Поделиться:

Дом листьев

ISBN: 978-5-904-577-38-4
Год издания: 2016
Издательство: Гонзо

Джонни Труэнт (Johnny Truant) находит рукопись, написанную слепым стариком Зампано. Рукопись — это книга, которая представляет собой детальнейший и подробнейшим образом комментированный анализ документального фильма «The Navidson Record», снятого лауреатом Пулитцеровской премии, фотокорреспондентом Уиллом Нэвидсоном. Однажды Уилл обнаруживает, что одна из стен его нового дома внутри на четверть дюйма длиннее, чем снаружи…

Только в реальности нет и никогда не существовало ни этого фильма, ни Уилла Нэвидсона.

читать дальше...

Содержание

Дополнительная информация об издании

Мягкая обложка, 784 (xxxiv+750) стр.
Тираж: 1500 экз.
Формат: 70x100/16 (170x240 мм)

Предисловие к русскому изданию Дмитрия Быкова.
Возрастные ограничения: 18+

Книга в подборках

200 книг по версии BBC
Список 200 лучших книг по версии BBC был составлен в 2003 году в результате опроса, в котором приняли участие около 750 тысяч жителей Великобритании.…
AriyaMoro
livelib.ru
Książka roku 2016, или Книга года по-польски
В след за американским Goodreads Choice Adwards 2016 итоги ушедшего 2016 года подвели поляки. Lubimyczytac.pl - польский аналог LiveLibe - в пятницу 10…
Elena_020407
livelib.ru
Подборка по игре Ламповый флэшмоб 2017!
Группа Ламповый флэшмоб
Работают:
НЕ пишите, что вы работаете над подборкой, если на самом деле не работаете! Участники: Omiana , BookSwan ,…
Tayafenix
livelib.ru

Рецензии читателей

1 ноября 2016 г., 16:40
5 /  3.999
Untitled document

Х - Зачеркнуто чем-то, подозрительно напоминающим черный карандаш и деготь.

У живописи есть «Черный квадрат» Малевича.
У литературы - «Дом листьев». Вглядываться в него можно бесконечно. И бесконечно открывать всё новые и новые смыслы. А может это будут уже галлюцинации? Я ничего подобнХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ, готова спорить, что и вы тоже. ХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХ Бездонная пропасть. Черная безДна. Супермаркет страха. Бесконечная тьма, в которой каждого ждет свой неповторимый кошмар, свой монстр ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Было ли мне страшно? Нет. Совсем. Снились ли мне кошмары. Да. Честно.ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХ По какой шкале измеряют шок? Возможно, частотой пульса и дыхания. ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Фантасты любят сравнивать людей с вирусом. Они дОбры и гуманны.ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХ Смешны в своей глупости и мерзки в своей напыщенности. На одного творца приходится тысячи паразитов, копошащихся в его ХХХХХ и творчестве.ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХЯ вспоМнила ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ паранормальное ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ. Я уЖе видела эту лестницу, она была в зоне заражения в АннигиХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ. Что не удивительно. Маяк стал сторожкой и вся эта куча журналов наблюДХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ лишь очередные попытки записать увиденное в чЁрных коридорах лабиринТа разума. Пленка Нэвидсона сезон 2.ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХ ХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Чтобы разрушить реальность вокруг себя человеку не нужна помощь паранормального или сверхъесТественного, достаточно его самого. Его действия могут калечить, сминать, уничтожать, коверкать, исцЕлять и себя, и окружающих его людей. Особенно близких и люБимых. Их в первую очередь. ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХ Литература вне жанра и формата. Разгадка дома в глазах смотрЯщего.ХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Спуск был долгий. По моим подсчетам до выхода было недели три пути. Но после нескольких стремительных спусков лабиринт внезапно закончился. Маршрут занял шесть дней. Начинаю подготовку к Экспедиции №2. Одного погружения не достаточно. ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Какие смыслы откроете вы? У каждого здесь свои открытия, комнаты и тупики. Свои демоны ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Старый слепой Дзампано жил в нем долгие годы.ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Всегда наедине с темнотой и своими мыслями. ХХХХХХХХХХХХХХХ Ад. ХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Попасть туда просто. ХХХХХХХХХХХХХХХХХ Закрой глаза. ХХХХХХХХХХХХХ Стивен Кинг: Символы-шмимболы. Конечно, они важны, но… Ну, вот возьмем кита Ахава. Прекрасный же символ. Некоторые говорят: он означает бога, смысл и цель. Другие считают, что это бесцельность и пустота. Но про этом мы иногда забываем, что кит Ахава в то же время просто кит.ХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХ Дом листьев - это сама тьма с наложенным сверху трафаретом из мелких букв. Она просачивается через них, как волны радиации.ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Но самое главное! Никогда не читайте ХХХХХХХХХХХХХХХХ ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ !

28 августа 2016 г., 21:43
5 /  3.999
"Американцев во всем мире считают сумасшедшими. Они обычно признают, что такое утверждение в основном справедливо,
и как на источник заразы указывают на Калифорнию. Калифорнийцы упорно заявляют, что их плохая репутация ведет начало
исключительно от поведения обитателей округа Лос-Анджелес. А те, если на них наседают, соглашаются с обвинением,
но спешат пояснить: все дело в Голливуде. Мы тут ни при чем. Мы его не строили. Голливуд просто вырос на чистом месте."
Роберт Хайнлайн


Теория заговора в действии: никогда не обратил бы внимания на роман, если бы мне в метро среди грохота вагонов не шепнули, что издаётся некий Данилевский. В сети была информация только про пробный тираж, осевший в Екатеринбурге, и пара-тройка крупнозернистых фоток. Потом роман появился к заказу только лишь в одном интернет-магазине, потом этот заказ отменили, так как закончилась первая партия привезённого тиража. Это уже начало немного нервировать, и целая неделя прошла в судорожном ожидании, когда же он появится снова. Наконец, завладел. Это штучный товар.

