Цитаты из книги Mrs. Dalloway

Ну как в словах передать ощущения тела?

И опять она почувствовала себя беззащитной перед лицом старого неприятеля - жизни.

Ее толкал инстинкт - инстинкт, который ласточек тянет на юг, артишоки к солнцу, безошибочно ее поворачивал к людям, помогал свить в душе у них гнездышко.

Вздернув брови над этим несоответствием – одно думаешь, а делаешь совершенно другое: разливаешь суп, – она все сильней себя ощущала вне вихря; или – как если б упала тень и вещи, лишась подцветки, ей представились в истинном виде.

Вот он – брак, думала Лили, мужчина и женщина смотрят, как девочка бросает мяч.

И вот - вдребезги эта забава; потому что он в общем-то сам ее сочинил, ясно же, он от начала и до конца сочинил дурацкую вылазку с этой девицей; сочинил, как мы все почти сочиняем, думал он. Сочиняем себя. И ее. Прелестные увеселения и кое-что посерьезней. Но вот что странно - и верно: ни с кем ничего не разделишь - все разбивается вдребезги.

...наверное, такая награда за то, что когда-то много думал о ком-то; тот приходит к тебе из прошлого в Сент-Джеймсский парк в одно прекрасное утро — возьмет и придет.

«Ломонос был неистово фиолетовым; стена – слепяще белой. Она сочла бы нечестным смазывать неистовую фиолетовость и слепящую белизну, раз уж так она это видела, как бы ни было модно после приезда мистера Понсфурта все видеть бледным, изящно-призрачным, полупрозрачным. И ведь кроме цвета есть еще форма. Все ей так отчетливо, так повелительно виделось, пока она смотрела. Но стоило взять в руки кисть – и куда что девалось»

Просто тогда надо сказать им, чтоб бутербродов не делали, вот и все! Они ведь все спрашивают, поминутно к ней прибегают, естественно, – за одним, за другим, на то она женщина; каждому что-нибудь нужно, дети растут; часто ей кажется – она просто-напросто губка, напитанная чужими чувствами.

ибо ничего нет на свете хуже для иных женщин, чем брак.

быть покрепче, и не суетиться, и не ждать от жизни уж чересчур многого.

To love makes one solitary, she thought.

"Вот она смотрит на такси, и всегда ей кажется, что она далеко-далеко на море, одна; у неё всегда такое чувство, что прожить хотя бы день - очень-очень опасное дело. Не то чтоб она считала себя такой уж незаурядной. Просто удивительно, как она ухитрилась пройти по жизни с теми крохами познаний, которыми их снабдила их фройляйн Дэниелс."

И,словно двинув рукой,он задел груз её постепенно копившихся впечатлений,все они вдруг опрокинулись и хлынули на неё ливнем чувства.

...боги, по ее понятиям, никогда не упустят случая напакостить, испортить человеку жизнь, но всерьез теряются, если все-таки ты ведешь себя как настоящая леди.

Раз очевидное, видимое в нас до того зыбко в сравнении с невидимым, которое со стольким со всем ещё связано - невидимое это и остается, возможно, в другом человеке каком-нибудь, в месте каком-нибудь, доме каком-нибудь, когда мы умрём. Быть может-быть может.

"Надо сладить со всем, с жизнью, которую тебе вручили родители, вытерпеть, прожить её до конца, спокойно пройти - а ты ни за что не сможешь".

Человеку нужны враги, не друзья...

Он остановился раскурить трубку, глянул на жену и сына в окне и, как, несясь в скором поезде мимо дерева, и двора, и постройки, поднимаешь от книги взгляд и в них видишь иллюстрацию, подтверждение чему-то на печатной странице и потом возвращаешься к ней подкрепленный, подбодренный, так и он, не видя, собственно, ни жены, ни сына, глянув на них, подкрепился, подбодрился и мог спокойно сосредоточиться дальше на разрешенье проблемы, которая поглощала все силы его блистательного ума.