Четыре дня

Из биографии писателя: "Придерживаясь антивоенных позиций, Гаршин пошёл на войну как «кающийся дворянин»: он считал, что раз народ вынужден страдать на войне, то и он обязан." Рассказ "Четыре дня" принёс молодому автору всероссийскую известность. история очень простая и одновременно жуткая. Война. Атака. Напротив не впечатляющего статью очкарика оказывается огромный турок с абсолютно ясными намерениями. И молодой человек, который шёл на войну из каких-то идейных соображений, совершенно не представляя себе, как он мог бы убить человека, всё-таки убивает.

Вдруг «ура» раздалось громче, и мы сразу двинулись вперед. То есть не мы, а наши, потому что я остался. Мне это показалось странным. Еще страннее было то, что вдруг все исчезло; все крики и выстрелы смолкли. Я не слышал ничего, а видел только что-то синее; должно быть, это было небо. Потом и оно исчезло.

Далее следуют четыре дня, проведённых в шести шагах от тела убитого, пронизанных болью, страхом смерти и смутными воспоминаниями о прошлом, до самого момента, когда его практически случайно находит похоронная команда, собирающая для захоронения трупы, и обнаруживает, что он жив...

Короткое произведение, но очень мощное. Жаль парня, который остался одноногим, жаль турка, может, хороший был человек, жаль всех, кому довелось (и доводится) быть на войне...

Возможно, рассказ не произвел бы на меня такого впечатления, будь он прочитан в других реалиях… Но сейчас этот небольшой, жуткий, страшный, пронзительный эпизод войны, русско-турецкой войны 1877 года, побуждает думать о чувствах, мотивах людей на войне. «Передо мною лежит убитый мною человек. За что я его убил? Чем же он виноват? И чем виноват я, хотя я и убил его? Чем я виноват?» Вопросы, вопросы… Ответы на них не дашь в нескольких предложениях, потому и пытаться не стоит, но рассказ заставляет задуматься. Четыре дня войны без описания кровопролитных сражений. Это просто история о выживании, о моральных терзаниях человека, попавшего на войну, причем, пошедшего на войну добровольцем, ослепленным идеею. Для героя рассказа эти четыре дня ожидания смерти кончились благополучно, и эта концовка рассказа, на мой взгляд, снизила градус пронзительности повествования. Но это первый рассказ Гаршина, который лично принимал участие в той войне.

Про Всеволода Гаршина я узнал из какой-то книги, там герой читал рассказ «Красный цветок» о пациенте с психической болезнью. У самого Всеволода тоже были проблемы, в итоге он в возрасте 33 лет покончил с собой. Антон Чехов написал о нем рассказ «Припадок».

Громко заявил о себе 22-летний Гаршин рассказом «Четыре дня», созданном на основе реальной истории: солдат четыре дня ждёт помощи после тяжёлого ранения. Гаршин был добровольцем на русско-турецкой войне 1877-1878 гг. и там стал свидетелем описанного. Правда, в реальности спустя некоторое время солдат умер, а в рассказе ему «только» отняли одну ногу. Чем-то напоминает «127 часов». Там любитель экстрима сам нарвался на приключения, а тут молодой парень сам добровольно пошёл на войну, где вынужден убивать и рисковать жизнью. И некого винить, кроме себя.

И я иду вместе с тысячами, из которых разве несколько наберется, подобно мне, идущих охотно. Остальные остались бы дома, если бы им позволили. Однако они идут так же, как и мы, «сознательные», проходят тысячи верст и дерутся так же, как и мы, или даже лучше. Они исполняют свои обязанности, несмотря на то, что сейчас же бросили бы и ушли — только бы позволили.

Как будто продолжается история героя войны в «Очень коротеньком романе» (1878). В обоих рассказах солдат без ноги и его любимая Маша. В этой действительно короткой истории герой отправляется на войну, чтобы соответствовать идеалу любимой (ты выступал за войну? ну так отвечай за слова делом). Сама же обещала после войны выйти за него замуж. Он вернулся без ноги, а она к тому моменту нашла кого-то другого. Тут мораль простая: надо поступать так, как сам считаешь правильным. Ну и если девушка говорит «иди-ка ты на войну», то я бы на месте героя задумался о том, значит ли он для неё хоть малость.

Времена крестовых походов прошли; рыцари исчезли. Но если любимая девушка скажет вам: "это кольцо я!" и бросит его в огонь пожара, ну, хоть самого большого пожара, положим Фейгинской мельницы (как это было давно!), - разве вы не броситесь, чтобы его достать?

Нет, ребята, я не брошусь. Если сама она будет в горящем доме, тогда да. Как Пит Мартелл в Твин Пиксе.

Зная о проблемах пациентов с психическими болезнями не понаслышке, Гаршин написал мощный рассказ о больном (Красный цветок), который видит всё зло мира в маках, растущих в саду, и стремится их уничтожить. Сам Гаршин вспоминал свой первый приступ: «Однажды разыгралась страшная гроза. Мне казалось, что буря снесет весь дом, в котором я тогда жил. И вот, чтобы этому воспрепятствовать, я открыл окно, — моя комната находилась в верхнем этаже, — взял палку и приложил один ее конец к крыше, а другой — к своей груди, чтобы мое тело образовало громоотвод и, таким образом, спасло все здание со всеми его обитателями от гибели».

Человеку, который достиг того, что в душе его есть великая мысль, общая мысль, ему все равно, где жить, что чувствовать. Даже жить и не жить... Пространство и время — суть фикции. Я живу во всех веках. Я живу без пространства, везде или нигде, как хотите. И поэтому мне все равно, держите ли вы меня здесь или отпустите на волю, свободен я или связан. Мне все равно, где ни быть и когда ни жить. Если мне все равно, не значит ли это, что я везде и всегда?..