Джон Уильямс - Stoner
User AvatarВаша оценка
4,3
(10,2K)

Stoner

Грустная15
Трогательная7
Спокойная2
Тревожная2

Отзывы о книге Stoner: Джон Уильямс

  • Аватар пользователя
    oljalukoje
    25 марта 2019

    "Быть нелюбимым, Боже мой, какое счастье быть несчастным"

    Том Хенкс каже, що «Стоунер» Джона Вільямса – то одне з найдивовижнішого, найбільше вражаючого, що йому доводилось читати. Попри відсутність перипетій, зовнішніх гострих поворотів сюжету оповідь дивує глибинно-проникливим зображенням сюжетних ліній, колізій і лейтмотивів. Читач бачить і спостерігає події у романі крізь чуття головного героя, але ніби відсторонено, опускаючи деталі, так, ніби хтось пригадує давно минулі роки, уже втративши у пам`яті чіткість і фокус прожитого. Вільям Стоунер, для Читача, проживає життя зім`ято. Здається, що геть усі його дії – нерозпакований архів у маленькому кутку завантажених файлів на персональному комп`ютері. Попри таку сумбурність, роман вражає: він захоплює Читача металевою тягою, зіштовхує з незвичною людському творінню силою щойно промчавшого вагони потяга.

    Людині властиво відчувати підшкірний, невідворотній переляк з параноїдальною нотою серця, коли з якогось дивного дива в них помічають любов досі неідентифіковану власною свідомістю. Непрояснену, розмиту ще любов побачив у Вільямі Арчер Слоун. Шекспірівський сонет став спалахом, що якогось разу закарбував бромисте срібло фотоплівки й вивів на ній непроявлений негатив майбутньої особистості Вільяма Стоунера. Автор починає плавний і повільний опис героя з моменту його навчання в університеті. І саме тут почала творитися, самоусвідомлюючись, його особистість, допоки той не відчув у собі сили певно стояти на землі, на якій його вчили тільки працювати.

    Джон Вільямс демонструє як тихо, але впевнено, вибудовується наше внутрішнє єство, коли йдемо своїм шляхом. Рано чи пізно (у випадку зі Стоунером пізно), герой починає бачити світ ясно й чітко, ніби хворий на міопію, який нарешті підібрав відповідні окуляри.

    Усвідомленість життя і себе в ньому у Стоунерівському «я» стартувала пізніше, його кульмінація теж, подібно перелітним птахам, які останніми летять на південь. Тоді потрібно докласти більше зусиль, більше старань, не втрачаючи намарне час, адже скільки би його не було, є все ж менше, ніж у тих, вчасних птахів. Коли Стоунер «доріс» до своєї книги, коли нарешті відчув екзальтований присмак істинного призначення, то була справжня переміна його життя. Змінна, яку Вільям знайшов, і яку безперестанку шукає кожен мешканець земної кулі. «Він говорив усе впевненіш і, говорячи, відчував прилив твердого, строгого тепла» - так ми знаходимо себе.