Чтобы вообще понять, откуда ноги растут у романа Данилевского, перед чтением "Дома листьев" (2000) надо, наверное, немного подготовиться и прочитать "Дом, который построил Тил" - совсем коротенький рассказ Хайнлайна, в оригинале "...And He Built a Crooked House" (1941); рассказ есть в замечательной озвучке передачи "Модель для сборки", я его даже давным давно по радио слышал. Вообще, "Дом листьев" скорее похож на подробный киносценарий, амбициозный и блокбастерный, с попыткой кинематографического построения текста. Иногда этот кинематографический текст начинает напрямую отражать внутреннее состояние героев, закручивается и переворачивается, невольно заставляя и читателя в уютненьком пледе испытывать нечто схожее - это уже попытка автора вызвать нешуточную эмпатию к героям. Обе попытки, про кино и про эмпатию, удаются. Я сегодня даже, досматривая "Воскрешая мертвецов" Скорсезе (1999), обнаружил пару ну совсем идентичных роману сцен, причём сцены Данилевским не были спёрты, просто он излагает на таком же универсальном киноязыке, он показывает, а не рассказывает.

Томину о 750-ти листах сложно, но чертовский приятно держать в руках. Я читал в метро и самозабвенно вертел туда-сюда, следуя за извивами верстки. Внутри сохранено оформление зарубежного чёрно-белого издания, все коллажи, рисунки и схемы на месте. Отдельно хочется отметить гениальную обложку. На первый взгляд - ничего особенного, ну, лабиринт, ракушка какая-то. Потом по мере чтения начинаешь потихоньку любоваться тем, как свет струится по глянцевым полосочкам схемы лабиринта, будто ища выход. Потом, когда просекаешь, что это на самом деле за ракушка, при каждом взгляде на обложку становится реально не по себе. И так до самого конца.

Быков в предисловии слегка спойлерит финал. Совсем слегка, но некоторую долю финального впечатления и кайфа убивает. Поэтому, в который раз, не читайте предисловия перед любым произведением, особенно перед советскими романами и переводами, особенно от советских редакторов и переводчиков, любителей глубокого анализа, на деле часто оборачивающегося талантливым пересказом сюжета, в попытке убедить всех, что уже они-то главную мыслю просекли и щас всё нам на блюдечке эцсамое как в лучших домах. Потом все предисловия прочитаете, не завянут помидоры. Не читайте примечания параллельно с романом, особенно если те упрятаны в самый конец тома - это же натуральное издевательство. Позвольте тексту свободно бежать по венам. Сконструируйте свою версию текста, отличную от критической, от редакторской, читатель это всегда главное действующее лицо в любой книге. Особенно в "Доме листьев". Но не теряйте нужного и важного, у хитрых авторов оно иногда бывает спрятано. Я вот совершенно неожиданно обнаружил зашифрованную (?) в тексте фразу: "Пожалуйста, пожалуйста, дай мне важность видеть отчётливо в ином свете." И не пропустите самую последнюю страницу, совсем в конце, ту, которая после всех дополнений и указателя. Возможно, вся разгадка спрятана в ней.

"Мне кажется, что спасти себя книга сможет, только став штучным товаром, бросив вызов не только цифровой, но и некоторым образом — гутенберговской эпохе. Каждая книга должна выглядеть так, словно её отпечатали вручную со свинцовых, пальцами набранных матриц на изготовленной вручную бумаге. Её переплёт должен хранить следы кропотливой и неторопливой работы. Книга должна пахнуть так, как пахнет оригинальная, неповторимая вещь. Став такой вещью, книга воздвигнет вокруг себя бастион, непреодолимый для цифрового мира.
<...>
На книгу можно пролить кофе или даже поставить горячий кофейник, можно прожечь её сигаретой. Она молчит, ей не нужно электричества. Она ничего не требует. Хочешь — читай, хочешь — поставь на полку, хочешь — выброси на помойку. Её можно облить слезами, вином, кровью, спермой. И это все останется на ней в память о читателе. В неё можно вложить цветок. Когда я был в Стэнфорде, то там, в библиотеке, читал дневники русских офицеров, покинувших Россию сразу после Гражданской войны. У одного офицера дневник кончался, когда он садился на корабль в Одессе. И на последней странице была веточка акации. А что может iPad? Слезы и кровь стекут с него, ничего не оставив."

Владимир Сорокин, интервью журналу Esquire, август 2016 г.

Картинки из "Дома листьев"

11 января 2017 г., 20:35
4 /  3.999

Безусловно, это книга, которую в силу наличия во многих значимых списках нужно хотя бы попробовать прочитать.
Как нельзя отрицать и то, что её русскоязычный перевод - это событие, всколыхнувшее нехилое число критиков и читателей.
Но так ли уж она "интеллектуальна", как принято о ней говорить? Вот тут я, уж простите, сомневаюсь.

По-моему, Данилевский четко и очень рассудочно создал чисто постмодернистский литературный эксперимент, втиснув в него все изобретенные до него приемы.
Здесь вам и "рассказ в рассказе", возведенный в квадрат, и масса вымышленных сносок, маскирующихся под настоящие (хотя видеть ссылку на пятьсот какую-то страницу журнала Vogue смешновато и выбивает из колеи достоверности). Есть отсылки к реально существующим персоналиям (опять-таки спорные, ибо Кинг не похож на свои интервью, а Тартт и прочие, кажется, сведены к общепринятым клише восприятия их произведений) и эксперименты с бесконечным, совершенно издевательским перечислением имен и стилей архитектуры. Есть игры с размещением текста на странице (привет мышиному хвостику в "Алисе"!) и псевдо-загадки с необходимостью крутить книгу во все стороны и читать первые буквы в отдельных словах...
Всё это не слишком изобретательно (поскольку, повторюсь, использовалось в литературе и до "Дома листьев"), но довольно занимательно.
Печалит другое. Форма в этом произведении явно довлеет над содержанием. И если в типографско-стилистической оболочке автор демонстрирует потрясающее разнообразие, то с демонстрацией глубины мысли дело обстоит гораздо хуже.

