Цитаты из книги Бесстрашные

Страх еще не помог написать ни одну симфонию или поэму, заключить мирный договор, исцелить болезнь. Страх еще не вывел ни одну семью из бедности, ни одну страну — из экстаза фанатизма. Страх не спасет ни разваливающийся брак, ни прогорающий бизнес. На это способно мужество. На это способна вера. На это способны люди, отказывающиеся руководствоваться или прикрываться своей робостью. Но страх? Он загоняет нас в узилище и с лязгом захлопывает двери.

Сорвите очередное похищение вас инопланетянами — просто подойдите к ним сами.

Рождающиеся младенцы имеют полное право знать, во что они ввязываются.

Все на борту кричат, Иисус спит.

Эмоции не имеют права голоса.

Страх может наполнять наш мир, но он не должен наполнять наши сердца.

Каждый восход солнца может нести с собой новые причины для страха.

«Он... огородил меня и обложил горечью и тяготою...» (Плач 3:3, 5). Иеремия чувствовал себя в западне, словно заехавший в тупик троллейбус.

Когда вас освобождает Иисус, вы действительно свободны.

Да, мы разочаровали Бога. Но — нет, Бог нас не оставит.

Страх собственной никчемности приводит людей к тем самым результатам, которых они опасались, к той самой жизни, которой пытались избежать, активизирует
тот самый сценарий, который им так не нравился.

Бог никогда не укажет вам путь, по которому придется идти в одиночестве. Вы на пороге перемен? Предстоит открыть в жизни новую страницу?

Если бы вы разговаривали... по-
гречески, вы употребили бы то же слово, что и евангелист Иоанн в своем рассказе об
этом обетовании Иисуса — слово «alios», то есть «еще один, такой же, как первый».

«Он... измождил плоть мою и кожу мою, сокрушил кости мои...» (Плач 3:3-4).

«Я — человек, испытавший горе от жезла гнева Его. Он повел меня и ввел во тьму, а не во
свет. Так, Он обратился на меня и весь день обращает руку Свою...» (Плач 3:1-3).

Иеремия. Вот уж кого застигла буря!

Нем было ваше упование. Смелость всегда возможна.

Заучивайте слова Писания. Читайте биографии великих людей.

...заставили меня тонуть в моем личном Галилейском море. Что сталось с моей безмятежностью?

Некоторое время назад мои сердечные ритмы сбились, отстукивая какую-то морзянку, — на кардиограмме по выглядело как кривая автомобильных гонок.