    У романі екранізується багато ключових моментів: дружба, любов, самотність, самореалізація, пошуки себе, сім`я тощо. Є тут і дещо набоківське в сприйнятті світу Стоунером, якась далека відчуженість і уповільненість, яка робить його схожим на Пніна чи Лужина. Це проглядається в монологах, портретах, описах. Як, наприклад, вчувається ось тут: «Дружба між Гордоном Фінчем і Вільямом Стоунером досягла тієї стадії, якої сягають усі подібні багаторічні дружби; вона була невимушеною, глибокою й інтимно-стриманою ледь не знеособлюючись». Поставлені проблеми часто двовимірні, але постійно близькі Читачеві через їхню звичність і якусь навіть надмірну людську природність. «О господи, - сказав він. – Як ви все подали! До фактів не причепишся, а правди – ні єдиного слова». Майстерність, еге ж? Який істинний вираз… Скільки незлічимих разів словесні маніпуляції спростовували чесний, як холодна вода, сенс речей. Джон Вільямс говорить не просто про лицемірство і нечесність в освітньому процесі, а про дилетантство та профанацію в людському. Він ніби запитує: як часто вас залишали в дурнях, скільки разів макітрили голову отакими геть непросторічними фразами? Оповідь Джона Вільямса супроводжується неперервною мудрістю і терпеливою розміреністю. Це роман-інтроверт. Він розгортає людську особистість поступово, вдумливо, як гортаємо шершаві пожовклі сторінки фоліантів, так, як проживаємо день за днем, прокидаючись вранці, простуючи звичними радісними дорогами туди, куди, гадаємо, веде нас доля. Любов, говорить письменник, це не ціль, а процес. Безкінечне і щасливе викочування сізіфового каменя на гору, довжиною у життя. Людина, яку ти полюбив, ніколи не буде тією, кого любитимеш далі. Таку любов Стоунер пізнав, коли хтось вгорі відміряв йому сорок три роки. Але до цього екваторського меридіану він вже знав структурну, безвибірну для хлопця, любов до землі. Новоусвідомлену любов до літератури, а потім - сильну й пристрасну. Першу і розбурхану, як післягрозові хмари, любов до Едіт. Наповнену теплим благословенним сонцем любов до доньки. Істинну любов до своєї справи, зосереджену і чесну. І тільки тепер провидіння дарувало йому те пильне і дивне почуття любові, щемке і болюче, солодке і потужне – кохання з Кетрін Дрісколл: «Вони передхоплювали літо».

    Далі – «заціпеніння». Стоунер ціпенів на весіллі завмерлої нутром дочки. Він розумів це так добре, як розумів англійську літературу Середніх віків. Заціпеніння приховує бурю. За тілесною маскою Стоунера воно ховало пристрасть, жагу життя і необ`ємну, як міжсезонне море, любов. Любов, яку відкрив у ньому Арчер Слоун.

    Джон Вільямс демонструє безперервність виборів і доленосних рішень, які робить думка, среце чи рука протягом усього життя. Мені пригадуються рядки поезії, де два вірші такі: «Быть нелюбимым, Боже мой, / Какое счастье быть несчастным».* Так і головний герой – живий і щасливий своїм невизначеним відчаєм і безкінечною руйнівною бурею, яка накриває його поступово від народження, допоки не вбере всього, як грозові хмари вбирають небо, сонце, залишаючи тільки зірки десь на іншому боці всесвіту.