Нет, я отлично поняла, что хотел сказать автор своим произведением.
Многослойность? Пожалуйста, сколько угодно. Но вся она так тупо лежит на поверхности и считывается настолько влёт (к середине книги точно), что становится скучно.
Экзистенциальные страхи на фоне фрейдизма? Плавали, знаем.
Всемерное одиночество человека перед лицом смерти? Тут автор не первый и явно не последний (как и предложенные им временные средства избавления от такого рода мыслей).
Ракушки-лестницы? Бросьте, о чем там всерьез размышлять, если автор настолько всё разжевал, рассимволизировал и для верности несколько раз повторил в различных интерпретациях?..

Главная беда романа, на мой взгляд, состоит в том, что в нём практически не осталось места для свободной интерпретации его читателем.
Хоть убейте, не понимаю, как можно рассуждать в отношении этой книги о необходимости серьезной мозговой активности и сложностях осознания. Всё настолько просто и аккуратно препарировано до вас и за вас, что становится грустно от недоработки мысли и чувств (разве что кто-то со страху оцепенеет от сносок и отсылок к поверхностной мифологии). Идея цепляет, но выражена слишком "в лоб", прикрытая лишь яркой оберткой словесно-типографских экзерсисов.
Даже финальный якобы-финт с письмами матери, по сути, ничего не добавляет, а только укрепляет ранее уже осознанное и размазанное.
Заигравшись с приёмами, Данилевский, похоже, не сумел вовремя остановиться. И Быковское предисловие с упоминанием запланированной 27-томной (!) саги, три первых тома которой насчитывают по 900 (!) страниц, этот печальный факт только подтверждает.
Графомания, увы, тоже может быть интеллектуальной. И отсылки к Минотавру, Эшеру и Пинчону еще не превращают её в действительно сильное высказывание. Когда отличная тема начинает задыхаться под тоннами самоповторов и прямых авторских толкований, сила воздействия книги, по-моему, снижается в разы.

Приятного вам шелеста страниц!

18 сентября 2015 г., 12:44
5 /  3.999
What does it mean to you?

Есть некоторая странность в том, что я уже несколько дней пытаюсь составить более-менее годный отзыв на книгу, благодаря которой мне вообще впервые за долгое время хочется что-то написать. Впрочем, странным явлениям в контексте именно этой книги удивляться не приходится, хотя, скорее всего, она тут вообще ни при чём. Наверное, я просто разучился писать, может, никогда и не умел толком, а может быть и такое, что это ровным счетом ничего не значит. Не все вещи поддаются объяснению, а некоторые вообще в нём не нуждаются.

В принципе, на этом можно было бы отзыв и завершить, так как любые дальнейшие рассуждения вступят в неразрешимый конфликт с предыдущим предложением. Опять же - в том, что касается именно этой книги. У вас могут возникнуть оправданные подозрения, что я создаю дешевую интригу. Это не так. Хотя таинственности книге действительно не занимать. Как минимум, это можно утверждать со всей определенностью, что бы это ни значило.

Взять хотя бы название. "House of Leaves" - это "Дом листьев" или "Дом уходов (расставаний)"? А может быть, "Дом страниц"? Есть еще вариант, и он мне весьма по душе, что название вообще не имеет смыслового наполнения. Либо имеет его столько, что можно выбрать любое значение, и оно будет верным. Также можно держать в уме все значения сразу, а можно вообще всё это дело игнорировать. Кстати говоря, я совершенно не представляю, как можно эту книгу перевести на русский. Впрочем, прежде чем дело дойдёт до перевода, необходимо будет убедить наших издателей, что такую литературу необходимо печатать и продавать. А это мне представляться куда более невыполнимой задачей, чем ее перевод.

Самое сложное однако - это попытаться описать House of Leaves в нескольких словах. Это решительно невозможно. Могу лишь перечислить определенное количество распознанных смысловых слоев в надежде, что добрая их половина не ускользнула от внимания. Итак, House of Leaves это:

