Цитаты из книги Berlin

когда я с кем-то встречаюсь, то отстраняюсь от своих ощущений, приношу в жертву свой суверенитет, передаю бразды правления моей доброй волей в руки спутника. Я становлюсь зеркалом, тем самым вульфианским зеркалом, о котором уже писала. А иногда все еще хуже, и я превращаюсь в Еиналеж из «Гарри Поттера» – какая-то рептильная часть моего мозга распознает, чего от меня ждет собеседник и кем он хочет меня видеть. Тогда я превращаюсь в точное отражение его самых больших желаний. Если ему нужна глупышка, я делаюсь глупой и спрашиваю, каково это – быть инженером. Если ему нужна француженка, я рассыпаюсь в похвалах левому берегу пролива и квартире моей бабули в районе Сорбонны. Если я распознаю в нем скрытого консерватора (всем консерваторам в Берлине приходится это скрывать), то стану жаловаться на мусор и этих ужасных людей, которые только кормятся благами великого государства Германия, а если он коммунист (хотя вот таких я стараюсь избегать), я начну теребить ниточки, вылезшие из свитера, и скажу, что подумываю переехать в коммуну в Панкове, так сильно мое отторжение к джентрификации Кройцберга.

<...> Но ходить в микроприседе всю жизнь невозможно. И когда я начинаю потихоньку распрямляться, признавать, что не выношу Париж и не ем круассанов, начинается проблема. Друзья чувствуют подлог, парни – разочарование. Я продала себя лживыми обещаниями, и все они приходят назад с чеком на возврат. Я погружаюсь в вакуум непонимания от тех, кто убеждал меня в своей любви. И безжалостно наказываю их за то, что купились на мою липовую картинку. Всегда наступает поворотный момент – обычно меня ловят на противоречии: «Погоди, но ты ведь говорила, что любишь Францию? Стоп, но ты ведь уже работаешь над докторской?» Как правило, я могу распознать приближение этих моментов. На данном этапе я хорошо распознаю невербальные знаки, так что просто собираюсь и ухожу, пока друзья и парни не успели понять, что случилось.

Мои странные ежедневные ритуалы из бега и сухой пищи помогали выносить все остальное. Подумайте об этом так: вы знаете, что в конечном итоге ваше поведение убьет вас, но муки отказа от этого поведения столь велики, что кажется, вы можете умереть. В таком ключе я не отличалась от других людей с зависимостью, а ведь для них невозможно говорить правду о своих привычках. Это как вежливо попросить Голлума отдать Кольцо. Он сделает что угодно, лишь бы сохранить свою прелесть. И я не собиралась отдавать свою.

Я ханжа, так что не буду выкладывать все интимные подробности. Но Милош оказался скорее тритоном, чем форелью. Он был мягким и нежным, доставлял удовольствие, но не услуживал. Можно было сказать, что кто-то, наверное бывшая, обучила его основам женского удовольствия. (Спасибо, Ядвига.) Большинство моих партнеров совсем ничего об этом не знали, и я была даже равнодушнее. Обычно во время секса я чувствовала себя так, будто играю в порно, но никто не показал мне сценарий. Сама я порно не смотрела, а пара фрагментов, на которые довелось взглянуть, напомнили мне о скрытых съемках организации PETA, призванных разоблачить негуманное отношение к животным на скотобойнях. В результате я всегда сбиваюсь с толку, если мужчина пытается повернуть меня в странную позу. Я часто понятия не имею, что делать. Такой секс с заделом на порно совершенно лишен двойственности и, с моей стороны, удовольствия.

поверьте, каждый успех будет слаще, потому что это маленькая месть. Каждое повышение, каждая удачная стрижка, яркий оргазм – вы вспоминаете бывшего и ощущаете особое, мстительное, кайфовое счастье. Конечно же, забыть о нем будет лучшим отмщением, но это невозможно из-за интернета и соцсетей. Даже если теперь у вас все под контролем, через пару лет вы поддадитесь зудящему желанию погуглить его[25]. Борьба закончится со смертью вас обоих. Пока что Себастьян вел: степень по экономике в берлинском вузе (8 баллов), девушка (5 баллов), неплохая борода (2 балла), жестокие ответы на мои сообщения (5 баллов).

Я наполнила водой чайник, потому что Каллум не пил, и я ничего не имела против или делала вид, что не имею, потому что кто может быть против трезвого образа жизни? Но вообще-то я против, это реально беспокоит, потому что я не верю, что трезвенники умеют радоваться и веселиться. Конечно, я не уверена на сто процентов и не могу утверждать, что сама умею веселиться. Но если человеку не по себе рядом с алкоголем, наверняка у него проблемы с радостью, что заставляет меня думать, будто такие люди помешают мне радоваться самой по себе, не говоря уже о том, чтобы радоваться вместе со мной.