    Вибір і жертва – два важелі. Стоунер і Кетрін роблять вибір настільки правильний, який тільки може зробити людина, не зраджуючи собі. Тільки в цьому випадку можливо зберегти себе, пристрасть і ті десять днів, які у них були в гірському котеджі зі спальнею, маленькою кухнею, і вітальнею. Жертви нікому не потрібні. Ті, хто їх робить, очікує вічної вдячності й прирікає своє існування на безкінечно довге страждання. Ті, для кого зроблені жертви, їх не потребують, як не потребують перманентного, нав’язливого і гострого, ніби дамоклів меч, відчуття вини, зобов’язання, відчуття вічного кредитного боргу. Такі паралелі пересікатимуться тільки в ненависті й металізвутимуться далі напруженими різкими струнами, на яких час від часу грають, виймаючи запилений інструмент з шафи. Ні Кетрін Дрісколл, ні Вільям Стоунер не тягнуть жертвенного валуна, аби вимолити дощ полегшення. Кетрін і Вільям тільки спиняють платівку з невідворотним знанням, що її більше не дряпатиме грамофонна голка, ковзаючи спіральними канавками їхніх життів. Все, чого ми прагнемо обов`язково з нами стається, але часто не тоді, коли потрібно і завжди якось не так. Стоунер приймав те, що з ним сталося як даність, яку він, по-дитячому і невміло, адаптував до свого життя: друзів, дружину, Кетрін, викладання. Проте, мабуть, все, що залишилось у нього – література і пристрасть: «Безпристрасно, об`єктивно вдивився він у своє життя і воно здалося йому невдачею геть у всьому. Він хотів дружби, близької дружби, здатної зробити його частиною людського роду; і він мав двох друзів, з яких один безглуздо загинув, так нічого й не встигнувши, а інший так віддалився зараз, настільки глибоко пірнув у світ живих, що ... Він хотів шлюбу з його певністю вибору й тихою єднальною пристрастю; він отримав і це, але, отримавши, не знав, що з ним робити, і все загинуло. Він хотів любові, й в нього була любов, яку він не втримав, дозволив їй канути в хаос життєвих випадковостей. Кетрін, подумав він. Кетрін. І він хотів бути викладачем, хотів і став; але він знав, завжди знав, що більшу частину життя вкладав у цю справу надто мало вогню. Він мріяв про якусь цілісність, про якусь безпосередню чистоту – а набув компроміс і тисячі виснажуючих дрібниць буденності. Він уповав на мудрість – а здобув за всі ці роки тільки невігластво. «І що ще? – думав він. – Що ще?» Що ж іще? Здається, йому не вистачало визнати тієї простоти, геніальної простоти у всіх надуманих складнощах, яка вражає, видозмінює і підносить вище найсильнішої магії. Вільяму Стоунеру, тому, ким він є і ким став серед присуджених йому виборів лишалось тільки помирати від ракової хвороби, зжужмленому метастазами, власними передчуттями й книгами, які оточували його повсюдно й завжди. Яка виснажливо екстазна радість переповнювала його від усвідомлення всіх відчутих гострих уколів зрад, пережитих прикрощів, від невіддільних від власного єства поневірянь! І який глибокий спокій щастя огортав його, Стоунера, посеред усіх цих нещасть!

    * Олександр Кушнер

    Читать далее
    like10 понравилось
    585
  • Аватар пользователя
    Alissalut
    28 февраля 2019

    Внутри рода человеческого ведутся и безоружные войны, бывают и безоружные поражения и победы

    Я читала и слушала книгу в великолепном исполнении Игоря Князева. Она меня захватила и увела за собой в созданный Уильямсом Джоном Эдвардом мир. Наверное поэтому мне сегодня приснились Кэтрин Дрисколл и Стоунер в их счастливые минуты близости. Они сидели рядом, и Кэтрин рассказывала ему о происхождении какого-то слова. Я очень хотела запомнить это слово, но не смогла. Помню только, что в нем была буква «ц». Происхождение так близко с рождением, рожденные слова были их детьми. Я до сих пор чувствую непереносимое сожаление об их удивительной близости, которая было обречена. Или не была? Это такая великолепная развилка. Выбор автора, который идет за своим героем по пути предательства, да, мне самой не нравится это пафосное слово, но в данном случае оно наиболее точно характеризует действия Стоунера. Он предает ту часть себя, которая способна чувствовать, привязываться, любить. Он предает их близость с Кэтрин. И, к сожалению, даже не ради дочери: «меня не Эдит здесь держит и даже не Грейс, не мысль о том, что я неизбежно ее потеряю; не скандал, не те неприятности, что нас ждут; не будущие тяготы и даже не страх перед возможной утратой любви. Главное — разрушение нас самих, того, что мы делаем». Он выбирает литературу и возможность преподавать. А перед этим он предает дочь. Автор талантливо изображает Стоунера как жертву, и я даже на какое-то время поверила, что его герой невинная жертва обстоятельств. Не повезло ему с женой! И имеет же человек право хотя бы на кратковременное счастье! И у меня остается только один вопрос: что же именно он любил в литературе? Почему литература не переплавила его? Почему он не чувствует собственной фальши? Истинной была эта любовь или фикцией, ложным кумиром? Потеряв Кэтрин, Стоунер одерживает победу над Ломаксом и может вести свой старый аспирантский семинар «Латинская традиция и литература Ренессанса», читать старшекурсникам и аспирантам курс среднеанглийского языка и литературы, читать обзорный курс литературы студентам второго года обучения, но этот триумф «Стоунер всегда вспоминал … с презрительной усмешкой как о победе, которую помогли одержать скука и безразличие». Я думаю, что эти слова говорят о ложном выборе Стоунера. Ложный выбор – ложный герой. По законам мифа ложный герой умирает. И ещё несколько слов об одном из кульминационных конфликтах книги – о конфликте с Уокером. Стоунер апеллирует к словам Дэйва Мастерса, что «университет — приют, убежище от внешнего мира для обездоленных, для увечных. Но он не имел в виду таких, как Уокер. Уокера он счел бы… счел бы порождением внешнего мира. Нельзя впускать его сюда. Если впустим, сами станем подобны миру, станем такими же фальшивыми, такими же… Единственная надежда — оградить себя». По сути, участвуя в этом конфликте, Стоунер берет на себя роль защиты университета от порождений внешнего мира. Он ведёт эту войну, потому что у него есть потребность защищать. Он знает, но не осознает до конца, что должен был защитить дочь. Но он отступает от реального конфликта и убегает в иллюзорную войну, переносить свои чувства из одной сферы в другую. И проигрывает, опять же по законам мифа. Гениальная книга. Очень рада знакомству с автором.