1) Сложный роман с многоуровневым сюжетом.
Сконструированный по принципу матрёшки. Есть некий Джонни Труант - классический "ненадежный рассказчик", - в руки которого попадает незаконченный исследовательский текст некоего Дзампано, скончавшегося ранее при странных обстоятельствах. Рукопись посвящена "Плёнке Нэвидсона" - любительскому документальному фильму о еще более странных событиях, которые Уиллу Нэвидсону (фотографу, явно списанному с Кевина Картера), его семье, друзьям и другим персонажам довелось пережить после переезда в новый дом. Текст Дзампано, помимо детального пересказа самих событий фильма, изобилует отсылкам к сотням других научных трудов, статей и мнений авторов, как реально существующих, так и вымышленных, содержит многочисленные интерпретации, объяснения, сноски. Всё это Труант дополняет пространными описаниями собственных похождений, историй то ли выдуманных, то ли нет, усиливающихся галлюцинаций и прочего бреда. В общем, делается всё, чтобы максимально загрузить читателя. Требуется постоянная концентрация внимания. Лёгкого чтения не получится.
2) Изощренная литературная мистификация.
Верите или нет, но на середине повествования я на полном серьёзе начал искать "Плёнку Нэвидсона" в Интернете. Нашёл, права, только всякие поделки фанатов произведения. Но ощущение реальности происходящего книга создает полноценное, и этому способствует всё: и филигранная стилизация текста Дзампано под научное исследование, и апелляция к реально существующим трудам, и даже включение в общую канву якобы имевших место интервью с весьма известными персонами, такими как Гарольд Блум, Стивен Кинг, Стэнли Кубрик и многими другими. Уж не знаю, как они отреагировали на это, если, конечно, они вообще в курсе. В любом случае, приходится периодически напоминать себе, что вся эта история - плод писательского воображения.
3) Постмодернистский эксперимент и игра с формой и содержанием.
Автор словно задался целью продемонстрировать, что бумажная книга еще повоюет, прежде чем окончательно уступит место электронному формату. Я пробовал читать файл EPUB - полная неудача. Единственная альтернатива книге - скан PDF c экрана компьютера. Причина в оформление: тексты рассказчиков напечатаны разными шрифтами, сами строки порой организованы так, чтобы дополнять и усиливать эффект от описываемых событий - они разрываются, переворачиваются, закручиваются, забиваются в угол и т.п. И это - важнейшее свойство произведения, без которого оно было бы совсем другим, потому в итоге поневоле приходишь к мысли, что форма несет в себе отдельный смысл, которые дает возможность переосмыслить содержание.
4) Мистический роман в жанре ужасов.
Черт возьми, это жуткая (uncanny, unheimlich - кто читал, поймёт) книга. По степени воздействия сравнима с Лавкрафтом. Этот проклятый дом... Он меняет размеры, поглощает и "выплёвывает" вещи, в нём ниоткуда возникают новые помещения, появляется проход в невообразимо огромный, безмерный по сути лабиринт, состоящий из бесчисленных комнат и коридоров, где царят вечная мгла и холод, отсутствуют признаки какой-либо человеческой деятельности - только однообразные черные с отливом стены без окон, покой и безмолвие, лишь изредка нарушаемые зловещим то ли рычанием, то ли гулом... А еще лабиринт меняется, удлиняется, расширяется... И в нём обитает Нечто Ужасное. В общем, людям с клаустрофобией, боязнью темноты и просто впечатлительным натурам: вы предупреждены.
5) Психологический и символистский роман.
Психология отношений между Нэвидсоном и его сожительницей партнером Карен. Между ним же и его братом Томом. Подробные разборы психологических портретов и мотивов поступков на основе мифологических, библейских и прочих примеров. Аргументированные толкования того, что именно представляет собой дом, что именно он символизирует: бездны подсознания, или некую психический аспект реальности, или что-то еще. Или вообще ничего не символизирует, а попытки дать объяснение всего лишь показывают пределы наших возможностей познания, наше бессилие перед лицом того, что не поддается логическому осмыслению. Отсюда =>
6) Критика рационального подхода и академических методов исследования реальности.
Все исследования, предпринятые Нэвидсоном, весь объем научных трудов, якобы посвященных "Плёнке Нэвидсона" и сведенных воедино Дзампано, весь арсенал средств научного анализа, явно призваны продемонстрировать бесполезность рациональных методов там, где царить иррациональное. От этого тоже становится немного не по себе: такая масштабная работа проделана, столько вложено времени, усилий и денег, - и ни одного однозначного ответа в итоге. Что есть этот дом? Откуда он взялся в Вирджинии? Каким образом построен и каким целям служит? Почему он ведет себя таким непостижимым образом? Как это связано с характером того, кто в него попадает? Нет ответов. Вернее, они есть, и фокус в том, что каждый читатель может додуматьтот вариант, который ему больше по душе. И, что самое интересно, он, вероятно, будет правильным. Если, конечно, вопрос о правильности будет по-прежнему стоять перед этим читателем.
7) Просто книга, в конце концов.
В книге Стивен Кинг заметил (неизвестно, выражал ли он когда-нибудь эту мысль в реальности), что кит капитана Ахава, если отвлечься от всех возможных и порой диаметрально противоположных толкований его образа, также является просто китом. Аналогично, House of Leaves - не более, чем книга. Качественно сработанное произведение современного искусства, которое совсем не обязано являть собой нечто большее. Возможно, гораздо важнее понять именно эту мысль, чем всё, что я понаписал выше. Возможно, это самое важное. Just take it for it is. Принимайте, как есть.

Но с этим, наверное, мало кто готов будет смириться. Поэтому основной вопрос вынесен в заголовок и звучит: что это означает для тебя?

P.S. За наводку на эту книгу я должен поблагодарить BlueFish , которая написала куда более осмысленную и гармоничную рецензию, чем это удалось мне. Спасибо!

2 марта 2017 г., 20:09
1 /  3.999

Я читала "Дом Листьев" ровно месяц. Для меня это нонсенс. Сказать хочется много, но в то же время собрать все мысли воедино за такой длинный период проблематично.

Начну, пожалуй, с ожиданий. Главная моя надежда изначально была на нестандартно расположенный текст — текст-игру. Что смущало? Цена в 700р. Но я начиталась/насмотрелась отзывов, нашла единомышленников и решилась.

Получив книгу, я в первую очередь ознакомилась с изданием, полистала, прочла по диагонали пару страниц - кроме оформления ничего примечательного, да и мягкая обложка не добавила ей плюсов.

Книга состоит из нескольких сюжетных линий, которые пересекаются, перетекают из одной в другую. Для меня самой интересной оказалась линия приключений в доме. История Джонни Т. оказалась бредовой, а линия Дзампано показалась странно нераскрытой.

И в аннотации и в отзывах есть намеки на ужасы. Я до крайности пуглива, но в этой книге меня не напугало ни-че-го.

Книга представляет собой псевдо-исследования отснятых материалов в коридоре-бездне. Просто огромное количество "исследований". Все это занимает до 80% объема издания. Занудно. Скучно. Огромное количество фальшивых ссылок, выдуманных специалистов.

История слепого старика Дзампано оказалась для меня самой незначительной, хотя именно он собрал и обработал все материалы.

А третья линия Джонни Т. самая запутанная, рваная, аморальная, странная, безумная. Настоящий лабиринт.

Подводя итоги, хочется сказать, что эту книгу мне читать было сложно, мне приходилось заставлять себя. Прочитать книгу от корки до корки крайне тяжело, эта книга - та самая винтовая лестница из фильмов Нэвидсона. Нужно искать свой путь в этом лабиринте. Искать выход. Нестандартная верстка, на мой взгляд, оправдана лишь в 10-15%. Я искала форумы, сообщества. Многие видят загадки-головоломки на страницах книги, но есть ли они там в таком количестве? Может от скуки мы выдаем желаемое за действительное? Ни таких денег, ни затраченного времени для меня сия история не стоит.

