Эх ты! А ещё в очках, в смысле - Ландау!
Часть I
«Что произойдёт, если белый карлик, вращающийся вокруг Арктура, превратится в сверхновую? Начнём с хороших новостей: блаженное неведение в течение тридцати семи долгих, драгоценных лет. А дальше знамения, за которыми последует ярость небес. В один прекрасный день на небе вдруг возникнет сполох ярче полной Луны и во много раз крупнее. В течение нескольких месяцев он будет обдавать Землю коктейлем из ультрафиолетовых волн, от которых даже ночью проступит загар, а после снова померкнет и станет почти незаметным. Далее нас ждут 333 года спокойствия, в течение которых Смерть — в виде гигантской расширяющейся сферы — будет нестись к нам галопом в одну десятую скорости света, а единственной аномалией станет растущая и всё более яркая туманность в обращённой к Арктуру части неба. Пока сфера не достигнет Земли. О том, что произойдёт дальше, можно лишь гадать. Как вариант, с планеты может попросту сдуть часть атмосферы со стороны туманности, а сквозь оставшийся воздух пронесётся ударная волна, которая обогнёт земной шар со скоростью звука. Так или иначе, планета, скорее всего, будет очищена от надоедливой и приставучей субстанции под названием жизнь.» (стр. 30)
Сверхновая это термоядерный взрыв в космосе. Может ли взорваться белый карлик? Может, если он находится рядом с крупной звездой и притягивает от неё пополнение своей массы, именно такая ситуация описана в процитированном отрывке.
Вот что известно о Крабовидной туманности, которая образовалась в результате взрыва сверхновой:
Расположенная на расстоянии около 6500 световых лет (2 кпк) от Земли, туманность имеет диаметр в 11 световых лет (3,4 пк) и расширяется со скоростью около 1500 километров в секунду.
Расширяющаяся сфера, о которой говорится в приведённой цитате из романа, это и есть туманность, аналогичная Крабовидной. С чего бы это скорость её расширения будет равна 0,1С т. е. 30т км в секунду? Вероятно (это ведь очень хороший проверочный «эксперимент»), эта скорость будет примерно такой же, как у вещества Крабовидной, т. е. в 20 раз меньше. И дойдёт эта сфера до Земли не через 333 года, а через 6660 лет (это если верить числу 333, неизвестно как полученному, вероятно, исходя из выдуманной скорости). Это будет сильно разрЕженный (расстояние-то уже от эпицентра приличное — до Арктура* 37 св. лет) постоянный поток элементарных частиц. Земля окажется внутри туманности похожей на Крабовидную, что приведёт только к усилению полярных сияний. Атмосферу такой поток конечно не сдует. Не говоря уже об ударной волне. Речь идёт об ударной волне именно от удара сферы/туманности, а не от взрыва белого карлика, т. к. такая волна не может образоваться в вакууме.** Так что эта волна является всего лишь плодом воображения.
Если книга начинается с такого рода лапши, то чего можно от неё ожидать?
Просматривая дальнейший текст, увидел на стр. 184 следующее утверждение в рассказе о кометах: «Выбросы газа, благодаря которым возникает такой хвост, происходят случайным образом и действуют как миниатюрные реактивные двигатели, которые меняют траекторию кометы и сильно усложняют предсказание её курса.»
Снова бред, на этот раз не требующий комментариев.
*) А что будет с огромным Арктуром при взрыве? Думаю, он никуда не денется, слишком велик. И даже значительно уменьшит начальную скорость расширения туманности.
**) Космический ядерный взрыв (самое короткое определение) — это сферический взрыв в космосе, сопровождающийся интенсивным выбросом тепла и радиации. Он отличается от взрывов в других местах тем, что вся энергия расходится излучением, не создавая ударной волны, так как в космосе нет среды из вещества.
Часть II
Глава 22 (Лазаревы) одна из самых «лучших», на мой взгляд, глав, говорящая очень много о человеке, скрывающемся под псевдонимом Дж. П. Ландау.
Сергей Лазарев (космонавт, военный лётчик, один из ГГ; совпадение, уверен, не случайное, — Ландау высокого мнения об этом певце и победителе конкурса «Танцы со звёздами» в 2021 году) и его жена (её зовут Иман, что переводится с арабского, как Вера, Сергей привёз её из Сирии, где воевал) гуляют по Звёздному городку за 22 дня до старта.