    Читать далее
    like10 понравилось
    293
  • Аватар пользователя
    Shedwan
    17 февраля 2019

    Начала читать "Стоунера" после "Останется при мне" Уоллеса Стегнера, которая произвела на меня большое впечатление. Тематика похожа - университетская жизнь, творческие амбиции, бедность, сложные отношения - и читатели писали, что Стегнер очень скучный, а вот "Стоунер"...над ним хочется рыдать, хочется перечитывать, так он берёт за душу, такой он живой и настоящий.

    Прочитала дважды подряд. Это очень странная книга. Написана она слоями. Только когда полностью описан один слой, автор переходит к следующему. План романа таков:

    Проблемы в родительском доме Проблемы на новом месте Проблемы с миром во всём мире (война 1) Проблемы с женой Проблемы с дочерью Проблемы на работе Проблемы с женщиной Новые проблемы на работе Проблемы с миром во всём мире (война 2) Проблемы со здоровьем П****ц Конец

    Большую часть проблем я не поняла. Почему мама Стоунера всё время молчала и рыдала? Почему так расстроился и умер Арчер Слоун? Почему у Стоунера с Эдит сразу не заладилось? Или даже не так. Чем она вообще ему понравилась? Пустой взгляд, натянутая улыбка. А почему Ломакс взбесился аж на 20+ лет? В чём была причина?

    История с Кэтрин показалась возмутительной. В книжках по режиссуре сказано, что влюблённые могут сражаться с обстоятельствами, но когда они начинают сражаться друг с другом за свою "любовь", история теряет смысл. Стоунер сказал Кэтрин, что если они будут вместе, это будет "разрушение нас самих, того, что мы делаем". Не совсем очевидно, что это за лапши он ей навешал. Вроде как Кэтрин будут травить в университете, а Стоунер потеряет работу. И что в итоге? Кэтрин благополучно уехала, нашла новое место, выпустила книгу, начала новую жизнь. Тем непонятнее на этом фоне аргументация Стоунера. Впрочем, он в молодости даже в соседние университеты не хотел поступать на работу, когда пришла пора трудоустраиваться. Что поделать, зона комфорта.

    Интересно, рассматривает ли автор своего героя как положительного. Тонко чувствующего, может быть? Любящего свою работу? Что за посыл у этой книги? Никакого особенного удовольствия в ходе истории получить не удается, никто не шутит, не рассказывает ничего интересного, ничего кроме смертей не происходит, психологические мотивы остаются сокрыты. Значит, должна быть хотя бы мораль? Может быть, Уильямс хотел поговорить об университете? Он предстаёт здесь местом для мечтателей, лентяев, калек, убежищем не нашедших себя в большом мире. Следовательно, Стоунер просто был одним из них? Непонятно. Одни вопросы.