13 ноября 2016 г., 11:33

Наверное, мне никогда ещё не было так трудно при написании отзыва. Дело в том, что я могу понять книгу лишь со своего (не сказать, чтобы великого) интеллектуального уровня, из-за которого, я, скорее всего, не смогла оценить добрую половину приёмов и информации, так как просто в этом не разбираюсь.
Эта книга - ссылка на ссылку на ссылку... К ней нужно приступать полностью осознанно и обладая неким запасом времени и даже усидчивости и внутренней дисциплины. Она требует постоянной работы над ней.
Мне не понравилась первая сотня страниц, честно. Если бы не дополнительная мотивация, я бы могла бросить книгу, не задумываясь. Начало было унылое, претенциозное, с научными формулами, как будто читаешь учебник, который тебе даже неинтересен и не нужен.
Но дальше... Дальше я втянулась и начала воспринимать текст, а если было сложно понять, просто пропускала информацию через себя, не зацикливаясь на ней.
Отчаянно хотелось гуглить, так как помимо вымышленных книг и статей, было много реального, но незнакомого. Но я не хотела прерывать чтение, лишь делала фото заинтересовавших моментов, чтобы потом изучить подробнее.
Форма. О форме можно говорить бесконечно. Считаю, что это самое крутое, что здесь есть. Не знала, что когда автор вынуждает вертеть книгу вправо-влево-вверх ногами, воспринимать разные шрифты и пролистывать по 20 страниц за минуту (ибо там по паре фраз), это может так интересно воздействовать на сознание. Книга может "зазомбировать", а также ускорить или замедлить время.
К сожалению для меня, здесь очень мало художественного. Скорее, это документалка со значительным количеством научного.
У нас две основные ветки повествования.
В первой Джонни Труэнт разбирает записи недавно умершего старика Дзампано, который проводил что-то вроде научного исследования документального любительского фильма "Плёнка Нэвидсона". Джонни тот ещё персонаж. Работает ассистентом в тату-салоне, *хается направо и налево, принимает запрещённые вещества и медленно сходит с ума. Его история мне совсем не понравилась. Лично для меня слишком много секса и сумбура.
Вторая ветка - как раз сюжет "Плёнки Нэвидсона" и это самое интересное, что есть в книге. Семья известного фотографа переезжает в новый дом с целью остепениться, осесть, проводить время с детьми и друг с другом. Однажды в доме появляется некий лишний коридорчик, которого нет в плане дома. Интересно? Безусловно. Тем более, что вскоре коридор начинает расширяться и трансформироваться. И теперь это уже целый лабиринт, в котором царит оглушающая Тьма, Бездна смотрит на тебя, а в ней скрывается Нечто. Нэвидсон с помощью команды друзей решает, что таинственное место нужно исследовать...
И вот эта вторая часть, конечно, крута. Страшно ли? Совсем нет. Скорее любопытно и оставляет много пищи для размышлений.

Вердикт: сложночитабельно, местами безумно интересно, некоторыми мыслями и ощущениями хочется делиться со всеми подряд, непонятно, оценке не подвержено.
Читайте, если готовы. А я предупредила.

7 октября 2016 г., 11:59
5 /  3.999
Невыразимый ужас бессознательного

Берясь за последнюю сотню страниц поздно вечером, я уже примерно представляла себе, что напишу в этом отзыве, так как делала заметки, сохраняла цитаты, пыталась сформулировать, чем же эта книга хороша, на протяжении всего чтения. Но последняя сотня страниц (если не брать во внимание приложения) кардинально поменяла моё мнение и впечатление от романа.

Я хотела написать о том, что этот роман — чисто интеллектуальное удовольствие. Им наслаждаешься, когда разбираешь все эти многочисленные слои, намотанные друг на друга, когда вглядываешься в сноски и примечания к сноскам, переводы с самых разных языков, комментарии издателя, переводчиков и Труэнта (они все ещё и шрифтами разными напечатаны). Обещанного экзистенциального ужаса я не почувствовала, наверное, потому что мне чужд страх сойти с ума, вернее, понятен на интеллектуальном уровне, но на эмоциональном я никогда не испытывала того липкого ужаса, когда тебе кажется, что больше нельзя доверять своему восприятию мира. Но ведь мысль книги в том, что доверять своему восприятию мира нельзя, даже если твоё психическое здоровье не подлежит сомнению.

Эту книгу невозможно пересказать, но основная сюжетная канва довольно-таки проста, чтобы её было можно сформулировать. Итак, у нас есть известных фотограф Нэвидсон, его жена и двое детей. Этот фотограф, переехав в новый дом обнаруживает странное: в нём есть коридор, которого там не должно быть. Он снимает целый фильм, который разошёлся по миру под названием "Плёнка Нэвидсона". Фильма мы, естественно, не видим, но зато читаем заметки слепого старика Дзампано, который посвятил много лет исследованию этой плёнки и написанию целого труда о ней. Однако это ещё не последний слой. Последний слой — это заметки Джонни Труэнта, который после смерти Дзампано забирает чемодан с его заметками и начинает их систематизировать, дополняя ещё и своей личной историей. Вот такая вот завязка.

А дальше начинаются погружения в глубины дома и заодно — в глубины подсознания всех персонажей книги. Несколько короткометражек, названные "Экспедициями" об исследованиях дома, того, что он скрывает. Эти экспедиции занимают часы, дни, а иногда и недели. Дзампано очень аккуратно описывает происходящее на плёнке, прибегая к разным научным источникам (половина из них — вымысел), поэтому большая часть романа читается как научное исследование, продираться через неё порой сложно и нудновато. В какие-то моменты я даже откладывала книгу в сторону, потому что было скучно читать дальше. Но последние сотня-полторы страниц — несомненно стоят затраченных усилий. Вообще, весь роман в процессе деконструирует сам себя, и тебе кажется, что ты видишь, как текст перестраивается перед твоими глазами, изменяется, расширяется, схлопывается. Это очень головокружительное чувство. И тревожное тоже. Дом — как метафора тех мрачных глубин, которые есть в каждом человеке, но которые прикрыты слоями культуры, приличий, самоконтроля. Но что будет, если попытаться добраться до центра?

Попытки уцепиться за расползающуюся реальность с помощью науки, источников, рассуждений, всех тех конструкций, которые мы, люди, силой мысли понастроили на первобытном ужасе перед темнотой и смертью.

Дом — одновременно и метафора семейной жизни Нэвидсона, которая расползается по швам, и метафора жизни Труэнта, который прожигает её бессмысленно и беспощадно, а дом, то есть, текст, поглощает их целиком, без остатка. Довольно-таки тревожно, если задуматься об этом.

