Меня спасла слеза

Я должна запомнить все. Смогу ли я это сделать? Я должна. Но особенно я боюсь того, что мне не захочется ничего вспоминать.

Анжель Либи - уверенная в себе женщина пятидесяти семи лет, которая много в этой жизни успела и еще столько же хочет успеть. Она активно занимается спортом, любит поболтать с подругами о жизни, у нее замечательная семья, все прекрасно. И пусть небольшое недомогание, с каждым бывает. Когда Анжель все-таки поддается на уговоры мужа и попадает в больницу, выясняется, что она не может больше глотать и нормально дышать. Чтобы решить эту проблему, врачи погружают ее в искусственную кому на два-три дня.

Два-три дня позади, Анжель приходит в себя. Вот только вокруг темная пустота, лишь дыхание рядом. Никто ее не слышит, хотя она слышит и чувствует все, начиная от интонаций голосов и заканчивая уколами нестерпимой боли. Для всех вокруг она по-прежнему в коме. Ей больно, но ее словно никто не замечает. Она молится всем богам, но не слышит ответа. Она хочет кричать, но ее собираются списать со счетов, а мужу рекомендуют заказывать гроб. И если бы не крошечная, одна единственная слеза, кто знает, чем бы закончился путь главной героини. Но теперь перед ней стоит еще более сложная задача - научиться жить заново. Двигаться, ходить, пить, глотать, дышать, говорить - все то, что кажется обычному человеку таким простым и естественным, для нее словно чистая страница.

Изначально я предполагала, что вся история будет крутиться вокруг комы и не более того, что лишь на последних страницах Анжель раскроет глаза и будет спасена. На деле все оказалось куда жестче. Как говорится, самое сложное - это не сдаться на середине пути, перебороть в себе отчаяние и панику. Это безумно сложно в вещах повседневных, что уже говорить о здоровье и процессе реабилитации, когда ты должен подняться с колен и идти дальше, оставив позади имена всех тех, кто не верил в твои возможности.

Читать все это непросто. Здесь свою роль играет не только сюжет, но и стиль повествования - потребуется пара глав, чтобы приспособиться к кратким отрывистым предложениям в настоящем времени. В плане сюжетной канвы все тоже не идеально. Конечно, кто я такая, чтобы судить о трагедии в жизни человека, но по восприятию "Меня спасла слеза" поделила всё напополам. С одной стороны, я восхищаюсь женщиной, которая не только смогла вернуться с грани, но и нашла в себе силы не спрятать этот кошмар в самом дальнем уголке памяти и рассказала свою историю читателям. С другой стороны, порой возникало ощущение, что Анжель намеренно давит на читателя, чтобы он на все 100% окунулся в темноту беспомощности и отчаяния, которые она сама пережила. В такие моменты хотелось просто замкнуться в себе, выставить щиты и больше не позволять автору манипулировать своим сознанием. Сомнения так же вызвали и эпизоды с ночными кошмарами - до сих пор непонятно, к чему и зачем они здесь, какое значение им придает главная героиня. Но у каждого найдется свое пространство на подумать после прочтения. Например, я до сих пор размышляю над тем, что огромную роль в счастливом финале этой истории сыграл тот факт, что Анжель мало того что оптимистка и сильная личность, у нее потрясающая любящая семья. Автор сама признается, что без поддержки мужа и дочери ее шансы на успех были практически ничтожны. Каково же всем тем, кто от рождения не умеет бороться? Каково приходится тем людям, которых некому навестить?..

Как итог – небольшая книга о большом сложном путь человека, который умеет бороться до конца. Может показаться, что слишком сгущены краски и перебор с душещипательным, но циничная частичка меня молчит и носа не показывает. "Меня спасла слеза" на восемьдесят процентов состоит из воспоминаний, ощущений прошлого. Что-то Анжель будет помнить до конца своих дней, что-то записывала в дневник, что-то услышала от мужа уже после. Остальные десять процентов - наставления и прописные истины. Цените каждый день. Любите жизнь, каждую ее мелочь и эпизод. Книга далеко не на каждого читателя, особенно если вам тяжело читать реал-стори про больницы-страдания в комплекте с советами о том, как надо жить.

Как-то раз, бродя по кладбищу, я увидела детское, если правильно помню, надгробие, на котором был изображен кит. Под ним вилась горькая надпись: «Киты не умирают сами. Их губит равнодушие врачей!» Думаю, каждый может припомнить историю на эту больную тему, пусть и не с таким трагичным исходом. Но бывает и столь же, а может, и более опасная ситуация – когда врач пьянеет от своего самомнения. В том числе об этом рассказывает трогательная и в некотором смысле страшная книга Анжель Либи – при участии журналиста Эрве Де Шаландара, который помог ей рассказать миру свою историю.

Если в ваших руках жизни других людей, это не делает вас Богом.

Француженка Анжель Либи жила себе бодро, занималась спортом, не болела, не знала бед. И вдруг – боль, кома, тело стало тюрьмой. Для персонала она стала мебелью, родственникам внушали то же самое и предлагали им отключить ее от системы жизнеобеспечения, и даже посоветовали покупать гроб и прочее, что понадобится для достойных проводов. Можно себе представить реакцию мужа и дочери Анжель. Но, к счастью, у них достало ума и сил одуматься, стряхнуть с себя убеждения врачей и поставить вопрос: какого черта?