    Читать далее
    Содержит спойлеры
    like10 понравилось
    252
  • Аватар пользователя
    innell
    14 августа 2017

    С чистой совестью и со знанием дела присоединяюсь к движению "Стоунер - это я"! На обложке книги есть отзыв:

    Джон Уильямс заставляет обыденность нашей жизни раскрыться неброской, но завораживающей красотой.

    Автор слов Анна Наринская, не знаю, кто это, но я с ней согласна на все 100. Уильям Стоунер - крестьянский парень, который становится преподавателем литературы. Он вроде как чего-то добился в жизни, но результат вышел не очень; женился на девушке, о которой мечтал, но семейная жизнь тоже сложилась не очень; встретил любовь, но финал ее получился не очень; прошагал отмеренный ему путь, а итог в целом не очень. Несмотря на все эти не очень, я не могу назвать жизнь Стоунера ужасной. Она не ужасна, она просто обычна. НО ОТЧЕГО ЖЕ ТАКАЯ БЕЗНАДЕГА, КАРЛ? ОТЧЕГО?!!! После прочтения разрываюсь между двумя настроениями: желанием что-то срочно менять в жизни (Посмотри на себя! Так жить нельзя!) и стремлением тихо впасть в глубокую депрессию. Но что именно менять, куда бежать, что делать? Неясно. Да и здравый смысл упрямо кричит - куда собралась-то? дом, семья, работа, обязательства, сиди ровно, дорогая. А в депрессию впадать явно не хочется, не люблю я ее совсем. Вот и сижу, как тот осел между двумя стогами сена. Так и не решусь, похоже, ни на что. Совсем как Стоунер... Совсем...

    Читать далее
    like10 понравилось
    99
  • Аватар пользователя
    decembrist_forever
    4 апреля 2017

    Забавные ассоциации с книгой. История о Мартине Идене, все же женившемся на Руфи. Нет-нет, совершенно о другом Мартине Идене - не о напористом, упертом гиганте духа, а о скромном, непритязательном человеке, который гнется, но не ломается. Тем, как в книге показаны люди со всеми их грехами и противоречиями - неприкрыто, но с сочувствием, напомнило даже "Сагу о Форсайтах". История Стоунера, конечно, проще, легче, но, наверное, и воспринимается с особой остротой, в отличие от двух упомянутых выше книг, наверное, потому, что не давит своей гениальностью. Мне уже была знакома часть сюжета, и я боялась, что сам Стоунер покажется мне слабаком, но этого не произошло. Книга о том, как люди растрачивают свою жизнь, живя не с теми, с кем хочется, любя не тех, кого можно, занимаясь не тем, к чему лежит душа и есть способности. Стоунер - и герой, и книга - рвет душу своей предопределенностью и жестокой честностью, благодая которой понимаешь - что описанные моменты счастья в жизни Стоунера, они преходящи и мимолетны, а печаль и сожаления - навсегда. Стоунер делает больно, но притягивает к себе все равно.

    Читать далее
    like10 понравилось
    57
  • Аватар пользователя
    bell_ka
    5 января 2017

    Эх, жизнь моя - жестянка! Да ну ее в болото!

    "Стоунер" - это роман про пылинку в водовороте мироздания, принесенную случайным сквозняком, покружившую в суете и почившую навеки. Жил-был обычный человек, коих миллиарды, и было у него, казалось бы, все необходимое человеку для счастья. Все было (родители, дом, семья, друзья, любовь, образование, любимое дело, мечта, цель...), но не было ничего, что сделало бы его счастливым. Он не был неудачником, тюфяком, нытиком или лузером, жизнь не била его наотмашь и не подвергала серьезным испытаниям, ему хватало твердости, решительности и силы характера (кое-где даже с избытком)... Но и этого оказалось мало для счастья. Ему не хватало гибкости? Может быть. Удачи? Возможно. Он падал и вставал, ловил и упускал возможности, находил и терял...словом, жил обыкновенной жизнью. По обыкновению и ушел, не оставив даже намека на след.

