В настоящее время, наверное, самая распространенная модель и научная метафора мозга – компьютер.
Евгений Торчинов «Пути философии Востока и Запада: познание запредельного»
С некоторых пор в связи с занятиями медитацией я стала интересоваться нейрофизиологией и нейропсихологией. Буддийские монахи обычно говорят: не стремитесь понять свою практику, просто выполняйте ее, и она будет работать. Разумеется, они правы, и если при появлении каких-то странных феноменов сознания, ты начинаешь думать, что в данный момент происходит самопроизвольное возбуждение нейронов, это не приносит никакой пользы, скорее, даже наоборот. Но так сложно отказать себе в простом человеческом желании все объяснить, что невольно поддаешься искусу.
Имя Джона Лилли я также впервые изыскала в буддийских источниках. Он весьма далек от буддийской философии, но в своих исследованиях сознания, связанных с действием ЛСД, часто касается тех сфер человеческой психики, которые участвуют в религиозном опыте. Книга Джона Лилли «Programming and Metaprogramming in the Human Biocomputer: Theory and Experiments» (издание на русском языке Программирование и метапрограммирование человеческого биокомпьютера ) была написана в качестве отчета об исследованиях автора в Мерилендском исследовательском центре, где он участвовал в специальной правительственной программе. Впоследствии он признал, что это был скандальный проект ЦРУ «МКULTRA», целью которого было исследование возможностей глубинных манипуляций сознанием, таких как уничтожение воспоминаний, перепрограммирование или разрушение личности, открытие сверхвозможностей и т.п.
Когда Лилли писал свой отчет, отношение общества к опытам с ЛСД уже стало негативным, а на момент выхода в свет второго издания в 1972 (а именно его я и читала), любое применение ЛСД было законодательно запрещено. В связи с этим, перед автором стояла сложная задача: он должен был не просто изложить результаты экспериментов, но и оправдать свою деятельность. От этой книги зависела не только его личная репутация как ученого, но и судьбы его подчиненных. Время принимать ЛСД в условиях сенсорной депривации, иногда в компании с дельфинами, закончилось, нужно было подвести итог этой деятельности красиво и максимально безболезненно.
Все это объясняет Лилли в нескольких (к разным изданиям) предисловиях, в них же он подготавливает сознание читателей к возможности существования некоторых феноменов, лежащих за пределами обычного опыта. Традиционная психиатрия расценивает такие проявления как психотические и считает нужным жестко подавлять. Джон Лилли, не вдаваясь в ту базу, которая лежит за этими состояниями, напротив, находит их полезными для самоанализа и перепрограммирования «человеческого компьютера».
Лилли заявляет, что человек работает по принципу компьютера, где параллельно существует много программ разного уровня, как активных, так и временно не работающих (но могущих активизироваться при определенных условиях). Программирование осуществляется как сознательно, так и бессознательно, часть программ являются встроенными от рождения, то есть генетическими, часть – результат родительского программирования, не всегда удачного, часть – приобретается в процессе жизни. Освобождение от вредных бессознательных программ и высвобождение, таким образом, энергии, может стать одной их задач самопрограммирования.
Вопрос метапрограммирования достаточно сложен. По сути, метапрограммирование – это суперпрограмма, которая устанавливает порядок работы других программ. Для того чтобы сделать этот процесс возможным, нужно создать специальные условия, позволяющие извлечь программы, находящиеся ниже уровня восприятия, и провести их ревизию. Сенсорная депривация и употребление ЛСД как раз, по мнению автора, и являются благоприятными условиями, выводящими на поверхность сознания то, что глубоко скрыто.
Если провести параллели с буддийскими практиками, то там имеет место примерно то же самое. В обычной жизни невозможно достичь полной сенсорной депривации, но в буддийских ретритах стремятся к ней приблизиться, для этого присутствует ограничение контактов с внешним миром, добровольные обеты молчания, ограничение двигательной активности (сидение часами в одной и той же позе), часто в сочетании с темнотой. Чем меньше сигналов мозг получает извне, тем больше он замыкается на себя и начинает извлекать из своих глубин разнообразные содержания, которые могут стать для практикующего сюрпризом. Роль ЛСД, в данном случае, выполняет специальная техника, определенным образом настраивающая работу мозга.
Лилли занимает достаточно осторожную позицию при оценивании состояний, возникающих в результате опытов. Он стремится избежать крайностей, при которых человек либо отвергает этот опыт как психотический и галлюцинаторный, либо считает, что ЛСД дает возможность познать некую «высшую» реальность. Достаточно того, считает автор, что данный опыт позволяет увидеть бессознательные программы и от них избавиться. Тому, как это делается и какой именно опыт можно испытать, посвящена значительная часть книги. По мнению Лилли (и буддистов тоже), большое значение имеет наличие предконцепции, то есть нужно иметь первоначальную идею того, что именно ты собираешься испытать и исследовать. В одних экспериментах, объектом становился человеческий микрокосм, то есть происходил выход на атомно-молекулярный уровень; в других – идея некоего внутреннего присутствия, возможность управления кем-то извне (Богом? Инопланетянами?); в третьих – представления о собственном теле и внешней реальности.
Лично мне эта книга была интересная именно этими смежными с буддийскими опытами. С другой стороны, если принять во внимание, что в настоящее время психический агент, применявшийся при экспериментах, запрещен, то практическая ценность этой книги для основной массы людей крайне низкая. Да, она позволяет узнать, что возможно самопрограммирование, но в то же время не предлагает легального метода. Обычный психоанализ с его вербальными техниками не дает таких возможностей по открытию бессознательных программ, только лишь уединение, которое является обязательным условием для подобной работы, какого-то глубоко эффекта тоже дать не может. Остается только воспринять труд Лилли как довольно интересную концепцию, не имея средств ее проверить. Ну, или попробовать религиозные техники, не обязательно буддийские. Та же самая молитва является одним из средств изменения сознания, если применять ее правильно.
В любом случае, книга эта интересна как документ своей эпохи. Как сказал Кен Кизи в одном из своих интервью, у Бога определенно есть чувство юмора, если он заставил ЦРУ подсадить всю Америку на ЛСД. И еще один важный посыл присутствует в этой книге, она настойчиво предлагает преодолеть страх перед неизвестным, в чем бы оно не выражалось: в содержаниях собственного бессознательного или необщепринятых идеях, осуждаемых большинством. Чем, собственно, коллективный психоз лучше индивидуального?
Group acceptance of undemonstrated existence theorems and of seductive beliefs adds no more validity to the theorems and to the beliefs than one's own phantasizing can add. Anaclitic group behavior is no better than solitudinous phantasies of the truth. Where agreed upon truth can exist in the science of the innermost realities is not and cannot yet be settled. Beginnings have been made by many men, satisfying proofs by one.
P.S. Хотела привести также перевод этого отрывка из русского издания, но нашла его крайне неудовлетворительным, поэтому ограничусь цитатой в оригинале. По случаю, я также ознакомилась с новым электронным переизданием, предлагаемым на Amazon, оно несколько отличается от оригинала ( Programming the Human Biocomputer ), поэтому я написала на него отдельную рецензию, в которой также рассказала о различных доступных версиях книги, как на английском, так и на русском.
16 понравилось