Когда Анжель все-таки пришла в себя и после долгой реабилитации вернулась к полноценной жизни, она вплотную занялась этой загадкой и была порядком удивлена. Вот в чем, друзья мои, дело: пребывая в отключке, Анжель тем не менее была в сознании. Не могла двигаться. Даже моргать. Овощ! Но сознание работало. Она слышала. Слышала и захлебывалась отчаянием. Слышала и не могла дать знать, что она жива, она здесь. Ее спасло собственное жизнелюбие – она была твердо намерена поправиться, и, пройдя через ад, она это сделала; и любовь родственников, которые верили, что она сможет, и поддерживали ее.

Возникает логичный вопрос – если Анжель думала, осознавала, почему врач так скоро поставил точку в ее жизни и заявил, что пора отключать? Неужели исследования мозга не показали активности? Позже Анжель нашла результаты исследований. Активность была. Чего не было, так это заинтересованности врачей, а ведь они – внимание! – даже не могли поставить ей правильный диагноз. Получилось как-то так – так как мы точно не знаем, что это и почему, ничего сделать нельзя, давайте отключать. Я врач, раз я не знаю, это неизлечимо. Отлично.

Обложка книги пестрит рекламными соплями о том, что любовь творит чудеса, но на самом деле посыл другой, он очень серьезный и нужный. Не каждый человек, кажущийся овощем, на самом деле овощ. И чтобы принимать решение об отключении системы жизнеобеспечения, нужно долго и тщательно проводить всесторонние исследования, а не скоренько решать, что, ребята, все, ничего больше не сделаешь. Понятно, что для врачей человеческие трагедии часто превращаются в рутину, и все же не мешало бы уметь входить в положение пациентов и их родственников. И уж тем более не решать скоропалительно вопросы человеческой жизни, которая, черт возьми, им не принадлежит.

Книга определенно нужная. Что расстраивает, так это ее подача, упертая почему-то в любовь близких, хотя, по существу, родственники Анжель повели себя ни больше и ни меньше, чем как нормальные люди, которым небезразлична судьба родного человека.

Сегодня я знаю, насколько важно говорить даже с теми, кого считаешь мертвым. Сегодня я знаю, что больной обречен, если никто не приходит его навестить.

Чудесная история Анжель Либи, история одной такой маленькой, но такой ужасной жизни на краю смерти. Каково это — ощущать себя живой тогда, когда другие уже лишили тебя всякой надежды на жизнь, а твое обездвиженное тело — всего лишь легкая декорация, закат?.. Когда ты кричишь, разрываешься от боли, а тебя никто не слышит и возможно даже не услышит? Невероятно, насколько спокойным может быть человек внешне, на больничной койке и при этом какую боль чувствовать внутренне! Я читала и чувствовала все, что переживала Анжель, было жутко. Жутко от беспомощности, от невозможности не то, чтобы даже возразить, а даже проявить какой-то признак жизни (которая на самом деле просто бурлит внутри неподвижного тела!). От неизвестности, при том, что слышишь почти каждый шорох и диалог, то есть фактически Анжель была пассивным участником даже тех разговоров, которые явно не предназначались для ее ушей. Анжель Либи помнит тот страшный период, когда даже врачи и самые родные люди стояли на раздорожье, на перекрестке, ценой которому целая жизнь, жизнь пациентки, жизнь мамы, жены и бабушки... Ужасно, когда окружающие не могут понять и определить, сколько в тебе жизни.

Больница не может быть местом, где мучают невинных.

Не имеет значения кто приходит, не имеет значения, говорят ли со мной посетители, молятся, рыдают или бормочут словно во время мессы. Мне нужны их голоса, их дыхание. Я ими питаюсь. Они — мой кислород.

В этот жуткий момент очень важно быть сильными, очень важно быть семьей, настоящей, потому что как бы ни было жутко — хоть у Анжель и главная роль, это ее жизнь и ее судьба, но от нее самой в один момент мало что зависело, ведь одно слово решало всю жизнь. Одно слово против слова специалиста. Поэтому, как отметила сама писательница, это не просто история ее судьбы, это история любви. Любви мужа, любви дочери, любви одной семьи, которая способна заметить одну спасительную слезинку, ее скептики-врачи не засчитали в пользу очков жизни, тогда когда каждая мелочь была важна. Иногда чисто интуитивно семья спасает, а не врачи, родные люди ставят главную запятую в общей судьбе. Очень важно взять такую ситуацию на себя, хоть и невыносимо тяжело. Книга сначала будто заточает в маленькой комнате, стены которой сдавливают все сильнее. В этот момент совсем непонятно, как можно выбраться из подобной ситуации, сколько нужно было иметь сил и мужества семье, женщине, друзьям, тем, кто не бросил. Зная исход, я стала приходить к тому, что на моих глазах происходит чудо, творится самое большое счастье в жизни семьи. Удивительная история, удивительная наша с вами жизнь, удивительным бывает такое страшное состояние как кома. Ко всему надо прислушиваться и слышать сердцем, чтобы не отобрать право на чудо у себя самого. О таких чудесах нужно говорить, нужно, чтобы них знали и слышали другие, и, может быть, чудо будет случаться чаще. Спасибо, Анжель Либи, нужно иметь решимость, чтобы написать такую книгу! Спасибо! Вы — героиня!

Моя история должна быть записана. Она так далека от обычной, что можно будет усомниться в ее подлинности, если она не напечатана черным по белому.