Обманщик

Лауреат Нобелевской премии Исаак Башевис-Зингер, писавший исключительно на идише, в своих романах сталкивал парадоксы высокой еврейской духовности и грязную приземленность человеческих страстей. Его роман «Обманщик» — яркое тому подтверждение. В этом тексте практически нет положительных персонажей. В мире Зингера живут люди, потерявшие свои корни и опору под ногами. Спасшись от масштабной катастрофы в Европе, еврейские эмигранты оказываются беззащитны перед низменными соблазнами Нового Света. И именно на фоне этих пороков автор исследует великий парадокс человеческой природы, её пугающую дуалистичность. Неслучайно центральной фигурой романа становится не праведник, а глубоко неоднозначный персонаж, окончательно запутавшийся в паутине собственной лжи — Герц Минскер.
Год за годом Минскер продает всем вокруг образ непонятого мыслителя, якобы пишущего грандиозный философский труд о природе человеческого счастья. Оправдывая свое распутство и безделие, он сочиняет удобную теорию о том, что каждая молекула во вселенной стремится к удовольствию и что гедонизм – это естественное стремление любого существа. Даже применительно к Богу он использует пренебрежительную метафору «Чудовища, сродни думающей машине», которой на самом деле безразличны религиозные ритуалы и праведность. Таким образом, Герц Минскер подвел прочный философский фундамент под свою порочную и никчемную жизнь. На деле же этот «гений» и «мыслитель» не написал ни одной работы, оправдываясь тем, что ему вечно строят препоны. Он фактически паразитирует на окружающих, вытягивая деньги у своих друзей и любовниц. Свою душевную пустоту он заполняет беспорядочными любовными связями и интригами. Его жизнь — это патологическая ложь, легкомыслие, инфантильность и фантастическое умение изображать невинную жертву.
Так почему же такой отталкивающий герой имеет столь оглушительный успех у женщин? Что они в нем находят? Мне кажется, Минскер гениально использует их общую боль: спасшись от Гитлера, герои Зингера оказались оторваны не только от своих близких, но и от вековых традиций своих предков. Они испытывают жесточайший кризис идентичности. А Минскер дает этим несчастным, потерянным женщинам иллюзию причастности к чему-то великому, интеллектуальному и духовному, прикрывая этим свою банальную похоть. Будь то Минна или Мирьям — все они сознательно или подсознательно выбирают разрушительный хаос связи с Герцем, тем самым убегая от серой и предсказуемой реальности.
Примечательно, что все три женщины Минскера далеко не глупы и видят его натуру насквозь. Тогда почему они вновь и вновь вступают с ним в разрушительные отношения? Мне кажется, автор объясняет этот парадокс следующей фразой: «сознательно люди хотят быть счастливыми, а в подсознании им хочется трагедии». Герои выбирают трагедию, потому что это заставляет их чувствовать себя живыми. Цена этого выбора страшна. Зингер показывает нам абсолютное опустошение Брони, которая ради Герца бросила мужа и детей в оккупированной нацистами Польше. Броне безразличны даже измены Минскера: она глубоко жалеет лишь о содеянном в прошлом.
Истинный масштаб разрушения, которое приносит Минскер, раскрывается через трагедию его давнего друга, кардинально противоположного ему по характеру. Морис Калишер — глубоко религиозный человек, у него есть незыблемые правила, понятия о грехе, святости и долге. Их дуэт — классическое противопоставление человека без совести и человека с избытком совести. В то время, как Минскер совершает подлости и легко избавляется от чувства стыда с помощью своих удобных теорий, Морис принимает всю ответственность и вину за случившиеся с ним беды на себя. Он погружается в разрушающий его стыд и в прямом смысле погибает, будучи раздавлен не столько чужим предательством, сколько невыносимой виной за собственную слепоту.