«Зайдя в дом, она увидела выстроенные в ряд коробки с водкой для сегодняшнего ужина. Следуя традиции, все непременно напьются до потери пульса. Даже прожив здесь девять лет, она не чувствовала привязанности к Звёздному городку. И дело было вовсе не в языке. На неё давила всепроникающая серость, нескончаемые зимы, отсутствие привычной социальной жизни. Кажется, что час от Москвы не так уж далеко, но Иман буквально задыхалась от изоляции. Иностранцы здесь не встречались. Если не считать редких казахов с их азиатской внешностью, её окружали сплошь этнические русские.»
Ещё одна цитата из этой очень «дружелюбной» по отношению к России и её союзникам книги (это уже не 22 глава):
«... самым незабываемым зрелищем для Ю стала ночная Корея. Юг был резко очерчен светящимся контуром, внутри которого сияли яркие пятна электрических огней. Северная же Корея, соединявшая полуостров с материком, была совершенно тёмной, если не считать редких крупинок света. Даже спустя три года после того, как Ким Чен Ын, наконец, вышиб себе мозги на фоне белой стены, — что, судя по известным мне фотографиям, выглядело как экстравагантная аллюзия на полотна У Гуаньчжуна, основавшего современную китайскую живопись, — страна по-прежнему была неотличима от примыкавшего к ней океана.»
Старт корабля (он называется «Шеклтон») к Сатурну состоялся 17 июня 2027 года, т. е. упомянутое выше происшествие с главой Северной Кореи имело место в описываемой реальности приблизительно в первой половине 2024 года. Получается, что Ландау в 2019 году попробовал предстать в роли Ванги, но вышло не просто неудачно, но и весьма, на мой взгляд, глупо. И уж, как минимум, некрасиво. Интересно, понял ли переводчик Седунов, что он тут напереводил насчёт мозгов. И что ему помешало дать свой комментарий?
Продолжу своё выборочное сопровождение текста романа.
«Шеклтон» на околоземной орбите. Экипаж развлекается постановкой любопытного мысленного эксперимента. «... представьте такую ситуацию. Дэвид Боумен отключил HAL 9000, но вместе с ним лишился и искусственной гравитации, так? И вот он в полном одиночестве парит на корабле, который летит к Юпитеру. Однажды он направляется в туалет, так сказать по-большому и проделывает тот же манёвр, что и Сергей. Приближаясь к цели, он хватается за торчащий поручень, чтобы затормозить, сбрасывает весь импульс, но ... поручень отламывается. Дэвид остаётся висеть в полной неподвижности, на расстоянии вытянутой руки от стен. Сможет ли он спастись?»
Дерья предполагает, что Боумен погибнет («Крутая же смерть, да?»), т. к. ему не от чего оттолкнуться (молча допускается, что поручень не остался в руке Боумена). Один из членов экипажа предлагает решение, другой его сразу отклоняет, убедительно показывая, что это не сработает, на этом разговор прерывается.
Спрашивается, зачем автор выставляет астронавтов дебилами (при этом разговоре присутствует и российский космонавт, но, слава богу, молчит). Такой случай входит ведь в курс обучения поведению в невесомости. А если бы не входил, то что может помешать любому школьнику додуматься, что достаточно всего лишь сильно дунуть и твоё тело получит импульс противоположной направленности? Ничто не помешает, т. к. сразу будет замечено, что даже обычный выдох работает, как реактивный движитель. Таким способом можно передвигаться по кораблю, неудобство только в том, что будет много ненужных вращений.
Вот такая здесь научная фантастика. Не каждая кухарка может управлять государством и не каждый дилетант может сочинять космические одиссеи.
Часть III
В книге есть и места, читаемые с большим интересом, отрывки, на которых отдыхаешь от слишком напряжённой авторской манеры изложения. Таково, например, описание атмосферы Сатурна (и его самого с его кольцами), видимой глазами падающего на планету человека. Не хуже описана природа Энцелада и Титана (эти пейзажи особенно впечатляют). Не так уж и мало. Вот бы автор и ограничился этими завораживающими пейзажами, которым дал бы высшую оценку такой мастер внеземных ландшафтов, как Станислав Лем. И почему это не пришло ему в голову?))
