Ночь

Продолжаю, в этот раз прочитал рассказ Гаршина «Ночь». Это занятный текст - про то, как главный герой хочет покончить с собой и в итоге делает это. Ни у кого не видел настолько подробного описания внутренних чувств самоубийцы, как у Гаршина. Рассказ как обычно небольшой, но конец поразительный: в финале так хочется жить, и герою так хорошо, а он берет револьвер и стреляет в себя.

Почему‐то показалось, что над головой главного героя нимб, хотя Гаршин об этом не пишет. Эти воспоминания героя - как он хочет вернуться в детство, к отцу в деревню, слушать, как тот рассказывает Евангелие, и плакать от силы этих слов...Тут много божественного.

А в конце у героя окна открыты, он слышит звон колоколов - и я сразу вспомнил чеховский «Студент». И мне так хорошо стало в этот момент, и герою очень хорошо - а он берёт и стреляется. И мне как будто радостно от того, что у него получилось в себя выстрелить, - без злорадства, просто какое‐то облегчение ощутил.

Запомнился фрагмент, когда герой поймал ямщика, сел к нему, и тот везёт его к знакомому, у которого есть револьвер. По дороге ямщик рассказывает, что недавно на себя наложил руки молодой парень, тоже извозчик. И рассмешила его фраза: «Как можно, чтобы извозчик вешался? Вам‐то, баринам, можно, а нам‐то когда?» Он описывает повешенного - это уродство, ничего красивого, «не по‐барски». А главный герой застрелился красиво.

Гаршин пишет о застрелившемся человеке, о страшнейшем грехе перед Богом, а мне просто тепло от этого текста. Не знаю почему, впервые у меня такие чувства.

Гаршин ведь сам покончит самоубийством. Наверно он понимал это, поэтому и наслаждался описанием внутреннего метания главного героя