Тридцать семь

«Не праздность и бессмыслие забав…»

Не праздность и бессмыслие забав,
Не залпы сокрушительных орудий
Меня подводят к написанью глав:
В них изучения источник – люди.

Как главный наполнитель бытия,
Как плазма существующей эпохи,
Как зеркало, в котором вижу я
Лицо судьбы при каждом новом вдохе.

Среди ее неубранных седин
Барахтаются в поисках теченья,
Не в силах кислород скопить в груди,
Объекты страсти, грез и обольщенья.

Их быт рознит и существо рознит,
Но, словно мотыльки, к огню слетаясь,
Они бегут от кухонной возни
И на костре блаженство обретают.

Которых ослепляет яркий свет,
Которым искры прожигают крылья,
Тем скрыться предстоит в густой траве.
И задыхаться придорожной пылью.

Другие согреваются, но дым
Их легкие безжалостно питает,
Их мысли блеклы, а глаза пусты,
И красота их быстро увядает.

Есть и такие, что, завидев свет,
Сквозь пламя не летят, почуяв жженье.
Им громких в жизни не снискать побед,
Но также не познать и поражений.

Что ж, пестрому такому большинству
Я не скриплю пером глубокой ночью,
Лишь потому, что в их среде живу:
Душа моя их принимать не хочет.

Хотя, быть может, я у них в долгу,
Но тяготит меня их жизнь пустая.
За кем охочусь я, за кем бегу,
А, догоняя, снова отпускаю?

Я ради вас склоняюсь над столом,
Кто мой уклад и мой покой нарушил,
Кто наслаждался дымом и теплом
И обжигал мальчишескую душу.

Вставал на раскаленные угли
И поджигал от них же сигарету,
Купался в пепле и чумной пыли
И оставался свеж и чист при этом.

Кто вламывался в душу мне сквозь сон,
А позже заключал в свои объятья,
Взрывал дремоту эрогенных зон,
Едва касаясь тела легким платьем.

Кто выбивал из моих твердых рук
Уже почти добытую победу,
Целителей моих душевных мук,
Прекрасных героинь моих сонетов.

Я буду вечно бескорыстно ваш,
Но неизбежно обречен проститься.
Мне гонор ваш не брать на абордаж,
И ваша спесь не мною укротится.

Теперь не вам я посвящу стихи,
Желая в них увидеть совершенство,
Свои не с вами разделю грехи
И миг не с вами назову блаженством.

Нет, не ищите близости со мной.
Пусть в памяти мелькают ваши лица,
Я выбрал путь принадлежать одной,
И Бог не дай мне где-то оступиться.

25.06.1997 г.