Интересно, утренняя хрипотца в моем голосе - просто со сна или от тщетных попыток произнести мой ужас по имени?©


Вот о чём я хотела написать. Но последняя сотня страниц выбила почву у меня из-под ног и заставила аплодировать автору. Роман, как правильный постмодернистский текст, замыкается сам на себя, и ты словно оказываешься в зеркальном лабиринте, пытаясь понять, что из этих отражений — ты, а что — просто иллюзии. Текст замыкается в знак бесконечности, и уже невозможно сказать, что было сначала — записки Дзампано, заметки Труэнта или история Нэвидсона.

Расскажу лишь ещё об одной штуке, которая мне показалась очень изящной и одновременно пугающей. Образ Нэвидсона основан на личности реального фотографа Кевина Картера, получившего Пулитцеровскую премию за свой снимок голодающей суданской девочки и стервятника (по ссылке ходите осторожно, не для слабонервных). Фотограф покончил с собой через три месяца после получения премии за этот снимок.

Больше я и говорить не буду ни о чём, иначе потеряется половина удовольствия от прочтения. Скажу только, что эта книга — как если бы "Улисса" написал Лавкрафт (или Кинг).

Однозначно читать и перечитывать, потому что лично мне было слишком лениво пытаться дёргать за все ниточки, которые понамешаны в этом романе. А их там невообразимое

17 ноября 2016 г., 20:23
3 /  3.999

Выхода переводного издания "Дома Листьев" я ждал с нарастающим нетерпением. После всех этих восторженных отзывов в моем воображении так и гуляли фразы "культовый роман", "новая классика", "настоящий ужас", и, конечно, "это не для тебя". Признаться, открывая эту увесистую книжищу я уже был готов освобождать прилегающую территорию под кирпичный завод, тем более и предисловие настраивает на нужный лад, отдадим ему должное. Однако...

Тут стоит сделать паузу для пояснений. Я ни в коем случае не собираюсь ругать "Дом Листьев". Я прекрасно понимаю, сколько труда было вложено в этот текст. И каким, должно быть, глотком свежего воздуха кажется он искушенным читателям, которые на своем веку уже испытали все, что только можно. Правда. И какое удовольствие им доставлют попытки решить все его многочисленные загадки. Так что все нижесказанное ни в коем случае не умаляет всех достоинств, которые уже были найдены в закоулках этого романа.

Однако "Дом Листьев" не то что меня не напугал - он меня даже не увлек так, как обещал. В первую очередь мне, как читателю, интереснее всего следить за сюжетом. Сюжет же наше все, верно? Он двигает персонажами, меняет характеры и вообще важен. Здесь сюжет (о Дзампано/наткнувшемся на его труд Джонни/и о герое этого труда Нэвидсоне) погребен под гигантским количеством сносок с псевдо-источниками и объемными главами, где Дзампано научно (читать - скучно) пытается разложить "пленку Нэвидсона" по косточкам, либо спорит с/приводит выражения псевдоученых или просто заинтересованных лиц. Честно, я не потрудился узнать, какие из них реальны, а какие нет. Не возникло желания.

А вот желание узнать, чем же закончится последняя экспедиция знаменитого фотографа, вымышленного (да, "Делила" остается нам на откуп) Пулитцеровского лаурета Уилла Нэвидсона в недра своего странного, непонятного, не принимающего законы физики Дома у меня было. Но угасло, пока я продирался через "научные" главы и горячечный бред Джонни Труэнта, которого, судя по всему, и свело с ума желание закончить труд Дзампано. Хотя у меня была мысль, что это сама тьма из Дома коснулась его, выследила через эти листки - но это только догадка.

Также непонятной осталась связь с основным линиями романа часть с письмами матери Джонни - тут дальше продолжать не буду, чтобы избежать спойлера. Еще в приложениях можно найти стихи, которые он писал во время своего путешествия по Европе. И другие стихи. И коллажи. И не всегда точный алфавитный указатель. И после него еще один намек.

Я понимаю, что мы избалованы, что большинство писателей не оставляют нам свободы для воображения, что все подается уже разжеванным... Но в "Доме Листьев" до всего нужно доходить самому, да и он сам - то ли изощренная метафора семейной жизни, то ли просто хроника безумия одной/нескольких личностей. Чтобы во всем этом разобраться, нужно изрядное количество времени, смекалки и, главное, желания.

И вот тут каждый себе отвечает на вопрос - а стоит ли вообще опус Данилевского стольких усилий? Не будем кривить душой, у всех нас есть очередь, где книги толпятся и орут "Прочитай меня скорей!".

Я прочитал "Дом Листьев" от корки до корки, и уверен, что у него, как и у Спиральной Лестницы, еще есть запас глубины. Уилл Нэвидсон вернулся в Дом, чтобы еще раз бросить вызов его тайнам, попытаться, хотя бы отчасти, понять его природу. Вернулся без гарантий на успех. Наверное, кто-то из нас поступит так же. А другие просто откроют следующую хорошую книгу.

13 января 2017 г., 15:55
4 /  3.999
Дом любви
нет ничего столь черного... как преисподняя человеческого разума

НадеюсьлюбовьпокапобеждаетсмертьиликакминимумСтрах

Столько мыслей после прочтения этой книги, и невозможно одной рецензией выразить все мои впечатления. О, как бы я хотел поставить оценку в три звезды, сказать, что монументальный труд Данлевского оставил меня равнодушным, но сделать этого я не могу. Как и поставить 5 звезд, ведь это означало бы, что "Дом листьев" вызвал во мне настоящее восхищение, чего так и не случилось.

