Цитаты из книги В доме веселья

орхидеям, которые нежатся в искусственно созданном тепле, нет дела до ледяных узоров по ту сторону оконного стекла

Нет ничего более зловещего, чем трагедия в комической маске.

Общество — вращающееся небесное тело, и каждый судит о нем из своей маленькой вселенной.

После двух лет голодного скитания миссис Барт умерла – она скончалась от глубокого отвращения к жизни.

Под блеском их возможностей Лили открывалась нищета их достижений.

Для мужа миссис Барт самым ужасным упреком был вопрос, уж не рассчитывает ли он, что она "будет жить как свинья", и его отрицательный ответ означал, что из Парижа телеграфом будут срочно выписаны еще два-три новых платья...

She had no tolerance for scenes which were not of her own making

Мисс Ван Осбург была крупной девицей с плоским невзрачным лицом: Джек Степни как-то сказал о ней, что она надежна, как жареная баранина. Его собственные вкусы склонялись к более утонченной и пикантной диете, но голод не тетка, теперь пришли времена, когда мистеру Степни годилась и сухая корочка.

для долгого пребывания на нравственных высотах ей не хватало дыхания

Герти всегда была этаким нравственным паразитом, она питалась крохами с чужих столов и получала удовольствие, в окошко созерцая бал, устроенный в честь ее друзей.

Нет смысла быть с ним невежливой, потому что он все равно не поймет разницы.

Она преследовала моль, подобно тому как угрызенная совестью душа ищет тайные пороки.

Лили всегда представляла себе этих обделённых судьбой людей как безликую массу. Но оказалось, что эта масса состоит из отдельных жизней — бесчисленных центров ощущений, каждый из которых жаждет радости и отчаянно бежит от боли, эти пучки чувств заключены в формы, не так уж отличающиеся от её собственной, глаза так же хотят сиять от счастья, а юные губы созданы для любви.

Конечно же, ее удовольствие омрачалось неприятными размышлениями о том, что она пользуется гостеприимством и жаждет одобрения людей, которыми пренебрегала в иные времена. Но она становилась все менее чувствительной на этот счет: глянцевая глазурь безразличия быстро застывала поверх ее деликатности и мнительности, а каждая уступка целесообразности только укрепляла броню.

Она еще не достигла возраста, когда женщина может жить одними воспоминаниями.

Ее тяга к сильным стимуляторам вечно конфликтовала с постоянным желанием уснуть — полуночная страсть, которую мог удовлетворить только флакон под рукой.

Выглядеть больным означает выглядеть уродливо.

Шумная независимость — всего лишь более утонченная форма снобизма.