Цитаты из книги A Desolation Called Peace

Разорение, бойня, узурпация власти под выдуманными титулами – вот что принято называть империей, а пустошь, которую они оставляют после себя, зовется принесённым на эти территории миром. Тацит (цитата из Калгака). «Агрикола»

Он хотел, хоть это было ужасно, глупо и несправедливо, но хотел, чтобы кто-нибудь его остановил. Это означало бы, что всякая ответственность с него снимается и ляжет на чьи-то другие плечи, кого-то абсолютно совершеннолетнего. Кто-то другой должен будет сделать это – остановить планетарный геноцид. Правда, совершеннолетние и без того несли ответственность, но пока так ничего и не остановили.

Какими же малозначимыми были желания агентов министерства информации, послов из варваров и самого яотлека в сравнении с долгой традицией привычного насилия, утвердившейся в тейкскалаанских легионах.

— Мы еще не ведем войну, – сказала она Три Саргасс. – До начала войны полтора дня. Мы должны подготовиться.
— Черт побери, мне тебя не хватало, – сказала Три Саргасс с долей сожаления, источник которого Махит не могла понять. – Еще одного человека, который берется за решение проблем.

Она вообще не была способна представить мир без Империи. Она думала по-тейкскалаански, метафорами имперского стиля и избыточными определениями. Весь этот разговор с имаго состоялся на их языке.
Она специально подумала на языке Станции: «Мы не свободны».
<Нет никакой чертовой свободы>, – на том же языке согласился с ней Искандр.

И она опять почувствовала себя живой – проснувшейся настолько, насколько ни разу не была после возвращения на Лсел. Быть проснувшейся в равной мере означало быть испуганной и восторженной.

Все так. Она не получила разрешения, она просто приняла решение, и никто из ее подчиненных не задал по этому поводу ни одного вопроса.

Что ж, – сказал наконец Двадцать Цикада, и голос его звучал потрясенно, как и у всех остальных, но оптимистически потрясенно, – мы узнали в этих людях приблизительно восемь новых качеств, о которых не знали десять минут назад.

Как и любой другой город, станция Лсел была подходящим местом для прогулки – если знать, куда пойти, а куда не стоит.

A man pretends. A barbarian pretends that civilization might grow in the small hours of the night, between two people.

Information talks to aliens as a habit. All of that bullshit with xenophile poetry and philosophy? These things can't fuck with Information's head, Information comes prefucked.

In the silence between them the sound of metal banging on metal filled the whole world.

He was wrong about that, Mahit thought, exile happened in the heart and the mind long before it happened to the body that moved in space, across borders.

Not that she'd been safe there. But the habits of memory created all kinds of false harbors.

It's a shame you are not one of us — you argue like a poet.