«-Дурачье! Ведь я для вас же, а вы не понимаете!..» (Каракозов, обращаясь к толпе схвативших его людей)
Лавров Петр Лаврович, еще один персонаж, непонятно за какие заслуги попавший в серию ЖЗЛ. Хотя почему не понятно? Как раз все очень понятно. Прикрываясь светлыми и бессмысленными фразами о любви к народу, о том, что все истоки нашей истории необходимо искать у народа и не стесняться ходить туда, такие как Лавров начисто убивали все зачатки промышленного развития России. Одна печальная судьба изобретателя Ладыгина Людмила Жукова - Лодыгин чего стоит, который был одурманен постулатами этой придуманной для России псевдо-философии… Эти пустышки зиждились на теоретиках новых толкований физики и математики. Имя им было не легион, но благодаря поддержке того самого самодержавия, против которого эти новоявленные философы призывали народ, дурман новой философии попадал в мозг не малому количеству студентов. Никуда было не деться от вездесущих Лейбница и Петра I, Цезаря и Наполеона. А семь направлений проекции ускорения объяснялись тем, что чудес света и число знаменитых философов так же семь… Что пропагандирует Лавров так это банальный фатализм. Русский народ должен со смирением все принимать. И все это лилось из многочисленных изданий и прокламаций. И все забалтывалось в этом мусоре. Даже такие факты, что один из декабристов, Муравьев Михаил Николаевич, один из героев, воспетых большевиками, получит кличку «вешатель» за подавление польского восстания, не смогут остановить Лаврова от противоречивой лжи… Наоборот у него все получается и вот его уже награждают в 1858 году в полковники и награждают орденом Св. Анны III степени. То есть на лицо снова неприкрытая последовательность действий: каждый борец с самодержавием получает в награду титулы от того самого самодержавия. Повторяя кальку с Парижа, в Петербурге организуются разные салоны по промывке мозгов дворянству. Лавров бегает в салон к Штакеншнейдерам. Этот салон для него становится центром светской жизни. Лавров там болтает о французской революции и признается Штакеншнейдеру в том, что «влюбился в революцию»… Даже другие посетители салона недоумевали.
«С одной стороны, успешно делает карьеру, с другой – явный противник существующих порядков».
А еще Лавров очень много печатался. Причем во всех подряд журналах. Порой разных направлений. Например, печатался в «Библиотеке для чтения» - журнале, считавшимся органом противостоящим эстетической теории Чернышевского. Чтобы Лаврова не уличили в чем-то таком, чего он не сможет объяснить, он прячется за самим Гегелем. Гегель, как-то сказал, что его произведения читал полностью только один его студент, да и то ничего не понял. Вероятно именно поэтому Лаврову было совсем не сложно выдавать себя за представителя новой философии. Он делает разбор учения Гегеля. Этот разбор был самым поверхностным и далеко не первым. Но почему-то пришелся, якобы, по душе русскому читателю. Даже работа Герцена о Гегеле не была так популярна. Быть может именно в силу своей примитивности и был так популярен Лавров? Вот так товарищ Гегель, который увидел воплощение мирового разума в прусском государстве, был занесен в Россию, словно вирус. Прародителям, или предтечам большевиков нужна была кровь. Сперва они долго топтались по вопросу «крепостного права». Но царь, внезапно, выбивает у них табуретку из под ног и подписывает манифест «О всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей». Революционеры и философы в отчаянии заламывают себе руки. Но быстро находят новую придирку к самодержавию: «- что-то ты, Ирод, очень долго тянул с принятием этого закона!» Запуганный царь даже позволяет Лаврову с лекциями по философии выступать в Пассаже. А ведь еще недавно, при Николае I,
«философия – при современном предосудительном развитии этой науки германскими учеными» была признана бесполезною для России и даже вредною!
Интересный факт: устройству этих лекций Лаврова способствовал И.С. Тургенев. Тот самый, который видел символом России самовар и лапти. Когда царь даровал крестьянам свободу, то была быстренько организована провокация в Варшаве. И вот уже Герцен трубит о кровавой расправе. Типа разогнали в Варшаве манифестантов. А потом начинаются массовые восстания крестьян. Не правда, странно? Им свободу дали, а они начинают все жечь и уничтожать? Задним числом и сволочь Ленин подтянулся и написал в своих шизоидных сочинениях нечто не постижимое:
«Падение крепостного права встряхнуло весь народ, разбудило его от векового сна, научило его самого искать выхода, самого вести борьбу за полную свободу».
Но Лавров не спешит соглашаться с Лениным. Он принадлежит к другому типу сволочи – к сволочи стыдливой. И находит красивые отмазки, прикрываясь самим стариком Кантом: надо, мол, «не говорить против убеждения, но умалчивать иные свои убеждения» И выводит свой собственный постулат, который могут повесить на свои мавзолеи любители перекрученной истории…
«Только тот, кто решается, участвует не как автомат, а как человек в процессе жизни. Хороший критик существующего – умный человек; но лишь тот, кто решается действовать на основании своей критики, - человек нравственный»
Дальше он начинает призывать к отделению науки и образования от государства. А потом бьёт и по религии. Пишет статью «Ад» вместе с Бестужевым-Рюминым. В общем, все шло по плану: сперва все снести, а потом, на оставшихся руинах, строить новый мир. Бомбардирует он и одного из немногих, настоящих героев серии ЖЗЛ – Николая Ивановича Пирогова. Ведь тот не соглашался с тем, чтобы качество преподавателей определяли сами студенты. Вообще же, Лавров был прародителем тех самых, к несчастью, очень популярных современных учебников с самоговорящими названиями «Химия (нужное вставить) за пять лекций». Лавров штампует методички по разным философам. Правда подписывается псевдонимом. Петр Лаврович умело подготавливал народ к многолетним хождениям по развалинам политической экономии и руинам марксизма. Подготавливал народ к появлению мессии, который покажет где выход. Но мессией оказался Ленин, который сказал, что выхода нет! Лавров же, уехал в Париж. Вероятно, он махал народу из окошка поезда и скорее всего повторял слова Каракозова, как бы оправдываясь: «-Дурачье! Ведь я для вас же, а вы не понимаете!..»
А народ стоял и недоумевал, за что же на самом деле был убит Александр II… Аминь!
2 понравилось
