Цитаты из книги Ο Χάρι Πότερ και το κύπελλο της φωτιάς

На нем был его парадный (чудовищный!) коричневый костюм и оранжево-желтый в клеточку галстук. Но не это было самое страшное. Он, видно, пытался укротить свои волосы с помощью смазки для колес и даже сделал пробор, разделив одну большую копну на две поменьше. Скорее всего, хотел сделать прическу «конский хвост», но шевелюра оказалась слишком густа. Разумеется, красоты Хагриду это не добавило.

— Дело не в возрасте, — возразила Гермиона. — Мы еще очень мало знаем, и нам такие состязания не по плечу.

Вам нужно быть во всеоружии. Но самое главное — вам нужно приучить себя к постоянной, неусыпной бдительности

чем раньше вы будете знать противника, тем лучше

Мне не нравятся люди, которые нападают на противника со спины

— Я нашла лучший способ отстаивать права эльфов, — с вызовом ответила Гермиона.
— Ну да… и к тому же проголодалась, — усмехнулся Рон.

— Эгей, Гарри!
Это был Колин Криви, третьекурсник, для которого Гарри был чем-то вроде кумира.
— Привет, Колин, — настороженно отозвался Гарри. Этот восторженный почитатель всегда доставлял ему немало хлопот.

никогда нельзя обращать внимание на одну только внешность

На лице дяди Вернона вновь проступило бешенство. Для него было откровенной мукой выслушивать поучения о хороших манерах от человека, который только что снес полстены у него в гостиной.

У него торт, а у Дадли ничего, кроме грейпфрута; на дворе — солнечный летний день, завтра он расстанется с Тисовой улицей, шрам больше не болит, и впереди — Чемпионат мира по квиддичу. Можно пока ни о чем не волноваться — даже о Волан-де-Морте.

В его жизни произошли крутые и очень неприятные перемены с того дня, как он принес домой годовой табель успеваемости.

Он давно привык к удивительным несчастным случаям и невероятным травмам — они неизбежны, если ты учишься в Школе чародейства и волшебства и вдобавок обладаешь способностью притягивать неприятности.

И прекрасно! Ходи голый! Гарри, непременно сделай его снимок в таком виде, - может, когда-нибудь посмотрю и посмеюсь.

Твоя преданность — всего-навсего трусость. Ты бы ни одной секунды здесь не остался, если бы тебе было куда пойти.

Если заглушить боль на время, она станет ещё острее потом, когда неизбежно вернётся

Родных нечего стыдиться.