Загадки Малой Азии
Осыпаются стены города-призрака Ани, некогда величественная Никея стала горсткой битого кирпича, а ветра точат кружево грузинских храмов Опиза.
...Три памятника из сотен, разрушающихся на территории Турции. Для тюркских племен они — обуза и хлам, оставшийся от изгнанных, чуждых культур.
Среди подобных мест, музеев под открытым небом — окрестности Гераклейского озера.
***
"Мы, наконец, добрались", — записал в 26 сентября 1905 года Теодор Виганд, возглавивший немецкую научную экспедицию к берегам Малой Азии. И дата, и сама экспедиция удивляют смелостью.
Когда исследователи увидели древний город Гераклею, на три метра ушедший под озерную воду и пятипалую гору Латрос, сплошь усеянную монастырями и пещерами, они нашли дикую местность, заросли, испещренные медвежьими тропами. Не все вернулись в Германию: находиться здесь долго в спартанских условиях было буквально опасно для жизни. Встречи с ядовитыми змеями, скорпионами и медведями уже ожидали их. И все это в те же самые времена, когда соотечественники исследователей разжигали здесь же пожар геноцида и войны.
Немецкий археолог; член Прусской академии наук, иностранный член-корреспондент Академии наук СССР (1927) Теодор Виганд
Не впервые Теодор Виганд оказался на этих берегах. Как археолог, он участвовал в иследованиях Приены, затем — знаменитого города-цивилизации Милета, уделил внимание Гераклее, лежавшей буквально рядом. Теперь добрался и до Латрийской горы.
***
Записки об экспедиции можно условно поделить на три больших раздела:
- посещение, тщательный осмотр, исследование и описание архитектурных памятников;
- анализ сохранившихся надписей и письменных источников в сопоставлении с историческими реалиями Малой Азии того же периода;
- подробное описание сохранившихся фресок.
В начале первой части автор сфотографировался в лодке, машет нам шляпой, отправляясь на первый островок с развалинами. Он посетит множество таких мест, подкрепляя впечатления снимками с различных ракурсов, заинтересовывая читателя жизнью далеких веков.
На второй части я застряла надолго. Тут нужно было осмыслить место описанного уголка Малой Азии в общей истории человечества. Ведь это и время по смерти Магомета, когда его последователи буквально хлынули в Палестину, Африку, Сирию, Грузию, а беженцы-христиане волной откатились сюда. Это и время крестовых походов, когда здешние места стали буквально проходным двором для целых масс людей, стремящихся освобождать от арабов святыни, которые считали своими. А потом возвращающихся в Европу...
И хотя Теодор Виганд занимался по большей части классической археологией, именно по третьей части видно, что более всего его сердце склонялось к изобразительному искусству. Здесь его описания наиболее поэтичны. Он и восхищен, и очарован искусной, опытной кистью.
И я с ним солидарна! Еще не изобретены технические устройства, способные передать цвета фресок. На современных печатных машинах их отобразить невозможно. Если Вы были когда-нибудь, к примеру, в Ферапонтове, сможете понять, о чем я говорю. Ты входишь к работам Дионисия с улицы, из-под особого цвета, легкого по тону и чистого Северного неба (такого нет на юге и в средней полосе!), пройдя мимо сочно-желтых пшеничных или сорных цветущих полей, мимо зелени, которая не дает густой тени под светящимся небом, и вдруг видишь ровно те же краски! И запостить здесь фото-иллюстрацию невозможно. Ведь на нем выходят совсем другие цвета...
То же удивление, к примеру, испытываешь от ультрамарина, сохранившего яркость спустя столетия, в Ростовском Кремле. И на Кипре, в охраняемых Юнеско памятниках опять удивляешься цвету, который можно только впитать глазами, а сфотографировать — нет. Единственная лазейка — эскизные зарисовки акварелью.
Все это вспоминается, когда читаешь описания Виганда пещерных фресок Латроса, на которые никто никогда уже и не взглянет. Здесь, как и в Ростове, синий выбран основным, связующим цветом, только не тяжелый ультрамарин, а холодноватый, прозрачный кобальт.
Интересные находки по композиции и рисунку перекликаются с некоторыми работами того же времени на Крите, Кипре, Хиосе и Дафне (Греция, полуостров Афон). И хотя Виганд осторожен с выводами, соглашаюсь, что все эти работы могли принадлежать именно Критским мастерам, которых приглашали в другие места. По крайней мере, для Кипра это сейчас установлено довольно определенно.
Что ж, я рада! Мое книжное путешествие удалось.
По дороге встретилось множество карт, схем, зарисовок и фотографий. Все, как я люблю!
Посмотрела, что еще из исследований Теодора Виганда доступно? Экпедиция в Приену (древнегреческий ионийский город, недалеко от Милета, восточнее о. Самос), на Кипр. Взяла на заметку, не знаю, доберусь ли.
Работа Виганда "Латрос" будет интересна искусствоведам и историкам Средневековья.
Подготовила несколько фото для размещения в рецензии, но увы, пока не вставляются из-за техработ на сайте :( Прошу прощения.
25 понравилось
