Цитаты из книги Представления

Совершенство. Я ощутила на секунду, что вот оно - совершенство. Я всего несколько раз ощущала совершенство вне сцены. Гораздо чаще я удостаивалась этого в своей профессии. Не могу описать радости, когда я чувствовала близость к абсолюту. Наверно, можно вообразить, что жажда совершенства мучительна, если ты уже испытал его хоть раз.

Нет, я не сентиментален, я вижу все крайне отчетливо: ложь, обман, обезьянничание, как своё собственное, так и других. Но несмотря на это я способен проникнуться внезапной нежностью к человеку, который лжет мне прямо в глаза. Мне хочется обнять этого идиота, взять его на руки, носить его и говорить, чтобы он перестал болтать чушь.

Он говорил, что ему гораздо больше нравится спать со мной, чем дирижировать "Весной священной" Стравинского. Так что ты понимаешь.

Сестре Полли около восьмидесяти лет,она начала впадать в детство, что ее нисколько не портит. Она похожа на смешного ребенка, которого заколдовали или подменили на кого-то другого, взгляд у неё полон достоинства, но несколько рассеянный, а дружелюбная улыбка выражает некое странное извинение за то, что она больше не в состоянии от всего сердца принимать участие в хлопотах и заботах этого мира. Её лучший друг, безусловно, жирный пудель, с которым она охотно беседует.

Вы считаете, что женщина, позволяющая незнакомому мужчине заигрывать с собой на парковой скамейке, уже скомпрометирована. Вы считаете, физическая близость является логическим следствием подобного способа действий? Нет, господин хороший, прошу вас не снимать пиджак, я настоятельно прошу вас застегнуть брюки.

Есть ли профессия в театре? Мы утверждаем, что есть. А на самом деле? Честное слово, я не знаю. Опыт. Да. Понимание. Да. Но профессия?

От этого сценария отказались три очень добросовестных продюсера. У них были разные мотивировки, но в одном они были единодушны: из этого материала сделать фильм невозможно. Будет слишком дорого стоить. Закончится катастрофой. Это самоубийство. Со временем я согласился с их печальными выводами и положил сценарий в архивный отдел - "Неосуществимые видения и мечты". Во так обстояло дело. Стокгольм, 20 декабря 1999 г.

Я - я собственной персоной, - пишущий сейчас эти строки (сейчас десять минут первого ночи, 6 июня 1997 года), всю свою сознательную творческую жизнь был твердо убежден, что способен снять полнометражный фильм, который в основном состоял бы из одного-единственного крупного плана.

Мне думается, что рассказ Марианн о катастрофической репетиции можно очень удачно изобразить. Она же находится там, на втором ярусе, и одновременно здесь, в моем кабинете, крупным планом. И ещё одна причина: изображать кошмар наяву (когда он особенно страшен) - всегда благодарная задача.

Ты сидишь себе за столом, внимательно смотришь на меня (пусть ничего не требуя, по крайней мере ты считаешь, что ничего не требуешь). И ждешь, что всю работу сделает Марианн. Точно как дрянные драматурги всех времен отделывались увертками - мол, стоит только талантливому актеру взяться за эту неточность, бесформенность, серость, и дерьмо превратится в конфетку.