Цитаты из книги ドリアン・グレイの肖像

«I am too fond of reading books to care to write them, Mr. Gray. Yes, I would much rather read a book than write one.»

«I have never searched for happiness. Who wants happiness? I have searched for pleasure.»

Нет ничего тягостнее и мучительнее неизвестности.

За все приходится платить слишком дорого. Пожалуй, трагедия бедняком — в том, что только самоотречение им по средствам. Красивые грехи, как и красивые вещи, — привилегия богатых.

самый страшный из грехов – это грех непослушания

Пусть лицо портрета под своим пурпурным саваном становится скотски тупым, жестоким и порочным. Что за беда? Ведь никто этого не увидит. Да и сам он не будет этого видеть.

Мужчина в такие моменты частенько забывает поговорить о браке, а женщина всегда напомнит ему об этом…

Тщательнее всего следует выбирать врагов. Среди моих недругов нет ни единого глупца. Все они – люди мыслящие, достаточно интеллигентные, и потому умеют меня ценить.

Молодость — единственно богатство, которое стоит беречь.

Пальцы его были холодны как лед, а губы жгли как огонь.

Он оперся головою на руки, и весь облик его говорил о крайнем отчаянии.

План был намечен такой: он проберётся тихонько в комнату Вашингтона, встанет у него в ногах и наговорит ему всякого вздору, а потом пронзит себе горло кинжалом под звуки тихой музыки.

Он лег в удобный свинцовый гроб и оставался там до самого вечера.

Всё дальше скользил он, словно зловещая тень; казалось, что и сама тьма встречала его с отвращением.

Я видела собственными глазами такие вещи, от которых у всякого доброго христианина волосы встали бы дыбом, и много ночей не смыкала я глаз от ужасов, творящихся здесь.

Миссис Эмни

О все больше влюблялся в собственную красоту и все больше интересовался распадом своей души.

Людям лишь заурядном требуются годы, чтобы избавиться от чувств. Человек, который сам себе хозяин, способен избавиться от печали с той же лёгкостью, с какой способен придумать себе забаву. Я не хочу быть рабом чувств., Я хочу их использовать, наслаждаться ими, властвовать над ними.

— Вообще никогда не женись, Дориан. Мужчины вступают в брак от скуки, женщины — из любопытства. И те, и другие неизменно разочаровываются.

— Люди осуждали нас обоих, но вас они все-таки боготворят, всегда будут боготворить. Вы тот человек, которого наш век ищет... и боится, что нашел. Я очень рад, что вы не изваяли никакой статуи, не написали картины, вообще не создали ничего вне себя. Вашим искусством была жизнь. Вы положили себя на музыку. Дни вашей жизни — это ваши сонеты.

— Ах, если бы я мог кого-нибудь полюбить! — воскликнул Дориан с ноткой пафоса в голосе. — Но я, кажется, утратил эту способность и разучился желать. Я всегда был слишком занят собой — и вот стал уже в тягость самому себе. Мне хочется бежать от всего, уйти, забыть!..