Читая описание трагического конца командира экспедиции Джеймса Эггера, я не мог избавиться от мыслей о причинах этой катастрофы. Сам же командир свои последние слова адресовал своей жене, ожидающей его на Земле. Он ничего не сказал о слишком коротком, всего 2,5 метра, страховочном тросе для работ в открытом космосе, и ничего о расположении топливного бака вне прочного корпуса корабля, прямо под звёздами, что сильно увеличивало вероятность поражения бака микрометеоритами (что и произошло). В итоге Джеймс, устранив протечку* топлива, дал команду включить двигатель, до того, как прицепился к отцепленной чуть раньше страховке, и пальцы не удержали поручень. Но дело-то не в этих технических ляпах, а в авторе, который не позаботился о более убедительных обоснованиях столь крупной неудачи**. Ну, ладно, трос короток, это ещё куда ни шло, но топливный бак (и всего один — все яйца в одной корзине!) без малейшей защиты! Это что за ересь такая?! Но, нет, бак не один. На стр. 154 о топливных баках упоминается во множественном числе и здесь же, — что они находятся внутри корабля. Значит, автор просто забыл ко второй половине романа, что он насочинял в первой. И как прикажете критиковать этот бардак?
Зря я с этим связался, но, что поделаешь, — с детства увлекаюсь твёрдой НФ.
Трагедии с Джеймсом посвящены две главы — 57 и 58. Впереди было ещё порядочно страниц, и теперь я уже не сомневался, что эта техническая неряшливость есть неотъемлемое свойство читаемой уже так долго книги. И не ошибся. Но назвать то, о чём сейчас расскажу неряшливостью чисто технической нельзя. Эта глупость куда более всеобъемлюща. Вот её краткое изложение.
«Шеклтон» потерял много топлива, но, благодаря подвигу командира, его ещё хватало для посадки на спутнике Сатурна Титане, где есть метановые природные резервуары (моря и озёра). Там — дозаправка, означающая возможность долететь до Земли. Это невозможно себе представить (автор «глубоко» непредсказуем), но вопрос: «Разрешить ли «Шеклтону» посадку на Титане?» выносится не только на Совбез, но и на общеземной референдум (первый в истории, причём, члены Совбеза не в курсе!), проводится он на Фейсбуке и идёт со скоростью 13 миллионов голосов в минуту. Но это мелочи, не в них дело. Даже и не знаю, нужен ли комментарий, но всё же пару слов скажу. Сам вопрос удивителен. Ведь ситуация такова — либо гибель при попытке дозаправки (но при удаче сильно возрастает вероятность возвращения домой), либо просто гибель (от голода, например) без надежды на возвращение (но почему-то не обсуждается возможность отправки спасательной экспедиции, т. е. второго «Шеклтона»). Тут любой скажет — надо попробовать. Но есть и другая странность в этом референдуме. Стоит представить, что вопрос, например, выбора места посадки первой марсианской экспедиции, будет решаться на подобном референдуме. Хотел написать, что так и до абсурда недалеко, но это ведь уже абсурд. А что же ещё?
Два члена экспедиции погибли медленной и крайне неприятной смертью, по-разному, конечно, т. к. один на Сатурне, а другой ... не буду сообщать, где и как. Впереди ещё одна смерть. Повторю народную мудрость, очень много значащую для людей, которые пойдут когда-нибудь «по пыльным тропинкам далёких планет», — не зная броду, не суйся в воду, ... но это не совсем подходит, т. к. всё равно придётся это делать, поэтому скажу проще, — будьте осторожны, продумывайте каждый свой шаг. И тут надо отдать должное автору книги — он «всю дорогу» предупреждает об этом. Как умеет. Ну, как тот пианист, в которого просят не стрелять.
*) Здесь, кажется, самое время (и место) для ещё одного важного замечания. Командир устраняет протечку жидкого метана в открытом космосе. Метан при температуре ниже -182,5 градуса находится в твёрдом состоянии. Тратим энергию на подогрев бака? Вместо того, чтобы поместить бак внутри корабля? Мы идиоты? Ну, ладно, давайте расположим бак внутри. Но метан кипит при -162 градусах (приблизительно) и становится газом. Тратим энергию на охлаждение бака, соорудив холодильник? Опять тот же вопрос — мы ... кто?
Да, метан рассматривался в качестве ракетного топлива (применяется ли в настоящее время, не знаю), но, как это понятно из предшествующего абзаца, я противник этой идеи. На мой взгляд она бесперспективна.
