Цитаты из книги Roadwork

Сорок лет... - это конец молодости. Точнее, даже тридцать, но сорок - тот возраст, когда перестаёшь обманывать сам себя.

Он полез во внутренний карман, извлек оттуда пачку сигарет и закурил. Теперь он курил только на вечеринках. Это было большим прогрессом по сравнению с недалеким прошлым, когда он был передовым членом раковой бригады "Три пачки в день".

Рон тут же громовым голосом позвал Дейва, чтобы тот посмотрел, нет ли там чего-нибудь такого. Дейв закатил глаза. Он прекрасно знал, что там есть что-нибудь такое. Оно называется работа.

Все места будут для вас одинаковы, пока вы сами не изменитесь. Когда вы сами относитесь к себе как к дерьму, вам и вокруг все дерьмом кажется

Христос говорил, что убийца лишен вечной жизни, но, с другой стороны, учил, что каждый, кто в Него верит, никогда не умрёт. Каждый. Похоже, в библейской доктрине было не меньше лазеек, чем в купчей, составленной ловким юристом. ОДнако к самоубийству это не относилось.

Он чувствовал себя предателем, словно фермер, который успокаивает свою корову по дороге на бойню.

Хныканье и нытье - удел слабых.

Итак, мы переедем, и что с нами дальше будет? Что мы там будем делать, незнакомая для всех супружеская пара, коротающая время в чужом доме? Доживать свой век – вот что. Терпеливо дожидаться старости и смерти. Сорок лет, Фредди, – это конец молодости. Точнее, даже тридцать, но сорок – тот возраст, когда перестаешь обманывать сам себя. Нет, Фредди, я не хочу стареть в чужом доме.

У него в голове был установлен невидимый прерыватель, который щелкал и отключал его от сети питания всякий раз, как мозг спрашивал: Слушай, ну зачем ты так делаешь?

На столе красовалась табличка с призывом:

ДУМАЙ ГОЛОВОЙ возможно, познаешь новые ощущения

-А потом что? -Попытаюсь собраться с мыслями. Долгое время не буду употреблять наркотики. Брошу курить. - Она сделала жест рукой, и сигарета описала в воздухе дымный круг, словно намекая на то, что это не так-то просто. - Я хочу перестать врать самой себе, будто моя жизнь еще не началась. Она началась. И на двадцать процентов уже закончилась. Сметану я уже съела.

Все мыслимые экстазы и прочие удовольствия, вместе взятые, не шли ни в какое сравнение с каждодневными болью и горестями.

Человек, заинтересованный жить в этом мире, не разбрасывает деньги направо и налево.

Все города будут для тебя одинаковыми, если ничего не изменится внутри тебя. Если ты чувствуешь себя дерьмом, то и все вокруг кажется тебе дерьмом.

Он был похож на человека, которому только что отрезало обе ноги, а он пытался убедить всех, что он очень рад этому обстоятельству и с нетерпением ждет того дня, когда ему поставят новые пластиковые протезы - ведь они такие удобные: ударишься обо что-нибудь, и даже царапины не останется.

— Позвольте мне выложить карты на стол, мистер Доус, — ответил Феннер
— Мой личный опыт позволяет судить, что, произнося эту фразу, люди собираются перестать врать по мелочам ради того, чтобы соврать по-крупному.

Новая жизнь на самом деле ничем не отличается от старой; более того, это и есть та же старая жизнь, пока вы сами не загадите её настолько, что остается только плотно закрыть двери гаража, влезть в машину с включенным двигателем и ждать... Просто ждать...

– Собственно говоря, я возражаю не против Этики Дрессированной Собаки, – сказал он. – Я возражаю против того обстоятельства, что хозяева собак – умственные, моральные и духовные уроды.

Он закрыл глаза, и его последняя мысль была о том, что мир взрывается не снаружи, а внутри него, и хотя последствия взрыва были катастрофическими, размера он был совсем небольшого — скажем, примерно как грецкий орех.

«Такие дела» — как справедливо заметил Курт Воннегут.