    Гавальда, конечно, личность известная, но своей фразой она Америку не открыла. Я думаю, что каждый прочитавший (и не прочитавший) роман Д. Уильямса в какой-то мере Стоунер. И именно поэтому книга актуальна, популярна и близка читателю.

    Читать далее
    like10 понравилось
    60
  • Аватар пользователя
    FatherBrown
    5 сентября 2016

    Произведения бывают разные. Есть такие, например, о которых ты только узнал - и сразу же хочешь прочитать. А бывают такие, которые вроде как и хочется прочитать - и в то же время очень колется. "Стоунер" Джона Уильямса долгое время оставался для меня представителем именно второй категории. И вроде все - как я люблю. Американец, история про первую половину ХХ века, ан нет! Что-то все равно всегда останавливало. И вот, когда почти все преграды были устранены, а в электронной книге замигало имя Джона Уильямса и его "Стоунера", первые строчки сего романа явно объяснили мне, почему же так долго откладывалось чтение. Читать "Стоунера" больно. Анна Гавальда сказала "Стоунер - это я!". Нет же, Стоунер - это не только Анна, это я, ты, он - все мы. Простые люди, которые не покоряют космос, не исследуют Антарктику, не дерутся с тиграми. Стоунеры ходят на обыкновенную работу, женятся и заводят детей (часто потому, что так делают все). И проживают, по мнению Джона Уильямса, простую, ничем не примечательную жизнь (особенно, если мысли приводят к осознанию всей тщетности существования). Но, елки-палки, почему "стоунеры" решают, что такая вот простая жизнь - это скучно? Потому, что им в свое время не хватилось смелости сделать так, как действительно хочется (не уйти, например, от нелюбимой жены)? Ведь и без покорения космоса можно прожить интересную, насыщенную жизнь; и часто это все - доступней, чем кажется. Надо только оторвать свою ленивую, привыкшую ко всем вдавленностям дивана, попу от этого самого дивана. Научиться вязать макраме? Плести косички? Рисовать хной? Танцевать танго? Учить одновременно шведский и китайский? Иногда мне хотелось встряхнуть Билла Стоунера и сказать - "Ну же, ты же умный здоровый мужик, ну чего же ты сидишь на одном месте, и не пытаешься изменить свою жизнь, если так уж несчастлив!" Возможно, во мне говорит юношеский (ну, или, точнее, девичий) максимализм. Возможно, что еще впереди осознание ничтожности себя и собственной жизни. В конце концов, давать советы (особенно литературным героям) просто, сложно следовать им самой. Но вот такие герои как раз и нужны для того, чтобы помочь самим читателям, "стоунерам", понять, что иногда лучше попытаться что-то изменить в своей жизни, чем не пытаться ничего сделать вообще.

    Читать далее
    like10 понравилось
    66
  • Аватар пользователя
    akitashka
    21 июля 2016

