Цитаты из книги Стань моим парнем

– Выкладывай. Расскажи мне все, что сегодня случилось. Я посмотрела на их маму, не уверенная, что хотела признаваться при ней в своей лжи. – Мама уже знает, – сказала Бек. – И хоть этого не одобряет, она может понять, почему это необходимо нашим незрелым мозгам. – Ты неправильно меня цитируешь, Ребекка. Я сказала, что месть – продукт неверно направленных эмоций, но касаемо Ив у меня тоже есть несколько эмоций. – Ты не сказала неверно направленные, – громко возразила Бек. – Более того, я помню, что ты употребила определение незрелые. – Может, я сказала недостаточно развитые? – То же самое, – произнесли одновременно Бек и Хейден. Оливия наложила на холст темно-синюю краску широким мазком прямо под изогнутым пурпурным глазом, который уже был нарисован. – Я хочу сказать, что месть никогда не является ответом. – Да, да, – Бек махнула маме рукой, а потом повернулась ко мне: – Итак, расскажи нам о мести. Я посмотрела на ее маму и задалась вопросом, расстроена ли она этой перепалкой. Ее, казалось, это совсем не заботило. – Хорошо, Ив была там с Райаном. – Я это знала! – воскликнула Бек. – Они все еще вместе, да? Я кивнула. – Но ты была права. Она к тому же хотела захомутать Хейдена. – Не хотела, – сказал Хейден. – Тогда почему она тебя обнимала, сидела так близко и клала руку тебе на ногу? – Она клала руку тебе на ногу? – Выражение лица Бек стало строгим. – Она так сделала? – удивился Хейден. – Ох, пожалуйста, – скривилась Бек. – Ты знаешь, что сделала. Не пытайся строить из себя невинного, Хейден. И, возможно, тебе это понравилось. Хейден просто встретился с ней глазами со спокойным выражением на лице, на котором невозможно было ничего прочитать. – Поэтому, пожалуйста, скажи мне, что ты ей отомстила, – сказала Бек, переводя взгляд на меня. – Мы держались за руки и обнимались. Танцевали. – И Джиа запрыгнула на меня, – прибавил Хейден. Я ахнула. Его мама повернулась ко мне. – Я не прыгала... намеренно. Это произошло спонтанно. Я не собиралась тебя валить. – Скажи мне, что Ив это видела, – с улыбкой попросила Бек. – Видела. Бек покружилась на месте, разведя руки в стороны, затем схватила меня за плечи и потрясла: – Ты потрясающая. Месть потрясающая. Оливия покашляла. – Потому что у меня очень, очень незрелый мозг, – добавила Бек.

Мы прошли по тропинке до входной двери, и Хейден открыл ее и вошел внутрь. Сидевшая на диване в гостиной Бек сразу же выключила телевизор и оглядела нас: – Итак? Хейден приобнял меня одной рукой. – Ты будешь рада узнать, что сегодня мы многих ввели в заблуждение, а ревность так и витала в воздухе. Не знаю, кто больше всего вводил в заблуждение или кто ревновал больше всех, но Джиа сделала все, что тебе обещала. Бек повернулась ко мне: – Хорошо, теперь я хочу слышать, что именно произошло. А не это неясное дерьмо.

– Хейден? Ты там? И тут же безо всякой мысли я бросилась на него. Мне просто хотелось запрыгнуть к нему на колени, но Хейден машинально повалился на спину, а я очутилась сверху. – Эм... привет, – сказал он, глядя на меня. – Привет. – Его кристально синие глаза были поразительно близко. Теперь голос Ив звучал громче, он доносился уже из-за камней – менее трех секунд, и она нас обнаружит. Хейден вытянул руки и нежно прижал ладони к моим щекам. Потом мягко притянул к себе мою голову, желание в его глазах ясно выражало его намерения. – Не делай этого, если это только ради игры, – прошептала я в нескольких дюймах от его губ. Я хотела, чтобы это сошло за шутку, но получилось серьезно и с придыханием. Он сразу же замер, и желание в его взгляде сменилось беспокойством. Он повернул мою голову и поцеловал меня в щеку. Я одновременно расстроилась и расслабилась. Мне пришлось напомнить себе, зачем мы это делали.

Райан приобнял Ив, и Хейден отодвинулся на дюйм, лицо его снова приняло каменное выражение. Я взяла его за руку, и он повернулся ко мне. Затем коснулся губами моей щеки, и я закрыла глаза. Когда я их открыла, он произнес своим хриплым голосом, как иногда это делал: – Я хочу с тобой потанцевать. Я позволила отвести себя на импровизированный танцпол на песке. Позволила ему обхватить моими руками себя за шею, а затем положить руки мне на бедра. На какое-то мгновение я забыла, что мы на людях и что для них все это разыгрываем. Хейден заставил меня забыть, что я пришла сюда для того, чтобы выкинуть его из головы. Он наклонился, и я подумала, что он прошепчет что-то милое мне на ухо, но он сказал: – Ты играешь намного лучше, чем думаешь сама. Эти слова повернули мои мысли в правильное русло. – Так и есть, да?