В жидком состоянии метан существует, как читатели уже заметили, в очень узком диапазоне температур — всего лишь 20 градусов. Тут возникает сомнение насчёт метановых морей. Но существование на Титане метан-этановых рек и озёр в справочнике отмечено. А температура поверхности этого спутника по справочнику около -170, т. е. там и в самом деле довольно комфортные условия. В месте посадки Шеклтона на Титан температура атмосферы оказалась равной -178. Это аналогично земным соотношениям температур океана и воздуха над ним.
Что бы мы делали на Земле, если бы жидкая вода существовала в таком диапазоне температур? Да ничего бы не делали, потому что в процессе эволюции не появились бы вообще.
**) Уверен, что самопожертвование командира было бессмысленным — он не разрешил выключить двигатель (София отдала такой приказ автопилоту, а Джеймс его отменил), что позволило бы спасти его, потеряв несколько некритичных минут (надо было кому-то надеть скафандр и подать ему трос).
Часть IV
PS после прочтения всей книги
Ландау писатель или учёный? Моё мнение — как писатель, этот человек совсем не так плох, как его малюют, мне понравились все его герои, это яркие индивидуальности, талантливо изображённые, а пейзажи ещё лучше, а вот как учёный, он ... Тут надо подумать, что же это за учёный? Социолог? Востоковед? Если серьёзно, то он похож больше всего на биолога. Это вытекает из описаний открытий на Энцеладе. Но часто кажется, что он какой-то гуманитарий, плохо понимающий разницу между космическим кораблём и газовой плитой, которая тоже работает на метане.
Окончательно убедил меня в том, что этот человек не учёный, один абзац на стр. 438, гл. 77. Вот самая существенная его часть: «Практически единственным способом защитить электронику «Шеклтона» от сверхбыстрых заряженных частиц было отключение всех бортовых систем, за исключением тех, что совершенно необходимы для редких, но критически важных запусков маневровых двигателей ...». Это не просто абзац, это т. н. «полный абзац», это даже не 2Х2=5, а 2х2=17. Известно, что радиация физически разрушает интегральные схемы как работающие, так и обесточенные. Радиация убивает электронику так же, как живые организмы. Люди на «Шеклтоне» сидят 25 часов непрерывно (в памперсах, вероятно) в специальной камере, а приборы оказывается достаточно выключить!
Человек, взявший в качестве псевдонима фамилию выдающегося советского физика, не имел на это никакого морального права. А научный редактор книги, очевидно, её не читал.
Роман уже оброс немалым критическим балластом. Вот, например, что я прочитал: «... в физике Дж. П. Ландау разбирается гораздо хуже, чем в своё время Л. Д. Ландау. Путает массу и вес, заставляет персонажа часами бултыхаться в метановом море с температурой -180 °C, тот даже не чихнул, утверждает, что в реакторе подводной лодки находится «кусок U-235», созвездие Волопаса вдруг стало зодиакальным, иначе объяснить покрытие Ураном Арктура я не могу.»
Это критика не голословная, хотя и без цитирования (жаль, т. к. найти место, где масса перепутана с весом, мне не удалось). Но автор этого отрывка и сам немножко «джпландау». На такую мысль навело меня его замечание насчёт «не чихнул». Так потому и не чихнул, что перед тем, как залезть в «титановое» море, он не забыл облачиться в скафандр, в котором можно работать в открытом космосе, а на Титане существенно жарче.
И последнее замечание. По поводу одного из самых экзотических фантдопов не только в этой книге, но и во всей мировой фантастике вообще. Это способ торможения корабля на обратном пути. Для того, чтобы обогатить роман захватывающими описаниями облёта Юпитера и последующего приземления в Антарктиде (с ещё одной человеческой трагедией), автор изобрёл два новых способа торможения вместо общепринятого торможения двигателями - при подлёте к Земле разворачиваемся дюзами вперёд, гасим скорость и без проблем садимся. Топлива после дозаправки было достаточно. Не надо было приближаться к Юпитеру и убивать лучевой болезнью одного из членов экипажа (почему заболел только Дерья? тоже фантдоп?) и заодно главный электронный мозг корабля. Надо было просто на большой скорости догнать Землю (она летит со скоростью 30 км в секунду) и сбросить скорость в точке встречи. Кстати, автор сам прекрасно понимает (а понимает ли?!), что манёвр у Юпитера не имеет смысла, — скорость «Шеклтона» не меньше 134 тысяч километров в час (для отрыва от Сатурна нужно 37 км в секунду), а Юпитером удалось сбросить «больше шестнадцати километров в час» (стр. 451, гл. 78), что означает ещё один «полный абзац».
23 понравилось
