Цитаты из книги Nineteen Eighty-Four

Если хочешь сохранить секрет, надо прятать его даже от себя самого. Следует всегда помнить о тайне, но не давать ей без лишней необходимости возникать в сознании в узнаваемом виде.

ВОЙНА ЕСТЬ МИР СВОБОДА ЕСТЬ РАБСТВО НЕЗНАНИЕ ЕСТЬ СИЛА

А ведь чем старше становишься, тем тяжелее так жить, и разве это не доказывает, что естественный порядок вещей — не такой.

Такие, как ты, вымерли; мы пришли на ваше место. Ты понимаешь, что ты один? Ты вне истории, тебя не существует.

У поступков бывают такие последствия, от которых невозможно оправиться. Что-то в тебе убивают — выжигают, вычищают огнем.

Только примиряя противоречия, можно бесконечно сохранять власть.

… они могут извращать ре-альность, как им вздумается.

Спрашивать как будто больше было не о чем; еще меньше хотелось изрекать какие-то высокопарные банальности.

... он знал, что это бесполезно. Напишет он ДОЛОЙ СТАРШЕГО БРАТА или не напишет — разницы никакой. Будет поддерживать дневник или не будет — разницы никакой. Полиция мыслей и так до него доберется.

Рано или поздно всех разоблачают, и все в итоге сознаются.

Худший враг, подумал он, это собственная нервная система.

Внутреннее напряжение всегда норовит себя проявить.

«БОЛЬШОЙ БРАТ СМОТРИТ ЗА ТОБОЙ».

Власть состоит в способности унижать и причинять боль. Власть — в том, чтобы крушить человеческое сознание, а потом собирать его заново в том виде, какой тебя устраивает.

Никогда, ни по какой мыслимой причине, не пожелаешь, чтобы боль стала сильнее. Желать можно лишь одного: чтобы она прекратилась. Ничего хуже физической боли на свете нет. Перед лицом боли нет героев

Куда более естественно — длить свое существование миг за мигом, хвататься еще за десять минут жизни, даже если они неизбежно закончатся пыткой.

Если любишь кого-то — то просто любишь, а если у тебя больше нечем поделиться, все равно даришь любовь.

Даже технический прогресс сейчас возможен лишь в том случае, если его плоды можно так или иначе использовать для ограничения свобод.

В теории военные действия всегда планируются так, чтобы поглотить любые излишки, остающиеся после удовлетворения минимальных потребностей населения.

Сам по себе разврат не так уж и вреден, если ему предаются украдкой, почти без удовольствия, с женщинами низшего, презираемого класса.