    Книга оставила меня спокойной и практически безразличной, причём я не могу сказать, что книга плохая. Это совсем не так. Просто я ждала от неё бурю эмоций, а получила степенный рассказ о жизни. Мне Стоунер нравится. Он тот кто пошёл учится, тот кто решился сменить направление, зная, что это причинит расстройство родителям. Тот кто искренне влюбился и поспешил сделать предложение. Тот кто не сломался под давлением, зная, что прав, будучи преподавателем. Тот кто все таки узнал, что такое любовь, но не стал ломать семью, какая у него была. Стоунер честный, умный, воспитанный человек. Да многое у него не сложилось! Жена его по-моему психически не нормальная! Он так искренне её любил, относился к ней с нежностью и страстью, а в ответ получил бревно. Не знаю, может он поторопился с женитьбой, но если он ей был не нужен и, как она говорила " куча поклонников" - зачем согласилась? Я не понимаю её. Ведет какую-то одной ей ведомую войну не понятно для чего. Ещё и дочь пострадала, жалко Грейс. Она была такой милой, когда росла. И что в итоге? Мог ли что-то Стоунер сделать, чтобы спасти Грейс? И понимаешь, что наверно нет. Если бы он был чуть решительнее, чуть жёстче -это был бы совсем другой человек. В ситуации с Ломаксом и его аспирантом-я полностью принимаю сторону Уильяма. Я бы поступила точно так же. Его отношения с Кэтрин-я не могу упрекать. После того, как поживёшь с женщиной-айсбергом почувствовать, что можешь любить и быть любимым-настоящий дар. Мог ли он уйти с ней-кто знает... Является ли Стоунер серой массой? А каждый ли поступал по совести, как он? В конечном счёте это все такие мелочи. Главное, что, читая, невольно начинаешь анализировать свою жизнь. Понимать, что где-то ещё что-то можно исправить. Потому что быть стабильно нормальным, пустым и несчастным-это ненормальное состояние. И в любое время можно что-то изменить, но надо понимать, что важные изменения потребуют много сил и эмоций. По- моему этому и учит книга, хотя, вроде в ней говорится просто о жизни Уильяма Стоунера.

    Читать далее
    like10 понравилось
    71
  • Аватар пользователя
    Elena-R
    21 марта 2016

    "Ему через слова было явлено нечто невыразимое словами"

    Странное дело: порой автор и красивостей в книгу напустит, что архитекторам эпохи рококо не снилось, и сюжет залихватский выстроит, и любовная линия ай да ну, а что-то не складывается. Не цепляет, из памяти улетучивается почти моментально. Иной же пишет как будто нехотя, спокойно, без каких-то особых изысков, а поди ж ты – засядет текст занозой и не вытащишь. Напоминает о себе время от времени, кольнет вдруг невзначай. Таков «Стоунер» Д. Уильямса. Очень простая и очень понятная книга. Как небо. Как река. Как хлеб. Мы видели это всё тысячи раз, каждый день, разве можно тут чем-то удивить? Но постойте, а как же бездонность неба? И почему нельзя дважды войти в одну и ту же реку? И где начало хлеба, в каком маленьком зёрнышке, брошенном в землю много месяцев назад? Ведь если задуматься, то такие очевидные и самые привычные вещи полны глубокого смысла и своей, особой философии. Жил-был Уильям Стоунер. Жил просто, как вы и я. Может, именно поэтому и захотелось А.Гавальда воскликнуть: «Стоунер – это я!» Есть в романе моменты, ситуации, когда понимаешь: да, это ведь и обо мне тоже. И написано о его жизни простыми словами. В то же время за очень ясными фразами открываются настоящие парадоксы. «

    Родители были рады сыну и, похоже, не держали на него обиды из-за его решения. Но он увидел, что ему нечего им сказать; он понял, что мать с отцом уже становятся чужими ему людьми, и почувствовал, что из-за этого любит их сильнее».

    Кажется, должно быть наоборот. Становятся чужими – так должно какое-то охлаждение наступить, «отвычка», но оказывается – нет, бывает и по-другому. И ты не несёшься глазами по тексту, а сам себе командуешь: стоп! Остановись, подумай. Жил человек, который никогда не сворачивал со своего пути. Может показаться, что кроме его решения однажды выбрать литературу, сделать её делом всей жизни, всё остальное выбирали и решали за него. Так и хотелось иногда сказать ему: «Эх, Уильям, ну как же так?!» В то же время понимаешь, что это вовсе не тот маленький человек, знакомый нам по русской классике. Стоунер – это Стоунер. Он просто такой, какой есть. Живёт так, как думает, что так надо. Даже если мы с этим совершенно не согласны. Быть может, его фамилия – производное от stone, «камень». Попробуй пнуть его – кому хуже будет? Так и работает Стоунер в однажды выбранном университете, живёт в раз и навсегда выбранной семье, занимается любимым делом. Но и у камня-Стоунера есть душа. Ей часто бывает больно. Невыносимо больно. При всей видимой бесстрастности страсти в его душе кипят. И не раз.

