Цитаты из книги Nineteen Eighty-Four

Последствия всякого действия заключены в самом действии.

Он почувствовал себя одиноким призраком, говорящим правду, которую никто никогда не услышит. Но пока он говорит свою правду, связь времен странным образом не прерывается. Не потому, что кто-то может услышать тебя, а потому, что ты остаешься в здравом уме и наследуешь все, что создали люди до тебя.

Для кого же он пишет дневник?.. Для будущего? Для прошлого? Так или иначе — для воображаемого мира.

Как узнать, что диктатура Партии не навсегда?

Он был одинок. Прошлое умерло, будущее представить себе невозможно.

Скрывать свои чувства, следить за выражением лица, поступать так, как поступают другие, — все это давно стало инстинктивной реакцией человека.

...Большой Брат, казалось, возвышался над всеми — непобедимый, бесстрашный защитник, стоящий как скала на пути азиатских орд.

Для кого, вдруг пришло ему в голову, он пишет этот дневник? Для будущего, для тех, кто еще не родился. Как можно обращаться к будущему? Это невозможно. Если будущее станет таким же, как настоящее, оно не захочет его услышать, если же оно будет отличаться от сегодняшнего дня, все его беды потеряют смысл.

Уинстон решил вести дневник... Он обмакнул перо в чернила и на мгновение заколебался. Что-то задрожало у него внутри. Но он решился и проставил дату. Маленькими неуклюжими буковками вывел:

4 апреля 1984 года.

...ничего незаконного не было вообще, так как давно уже не было и самих законов...

Из окна Уинстона можно было прочесть красиво выписанные на белом фасаде [Министерства Правды] три лозунга Партии:

ВОЙНА — ЭТО МИР. СВОБОДА — ЭТО РАБСТВО. НЕЗНАНИЕ — ЭТО СИЛА.

«БОЛЬШОЙ БРАТ ВИДИТ ТЕБЯ», — говорила надпись, а темные глаза пристально заглядывали внутрь Уинстона. Ниже бился на ветру другой плакат, с оторванным углом, то открывая, то закрывая единственное слово: «АНГСОЦ» [английский социализм].

Война, если подходить к ней с мерками прошлых войн, мошенничество. Она напоминает схватки некоторых жвачных животных, чьи рога растут под таким углом, что они не способны ранить друг друга.

В прошлом правящие группы всех стран сражались друг с другом и победитель всегда грабил побежденного. В наши дни правители держав сражаются вовсе не друг с другом, а против своих подданных.
Цель войны не захват территории, а сохранение структуры общества в неизменном виде.

Если свобода вообще что-то значит, то это право говорить другим то, чего они не хотят слышать.

Половое воздержание приводит к истерии, а она желательна, потому что её можно превратить в милитаристский психоз и поклонение вождю

Они как муравьи — видят только мелкие предметы, а большие не различают.