Вообще, при написании отзывов на подобную литературу очень велик соблазн удариться в стилистические причуды и подражания стилю автора. Но я постараюсь написать по возможности простую и как можно более честную рецензию, где попытаюсь таки собрать воедино все мысли, роящиеся у меня в голове. Лично я условно разделил "Дом листьев" на несколько смысловых уровней в соответствии с основными действующими лицами:

I. Нэвидсон
Гениальный фотограф, лауреат Пулитцеровской премии и явно неоднозначная фигура в современном искусстве. "Пленка Нэвидсона" - это детальное исследование лабиринтов человеческого подсознания, с темнотой которого не сравнится ни один коридор. Нэвидсон, его семья и друзья не вызывают во мне ни сочувствия, ни симпатии. Все они люди, запутавшиеся в своей жизни, но при этом не предпринимающие попыток найти выход. И дом становится для них настоящим испытанием, обнажая все их секреты и темные стороны. Нэвидсон проделал колоссальный труд при съемке своей "Пленки", но ему пришлось дорого заплатить за это. И даже если кажется, что семейное равновесие в семье Нэвидсона и Карен было восстановлено, они уже никогда не станут прежними.

Конечно, можно рассматривать дом, фигурирующий в фильме, как место, где поселилось чудовище, готовое сожрать любого вторженца. Но в таком случае мы ограничиваемся самым простым восприятием всего происходящего. В действительности же дом - это то, с чем приходится сталкиваться каждому человеку, разве что в данном случае оно приобрело вполне ощутимый физический облик. Наш разум может искалечить гораздо сильнее, чем любой монстр, притаившийся за углом. Лично я считаю, что дом не является чем-то враждебным по умолчанию, он беспристрастен и лишь выносит Нэвидсону и его команде тот приговор, который заслуживает каждый из них. И поэтому дом беспощаден ко всем, кроме Карен - она единственная ступает в черную бездну не ради своих интересов, но из бескорыстной любви к мужу. И перед этим чувством бессильны пропитанные тьмой коридоры, дом растворяется и принимает поражение.

II. Дзампано

Слепой старик, написавший монументальный псевдо-документальный трактат о фильме, которого не было, о человеке, которого не существует. Несмотря на физическую слепоту, Дзампано мог видеть внутренний мир людей и поэтому разбирался в них лучше, чем кто-либо другой. С невероятной скрупулезностью он проанализировал в своей книге каждый закоулок человеческой души. Но каково же было ему самому, одинокому старику в крохотной квартире? Кто помогал ему бороться с его внутренними монстрами? И значит ли это, что через свой труд Дзампано искал ответы на все эти вопросы?

III. Джонни Труэнт

Несчастный мальчик, лишенный материнской заботы и слишком рано столкнувшийся с жестокостью мира. Джонни Труэнт всю жизнь спасался от монстров, преследовавших его с детства, от безумия, жуткой тенью нависавшего над ним. Почему-то именно этот персонаж вызвал у меня больше всего сочувствия, ведь, в отличие от остальных, он не виноват в своих бедах. Не в силах найти ответы на вопросы Дзампано и свои собственные, Джонни все глубже погружается в пучину отчаяния, пытаясь заглушить душевную боль наркотиками и сексом.

***
И подобно сюжетным уровням, смысл всей книги тоже можно рассматривать на разных уровнях. Это может быть и ужастик о жутком доме, и псевдо-нонфикшн с огромным количеством сносок, отсылок и аллюзий. Либо же это может быть подробное исследование глубин человеческой души, тех демонов, которые терзают каждого из нас. Но лично для меня эта книга - прежде всего ода любви, и этим чувством пронизаны все сюжетные линии, хотя поначалу это не кажется очевидным. Это и своеобразная любовь Карен к Нэвидсону, и любовь Дзампано к своей книге, и конечно же, всепоглощающая любовь матери Джонни к сыну.

Именно эта бесконечно несчастная женщина с забавным именем (которое мы узнаем лишь на последней странице) стала моим любимым персонажем всего "Дома листьев". Признаюсь честно, давно я не читал ничего настолько проникновенного, как ее письма к любимому сыну, и здесь я делаю Данилевскому низкий поклон и признаю его безусловное мастерство как писателя. Самое ужасное, что может случиться с любой матерью, это быть отлученной от своего дитя, особенно когда виной всему ее душевное расстройство. Сколько боли, сколько страданий и при этом сколько бесконечно искренней любви эта женщина изливает на страницы своих писем.

Оправдал ли "Дом листьев" мои ожидания? Нет, ибо я ожидал чего-то совем другого, судя по пугающим аннотациям на обложке. Стоит ли читать "Дом листьев"? И снова нет, если вы не готовы к безумным трюкам со стилем повествования или если вам не нравится читать документалистику. Вся эта история оказалась для меня слишком изнурительной, долгой и неоправданно тяжелой. Книга явно не стоит всех тех усилий, которые приходится прилагать при чтении, чтобы вникнуть в суть происходящего. И если бы не история Труэнта, то я бы вообще бросил этот кирпич на середине, потому что порой я откровенно скучал. Но есть в "Доме листьев" несколько аспектов, из-за которых я просто не могу поставить книге плохую оценку.

КОНЕЦ

14 апреля 2014 г., 01:29
5 /  3.999

Пользуясь возможностью написать вторую рецензию, публикую древний текст, которому когда-то не хватило тут места.

Идея о том, что в человеке скрываются бездны, бесконечные черные каверны и коридоры, близка, думаю, всем, кто хоть раз об этом задумывался. Главное достоинство "Дома листьев" — он не рассказывает, а показывает: порождает чувство первобытного ужаса перед глубинами бессознательного, оперируя метафорой дома как душевного мира — метафорой емкой, всеобъемлющей, позволяющей изрядно развить идею внутренней бездны, лишив ее абстракции, придав ей плоти и наградив усидчивого читателя редким по нашим искушенным временам глубинным чувством ужаса — или чувством ужаса перед глубиной.

Главные герои "Пленки Нэвидсона", Нэвидсон и его жена Карен, вселяются в дом, прожив друг с другом уже 11 лет. Они неплохо, казалось бы, знают друг друга: во всяком случае, не ожидают никаких подвохов ни от своей "половинки", ни тем более от нового семейного гнезда. Их отношения нельзя назвать идиллическими (скажем, Карен вынуждает Нэвидсона зарегистрировать брак, устав от его постоянных профессиональных отлучек), однако вполне приемлемы и привычны для них, как то бывает во многих браках; тем не менее, после регистрации союза что-то в доме меняется. Сперва появляется комнатка, которой прежде никогда не было, затем выясняется, что изнутри дом меньше, чем снаружи, на полсантиметра, — этот факт едва не сводит с ума рационалиста Нэвидсона, однако измерения даже самыми высокоточными приборами дают неутешительный результат.