    «Эта страсть могла быть обращена на женщину, могла на стихотворение, и всякий раз она говорила от его имени: «Смотри! Я здесь, я живой».

    Читателю тоже хочется порой воскликнуть: «Он ведь живой, разве вы этого не видите, не чувствуете?!» Немногим это было дано понять, увы. Кажется, что, укрывшись в своих любимых (часто древних, средневековых) текстах, Стоунер не знает жизни, не умеет чем-то в нужный момент воспользоваться.

    «Но Уильям Стоунер знал жизнь своим широким особым знанием, едва ли доступным кому-либо из молодых. Глубоко, глубже памяти, он носил в себе историю тягот, голода, терпения и боли».

    Жил человек, который пронес через всю жизнь свою вечную любовь, за которую он готов бороться, не отступая от своих принципов ни на шаг.

    «Свою любовь к литературе, к языку, к таинственному выявлению движений ума и сердца через малозначащие на первый взгляд, странные, неожиданные сочетания букв и слов, через холодный чёрный шрифт, - любовь, которую он раньше скрывал как нечто недозволенное и опасное, он стал выражать – вначале робко, потом храбрее, потом гордо».

    Жил человек, которому нечего было стыдиться за себя, но он остро ощущает неправоту другого:

    «…он не мог поднять на Ломакса глаз от стыда за него».

    Одним он может её простить и терпеть, другим – нет, может не разговаривать 20 лет. Горько и обидно вслед за Стоунером оглядываться на прожитую жизнь.

    «Бесстрастно, объективно он вгляделся в свою жизнь, и она показалась ему неудачной во всём».

    Где, где он ошибся, почему так несправедлива была к нему судьба? Как получилось, что однажды мир практически перевернулся, тот самый «широкий мир, который был теперь для него тюрьмой, куда бы он ни направился». А счастье было так возможно, так близко… Впрочем, так ли это? Или это очередной парадокс, над которым ещё стоит подумать? Вспомнились вдруг применительно к этому тихому человеку – ни больше ни меньше - слова Л.Н. Толстого: «Нет величия там, где нет простоты, добра и правды». Не был ли и Стоунер тем самым величием, которые многие просто не удосужились разглядеть?

    Читать далее
    like10 понравилось
    49
  • Аватар пользователя
    Akaba
    12 июля 2015

    Мне 42 (уже почти 43) года, у меня кошки скребут на душе и я - Стоунер. Случайная фраза незнакомца в интернете, всего одно предложение и в нем одно слово. Это слово "тоскливо" . Был поздний вечер и мне было тоскливо. Незнакомец написал, что читает Стоунера и ему тоскливо. Я не знал Джона Уильямса и не знал о книге "Стоунер". Но я знал, что такое тоскливо. Так провидение подбрасывает нам иногда книги, которые удивительным образом ложатся на ситуацию, на настроение, на ощущения. Это простая книга, это банальная книга, это обыденная книга. Но я не смог оторваться от чтения пять или шесть часов. Я начал её читать после полуночи и выдохнул когда уже было светло. Все эти часы я балансировал на грани, на грани тоски, счастья и надежды. Я прожил жизнь Стоунера и прожил свою жизнь. Я тоже Стоунер, как это не банально. Уильямс затронул внутри меня вещи и переживания о которых я не могу рассказать ни кому, но он рассказал мне о своих чувствах. У меня перед глазами картинка, как в кабинете Стоунера сидит за маленьким столом его маленькая дочь и я смотрю на неё его глазами и это мои глаза. Я буду чувствовать что то близкое и родное к тому, кому понравится эта книга, мне будет неприятен человек, которого она не тронет. Хотя, возможно, это лишь провидение скомпоновало в пространстве и времени: меня, настроение, книгу и чувства.

    Читать далее
    like10 понравилось
    62