Цитаты из книги Комедии

На свете нет лекарств противу клеветы. Нам надо честно жить и презирать злословье, А сплетники пускай болтают на здоровье.

И тот, кто любит всех, тот никого не любит.

Женщины больше всего любят, когда на них тратятся

Знаешь, Шарлотта, нехорошо это и нечестно - не любить людей, которые нас любят.

И школа светская, хороший тон внушая, Не меньше учит нас, чем книга пребольшая.

Но раз вам по душе пороки наших дней, Вы, черт меня возьми, не из моих людей. То сердце, что равно всем безразлично радо, Просторно чересчур, и мне его не надо. Хочу быть отличен - и прямо вам скажу: Кто общий друг для всех, тем я не дорожу!

Да, правду говорят: любовь - учитель чудный, Чем не был никогда - с любовью стать нетрудно; И стоит выслушать её немой урок Переменяешь нрав, и в самый краткий срок. Любви природные преграды неизвестны; Порою действия её чудесны, Ей щедрого создать возможно из скупца, Из зверя - кроткого, из труса - храбреца; Она в ленивого живой огонь вселяет И остроумием невинность наделяет.

Ведь может быть супруг за честь свою спокоен Лишь при условии, что сам любви достоин. И если у мужей растёт кой-что на лбу, Пускай винят себя - не жён и не судьбу.

Тот, кто за суету поносит мир греховный, Не должен хвастаться своею родословной, И кто живёт постясь и вознося мольбы, Не должен поминать дворянские гербы.

Терять поклонников кокеткам тяжело, И, чтобы вновь привлечь внимание, с годами Они становятся завзятыми ханжами.

Еще немного - и я бы окончательно вылечил вас.

Тома Диафуарус. Позвольте мне также, с разрешения вашего батюшки, доставить вам развлечение и пригласить вас, сударыня, на вскрытие женского трупа, которое состоится на днях: я буду там давать объяснения. Туанетта. Нечего сказать, приятное развлечение! Обыкновенно люди водят своих возлюбленных в театр, но показать вскрытие трупа - это, конечно, гораздо более светское удовольствие.

Учитель философии. По той причине, сударь, что мы можем излагать свои мысли не иначе, как прозой или стихами. Г-н Журден. Не иначе, как прозой или стихами? Учитель философии. Не иначе, сударь. Все, что не проза, то стихи, а что не стихи, то проза. Г-н Журден. А когда мы разговариваем, это что же такое будет? Учитель философии. Проза. Г-н Журден. Честное слово, я и не подозревал, что вот уже более сорока лет говорю прозой.

Какой же это дурень отказывается от немой жены? Дал бы господь моей жене заболеть этой болезнью, я бы уж не стал ее лечить.

Жеронт. Да. Она моя единственная дочь, и я буду несчастнейшим человеком в мире, если она умрет. Сганарель. Этого она не сделает. Умирать без предписания врача не полагается.

Я вспыльчив, как сто чертей, и никакая этика меня не удержит: когда меня разбирает злость, я желаю беситься сколько влезет.

Ах, языки людские ядовиты - И не найти от них ни крова, ни защиты!

Да, в ком злоба накипела, Тому уж нет в злословии предела...