Хейден показал на оливки, которые я убрала с кусочка пиццы. – Что здесь происходит? – Я не фанат оливок. – Было много других без оливок. – Мне нравится вкус, который придают пицце оливки. Просто сами по себе они мне не нравятся. Он засмеялся, а потом закинул одну из оливок в рот: – Странная ты. – Эй. – Мне нравятся странности. Обычность скучна. – Точно. – Проблема в том, что я - сама обычность. Возможно, он просто узнал обо мне самое интересное из того, что во мне было. Я не Ив. Хотя не то чтобы это меня беспокоило.

Я расправила плечи и повернулась лицом к дверям в зал. Мне не нужен кавалер, настоящий или какой-либо другой. Я нравилась своим друзьям независимо от того, с кем я была или не была. Несмотря на то, что я так думала, мне хотелось, чтобы это было правдой. Я не могла за один вечер потерять и парня, и друзей. Они мне нужны. Когда я направилась к входу, свет фар высветил тень на асфальте передо мной. Я обернулась, когда машина заглохла, а фары погасли. Из нее вышел парень. – Ты собиралась пойти туда без меня, после столь долгих уговоров?

- Он мне не доверяет, а я определенно больше не доверяю ему. Учитывая, что доверие - это основа всех отношений, думаю, у нас нет никаких шансов. Бек положила свою руку на мою: - Мой брат очень преданный. Иногда себе во вред. Его преданность может перевесить логику. Его мозг говорит ему одно, а сердце - другое. Однажды, когда я была маленькой, он увидел, как я толкнула мальчика на землю и забрала у него эскимо. Я сказала Хейдену, что ранее мальчик у меня его отобрал. Хейден мне поверил. И сказал плачущему мальчику, чтобы тот оставил меня в покое. Это преданность. - Я понимаю тебя, но проблема в том, что в нашей истории я - плачущий мальчик, у которого отобрали мороженое. А не та, которой он предан.

- Ты когда-нибудь чувствовала себя одинокой в компании подруг? Я обнаружила, что мне машинально хочется ответить "нет". Но он оказался прав. Я всегда прячу эмоции за улыбкой. Однако сегодняшний день был посвящен тому, чтобы я стала самой собой. Выплеснула эмоции. Для меня это нелегко, но благодаря Хейдену мне хотелось попытаться. - Я об этом никогда не задумывалась. - А сейчас? - Не знаю. Я люблю своих подруг, но понимаю, что они не очень хорошо меня знают. Хотя это не их вина. Я им этого никогда не позволяла. Не уверена, что сама себя хорошо знаю. - Разве это не присуще подросткам? Быть в поиске себя? И того, кем мы хотим быть? - Надеюсь, что да, потому что в противном случае я очень отстала. - Думаю, ты знаешь себя лучше, чем тебе кажется.

– Что ты хочешь сделать? Хочешь с ним поговорить? – Я хочу побить его, – сказала Бек. – Бек, это не твое дело, – заметил Хейден. Нейт поднял руку: – Я тоже хочу его побить. – Он многое смонтировал. – Ты не должна объясняться, Джиа. Вот почему Дрю не хотел, чтобы мы приезжали, и мне следовало послушаться. – Я в порядке. – Я встала и посмотрела на Дрю, которого окружали друзья и его профессор. – Эй, это ты была в фильме. И ты всю церемонию сидела со смартфоном. Такая ирония, – произнесла девушка у меня за спиной. Я отшатнулась, и Бек одарила девушку испепеляющим взглядом. Выдавив из себя улыбку, я сказала: – Мне просто хочется поехать домой. Поговорю с ним завтра, когда он не будет так занят. – Может, мне поговорить с ним сейчас, когда он окружен людьми, чье мнение ценит? Бек подтолкнула брата: – Да, иди. – Нет, мне просто хочется домой, – повторила я. После того, как мы пробрались через заполненный людьми театр и вышли на улицу, я глубоко вдохнула. Молчание Хейдена, Бек и Нейта было пугающим. Мне хотелось, чтобы они говорили и вели себя, как обычно. Если бы сейчас мы притворялись, что ничего не произошло, то мне было бы намного легче. Когда мы уселись в машину, первой моей мыслью было достать смартфон и отвлечься от реальности только что случившегося, вот только сейчас я не могла этого сделать, поскольку перед внутренним взором все еще стояла отчетливая картинка: я со смартфоном. Хейден завел мотор и выехал с парковки: – Не знаю, утешит тебя это или нет, но не думаю, что он нарочно на тебе сделал акцент. Просто использовал тебя в качестве примера, чтобы пояснить свою точку зрения. Он говорил, что это проблема поколения. Не конкретно твоя. Я кивнула. Бек ударила его по руке: – Это не утешит. Он ее брат. Он не должен был этого делать. Точка. – Я знаю, – согласился Хейден. – Все равно не в этом проблема, – произнесла я так, что засомневалась, смогли ли они услышать. – А в чем? – Проблема в том, что это правда. Я такой человек. – Мне было не плевать, что другие обо мне думали. Я действительно удаляла фотографии или твиты, которые не получали достаточно лайков. И измеряла свою популярность по этой шкале. Возможно, я была самым поверхностным человеком на земле и теперь об этом узнала. – Мы все такие, Джиа. Вот почему он получил награду. Она объективна.