелеными глазами.

– Говорю же, она нас видит, – кот понизил голос, тоже выбрался из машины и сел рядом с хозяйкой на брусчатку.

– Ик, – повторила я, как-то не готовая к тому, что мои галлюцинации меня же и заметят.

– Да не похоже. Просто глаза выпучила и икает. И…, а чего это она на меня так внимательно посмотрела? Может быть, она нас слышит? – Прищурилась хозяйка кота.

– Да нет. Она за мной следит, – животное обошло девушку и село с другой стороны.

– Может быть, мы тень отбрасываем…?

– Да нет же, – кот так распсиховался, что сел на попу и принялся жестикулировать обоими лапами. – Надо ее просто спросить о том, видит ли она нас.

– Ик, – подтвердила я. Блин, и воду-то всю выпила, так что теперь икать долго не перестану.

– Ты нас видишь? – Обратилась ко мне девушка.

Не знаю зачем, но я кивнула.

– Приехали, – констатировал котяра.

В этом я была с ним солидарна. Дурацкая ситуация. Ой, а если я уже в психбольнице лежу и мне все это мерещится? Я закрыла глаза, помотала головой и только после этого вновь воззрилась на странную парочку.

– Может быть, она больная? – С надеждой спросила девица.

Кот стукнул себя лапой в лоб.

– Слушай, а давай ей память сотрем, – предложил он.

– Чего-о? – Возмутилась я. – Не надо мне ничего стирать!

– Прости, хорошая моя, но у нас нет выбора, – вздохнула девица, что-то изобразила руками и бросила меня светящийся розовый шар размером чуть меньше футбольного мяча.

– Мама, – только и успела пискнуть я, вскочив на ноги.

– Ой, – ответила мне девушка, когда шар ударился в меня и отскочил прямо в нее. Сделать она ничего не успела, ибо отлетела метра на три с громком хлопком.

– Ничего себе, – кот разинул пасть и теперь смотрел на меня с не меньшим интересом, чем я на него до этого. – Ты вообще кто такая?

– Да, – его хозяйка села, опершись на руки, сдула с лица рыжую прядь и впилась в меня зелеными глазами. – Кто ты такая и что вообще здесь делаешь?

– Т-томила, – честно призналась. Так, наверное, надо убираться из этого дурдома, пока мои галлюцинации еще тут чего-нибудь не устроили. – Ж-живу я тут и работаю неподалеку.

– Странная она. Что-то я еще такой расы не встречал, – констатировал кот, ткнув лапой куда-то мне за спину.

– Так, Томила, меня зовут Рамина. И ты сейчас пойдешь со мной и объяснишь мне, кто ты такая и что тут делаешь на самом деле. Иначе я межмирную охрану вызову, – пригрозила мне эта девица.

– Чего? – Не очень поняла я.

– А того. И объяснишь нам, откуда у тебя такие крылья! – Ткнул лапой в меня котяра.

Я обернулась и чуть не заорала от ужаса. За моей спиной легонько трепыхались нежно-пурпурные крылышки. Кажется, у меня совсем кукушка поехала. Вот прямо почувствовала, как крыша съезжает, размалывая реальность на куски.

– Мама, – пролепетала.

– Так, – Рамина подскочила ко мне, дернула за руку и настойчиво повела в сторону краеведческого музея. – Хватит тут на глазах у всех сумасшедшую изображать. Нас же людям не видно в отличие от тебя. – Она толкнула меня под козырек служебного входа, над которым вдруг появилась яркая надпись: «Бюро находок «Потеряшка». Находим всё, от глаза колдуньи до чешуи с хвоста дракона!» – Внутрь, живо! – Она провела рукой над дверью, и та бесшумно отворилась. – Фух, вроде бы никто не заметил.

– Не заметил, – подтвердил кот и, переступив порог, вдруг обернулся высоким рыжеволосым молодым мужчиной в простой рубахе и самотканых штанах.

– Мама, – вновь вырвалось у меня.

– Это не мама. Это Леопс, сын второго наместника Катира. Не пожелал жить под строгим контролем и сбежал сюда. Теперь на территории волшебных миров ему нельзя говорить, иначе его найдут и конфискуют, как очень дорогую сердцу вещь, ибо дети там не имеют никаких прав, – девушка тряхнула волосами и зашла за стойку, что находилась справа от двери.

– А ты? Ты тоже сбежала? – Склонила я голову набок, не понимая, почему я еще не лежу в глубоком обмороке от всего происходящего.

– Я? – Подняла она голову. – Неа. Я сирота. Меня тетка приютила, которая завтра вечером должна уже вернуться. Она главная в этом отделении «Потеряшки». Так что я остаюсь руководить бюро в ее отсутствии, а так как мне скучно, то мы иногда выходим с Лео в немагический мир, чтобы поболтать. Так как твоё полное имя?

– Мирун Томила Васильевна, – я решила, что мне скрывать нечего. Я же не совершала никаких преступлений.

Рамина кивнула, взяла увесистый том и что-то прошептав, положила ладонь на обложку.

– Хм, странно, – девушка открыла глаза и еще раз оглядела меня. – Тебя нет во всеобщей магической книге. А раса у тебя какая?

Раса? Это она про что?

– Я – русская? – Призналась честно. А что? У меня в паспорте так написано.

На меня с подозрением посмотрел даже бывший кот. Все же мимика у него очень живая.

– Нет, расы ты какой? Ну вот Лео – катист. То есть он может принять образ любого вида из семейства кошачьих. Я обычная ведьма-поисковик. А ты кто? – Прищурилась девушка.

– Да-да, нам тоже интересно, – из стены вдруг выплыло приведение. Да не абы какое, а настоящее… знакомое. Нет, не из особняка с управлением МВД, а другое.

– Александр Сергеевич? – Удивилась я.

– Гляди ты, узнала, – он радушно распахнул объятия и поплыл ко мне.

– Мама, – пролепетала я и наконец-то уплыла в столь долгожданный и спасительный голодный обморок.