Цитаты из книги Losing It

В конце концов, общение — это ключ ко всему. — Общение, вот как? — Оно могло бы решить многие их проблемы.

Театр может быть только раз в жизни… всегда.

Это хороший бар. Что ещё важнее, это бар, который нравится парням. А так как нам нравятсяпарни, то этот бар нам тоже нравится.

Мы так много времени тратим на то, чтобы защищать свой выбор, что становится трудно проявлять хоть какую-то слабость. Столько раз приходится выслушивать просьбы других отступить, когда что-то не получается, что ты начинаешь думать, что, возможно, отступление и должно быть твоим планом.

Иногда оказывалось очень полезно говорить то, что первым приходило на ум. Иногда "просто и честно" срабатывало лучше всего.

Не выйдет из меня Нэнси Дрю, по сценарию я больше похожа на Шегги и СкубиДу.

Мы всегда хотим того, чего не имеем. Такова человеческая натура.

— Позволь мне уточнить... у тебя не было кошки? Ты достала ее лишь для того, чтобы не пришлось мне говорить, что ты девственница? Я сжала губы, чтобы они не дрожали, и кивнула. Выражение его лица граничило между потрясением и весельем. Он был изумлен. Самое точное слово. Его чувство юмора каталось по полу от смеха, а разум застыл от потрясения.

Позже я буду беспокоиться о том, когда он смог стать в этом настолько хорош, а сейчас была слишком занята тем, что пожинала плоды.

— Я тоже тебя люблю, — ответила я. И тут до меня дошло, что он произнес не совсем эти три слова. Он сказал, что влюбился в меня. И, по-моему, там было еще слово «кажется». Вот черт.

— Значит, скоро мне нужно будет позвонить тебе. — Позвонить мне? — Чтобы сказать, что ты тоже можешь заболеть. Он наклонил голову в сторону. Почему он не понимал? — Не думаешь, что я уже знаю? — Не ты. Ты не настоящий. — Я не настоящий? — Настоящий Гаррик не был бы здесь.

Должно быть, в прошлой жизни я разбила все зеркала в мире.

Думаю, до этого момента я все еще надеялась, хотя и пыталась отговорить себя. Надежда... это такая хрень.

Я улыбками выстроила вокруг себя стены и смехом закрылась ото всех

Легкость прошлой ночи испарилась к утру пятницы. По сути Кейд не злился, но он никак и не проявлял себя. В фойе он со мной не разговаривал и не сидел рядом в классе. Когда я присоединялась к беседе, он заканчивал её. Я была вредной привычкой, и он, казалось, переживал ломку.

— Иногда самые жуткие вещи в мире оказываются самыми достойными, — сказала я ему, вспомнив когда-то слова, прочитанные в печенье с предсказаниями. Звучало мудро, не так ли?

— Гаррик, это безумие. — Я люблю безумства.

Может, я наоборот помогаю себе тем, что теперь разрываю все отношения. Конечно, уже сейчас это ужасно в миллиарды раз, но позже будет гораздо хуже.