Здесь отмечу, что хотя страх иррационального, таинственного, неконтролируемого, обладающего непознаваемой для человека целью является, конечно, общечеловеческим, он, как мне кажется, все же более характерен для жителей обществ, твердо укоренившихся в своей практичности и рационализме. Перед нами чистый ужас западного ума: обнаружить, что рациональные обоснования для происходящего вокруг больше не годятся, что вокруг расстилаются невесть откуда взявшиеся холодные черные пространства, из глубины которых, вдобавок ко всему, слышится рычание...

Далее в книге последовательно рассматриваются различные стратегии победы над иррациональным ужасом: логика (измерения), сила (в растущий темный провал отправляются бригады лучших альпинистов — единственно для того, чтоб сделать вывод, что пространства потенциально бесконечны и имеют свойство растягиваться и сжиматься, а также, предположительно, продуцировать в реальность содержимое человеческого сознания: одного из героев, по всей видимости, разрывает чудовище, которое он ожидал увидеть внутри), бегство, на которое постоянно, стоит только Нэвидсону заикнуться о тайнах дома, уповает Карен. Чем больше времени Нэвидсон посвящает живым коридорам, сменившим первоначальную маленькую загадочную комнатку, тем больше отдаляется от него жена, начиная любовную интригу с одним из его знакомых. Взаимосвязь между отношениями двух людей — бесконечных черных глубин, в силу воспитания и ряда других причин изначально представляющих друг друга до утешительной степени плоскими и познаваемыми объектами — и изменчивыми формами дома очень тесная и естественная: текст живет, дышит, органически впитывая любопытные философские и мифологические рассуждения автора, чисто постмодернистскую смену действующих лиц и планов повествования (безымянный рассказчик о рассказчике-Дзампано и его ужасной смерти, текст Дзампано о "Пленке Нэвидсона", интервью с героями "Пленки Нэвидсона" etc), куски отчаянного потока сознания, выверты с формой подачи текста — прямо, криво, спиралькой, вверх ногами — но это как раз тот случай, когда игра с формой дополняет глубину содержания, а не заменяет ее собой. Я, впрочем, читала текст вне издательской верстки, чему изрядно порадовалась — в конце концов, Данилевски может сказать читателям кое-что и помимо того, что они давно не упражнялись в акробатике.

Рассуждения автора опираются в равной степени на выдуманные им и реально существующие научные труды — и те и другие он цитирует с завидной легкостью; среди прочих, весьма интересной мыслью показалась мне эта: животные не способны попадать в коридоры дома и, стоит им зайти туда, как они "волшебным образом" оказываются на улице, поскольку внутри них нет бездн, они живут исключительно инстинктами.

Я могу очень долго говорить о романе, но, пожалуй, на этом закруглюсь; добавлю лишь, что полностью согласна с предисловием Дмитрия Быкова: у расположенного к тому человека книга меняет восприятие мира. Она воочию показывает то, что пытались утверждать глубинные психологи XX века: вопрос "реальное или воображаемое", при всей внешней скандальности, по сути не важен (в книге не раз упоминается о "побочном" вопросе того, реальна ли "Пленка Нэвидсона" или она является порождением сознания описавшего ее Дзампано): если сознание способно на производство каких бы то ни было картин, они обладают психической реальностью, а поскольку мир воспринимается человеком исключительно в виде психической реальности, мы имеем то, что имеем: стоит пробить тонкую пленку аристотелевой логики, условного "психического здоровья" и рационального восприятия, как человек теряет всяческие ориентиры и остается в черной пустоте, бессильный победить ее привычными методами, бессильный вообще победить ее, как-то справиться с ней. (Отличный прием, к слову, — бомбардирование ума читателя несколькими сотнями имен ученых, якобы писавших философские и психологические исследования "Пленки Нэвидсона". Стремление западного человека защититься рациональным, найти научные объяснения, выраженное в такой форме, предстает во всей своей постмодернистской красе — обилие пустого однообразного содержания, меняющего сознание уже благодаря объему собственной бессмысленности; в конце концов, еще Бродский в "Катастрофах в воздухе" предполагал, что литература нового времени лежит за гранью абсурда, одним из вариантов которого является доскональное перечисление элементов действительности.)

В конце концов, Дзампано, выдумщик или документалист, был убит чем-то загадочным, оторвавшем огромными когтями с пола доски вокруг его тела, хоть и воспринималась желающими его смерть как классический сердечный приступ. Я же остаюсь при своем мнении о том, что одна из самых перспективных идей серьезной литературы (молчу о современных технологиях) — проекция душевного содержания человека на описанный условно внешний мир. Чего можно добиться умелым использованием такого приема, одному богу известно; однако же факт остается фактом: за невнимание к безднам в себе и в других, за предпочтение кастрированного, удобного восприятия действительности человек расплачивается, в лучшем случае, скучной и мелкой жизнью, не способной удовлетворить настоящие желания, если они еще способны пробиться в сознание, — а все потому, что если нет в жизни бездны, то нет в ней и высоты.

все 42 рецензии

Рецензии критиков

«Дом листьев» оставляет возможность для разных вариантов прочтения, в том числе взаимоисключающих, — но в этом он не уникален. Отличие романа Данилевского от…
Василий Владимирский
Мир фантастики
Набоковские вышивки по толстовской канве
Роман, если в двадцати семи словах, является комментарием к наукообразно оформленной работе, которая в свою очередь комментирует некую «Пленку Нэвидсона» —…
Андрей Мягков
Год Литературы
Геометрия пустоты
«Дом листьев» — культовый роман, теперь доступный на русском языке. Огромная литературная работа, жемчужина современного постмодернизма, изощренный хоррор, в…
Алексей Искров
DARKER

Читайте также

• Топ 100 – главный рейтинг книг
• Самые популярные книги
• Книжные новинки
180 день
вызова
Я прочитаюкниг Принять вызов