В детстве не читала сказку Юрия Яковлева "Умка". А вот мультфильм смотрела. Мультфильм очень любила в детстве. И вдруг случайно увидела сказку "Умка", сразу вспомнила мультфильм, поэтому решила прочитать. Сказка похожа на притчу, она намного глубже мультфильма, но в то же время мультик эмоциональнее. В оригинале важнее то, как мама большая медведица учит жизни своего медвежонка Умка. Детёныш слушает истории мамы, воспринимает солнце как рыбу, которую глотает акула. В сказке есть элементы мифологии. Иллюстрации к сказке художника Георгия Никольского выше всяких похвал. Образы животных очень реалистичные. Краски яркие, а северное сияние изображено мастерски.

Поклонники одноименного мультфильма, наверно, удивились бы, прочитав оригинальную сказку «Умка» Юрия Яковлева. Короткая история насыщена звуками, запахами и образами природного Севера, хотя в глубине лежит вполне человеческая ситуация: мама открывает ребенку взгляд на мир с советами по выживанию и нотками мифологии.

Хотя почему нотками? Пожалуй, «Умка» мифологичен и в свое поэтике, где по верхнему небу плавает печальная рыба-солнце; и в юморе, когда мальчик сбрасывает с себя одежду, которую заглавный герой воспринимает как части тела; и в культурном коде, соединяющем белых медведей и образами созвездий.

Увидеть окружающую действительность, примириться с ней, научиться открывать неизведанное и не бояться бескрайности – большая педагогическая задача, возложенная на маму медведицу. В 1960-х года тема Крайнего Севера была очень популярной, овеянной романтическими подвигами исследователей. И дать возможность посмотреть на его экзотические тайны было частью государственной политики. Но достаточно сейчас прочитать текст Яковлева, чтобы увидеть, насколько он искренне чист и не привязан ко времени. Писатель соединяет детскую фантазию, зоологические сведения и ведет повествование как музыкальную сонату – мастерское знание и понимание своей аудитории.

Художник-анималист Георгий Никольский в рисунках к сказке тоже основательно поддерживает зоологическую тему. Его гуаши базируются на натуралистических зарисовках и практически лишены сюжетных, игровых решений. Мы наблюдаем за жизнью семьи белых медведей, правдоподобно фактурных, цвета сгущенного молока. В груди замирает от высоты неба, над которым разворачивает стяг сияние. Остальные обитатели равнодушно и деловито ведут привычную жизнь, неописанную у автора. Во всем видна гармония и вековая устойчивость, но не стагнация – а обитание, цикличное освоение мироздания. Человек в нем возникает забавной вспышкой, мальчиком в национальном костюме. И тут понимаешь, что это мы, читатели – наивные и удивленные мальчики, смотрим на величественных зверей и птиц, присваиваем им свои, не очень-то нужные им эмоции. Зато лучше узнаем себя. И от себя уже не убегаем.