Цитаты из книги Как быть двумя

Потім був інший час, із дерев опадав жовтий цвіт: падав він, і чувся звук: хто знав, що квіти мають голос?

Слово «тайна» вначале означало что-то спрятанное, закрытое — примерно так, как закрывают рот или глаза. Означало согласие или понимание, что кое-что раскрывать нельзя.

Если ты ощущаешь что-то, есть ли между ним и тобой расстояние?

Любой цвет на любой картине ведет свое происхождение от камня, растения, скалы, семени.

Чистилище — это и есть состояние беспокойства памяти или знания о доме, когда самого дома уже нет, или о чем-то таком, чего ты на этом свете не имел, но считал своим, а теперь все это чуждо тебе и ты не можешь быть к этому причастным.

В аду нет никаких тайн, потому что где тайна - там рядом и надежда.

(хоча також мені подобалося уявлення, що Христос, можливо, прожив довше життя на землі, ніж кажуть - і це, правда, гріх, але вартий того, щоб затемнити куточок душі, а, коли пощастить, то й пробачний).

Історія - це жах. Це гора трупів, яка вдавлюється в землю під усяким містом, малим чи великим, нескінченні війни, голод, епідемії, і всі ці люди, яких заморили голодом, знищили, позбулися, закатували, залишили помирати понад фортечними мурами, чи то розстріляли над траншеями, в яких потім і закопали.

Нет, никто даже понятия не имеет, кто мы, или кем мы были, да и мы сами этого не знаем
- разве только в сверкающие мгновения внезапной откровенности с незнакомцами или кивка молчаливого понимания между друзьями.
А в остальное время мы инкогнито парим в воздухе, кишащем другими насекомыми,и тогда мы всего лишь пёстрый прах, короткий взмах крыльев по пути на свет, на травинку, на листок в летних сумерках.

<...> it's like she is meeting an old friend, albeit one who won't look her in the eye because the saint is always looking off to the side. But that's good too. It's good, to be seen past, as if you're not the only one, as if everything isn't happening just to you. Because you're not. And it isn't.

It is lovely, being intoxicated, her father said the other night. It is like wearing a whole fat woolly sheep between me and the world.