Цитаты из книги Jude the Obscure

Вот если бы человеку запрещали любить, было бы куда более вероятно, что он станет любить. Если бы при совершении брачного обряда обе стороны давали клятвы и подписывали договор впредь не любить друг друга и стараться поменьше встречаться с того самого дня, как они получили законное право принадлежать друг другу, на свете было бы гораздо больше любящих пар, чем теперь.

Когда становишься старше и ощущаешь себя вдруг в центре жизни, а не точкой на её периферии, как в детстве, тебя вдруг охватывает ужас.

Странное различие существует между полами: время и обстоятельства расширяют кругозор большинства мужчин и почти всегда сужают кругозор женщин.

природа презирает особо возвышенные чувства людей и остается равнодушна к их устремлениям.

Меня подпоили, тебя тоже. Только меня одурманили джином, а тебя религией. То и другое лишает человека ясного взгляда на вещи.

Но мечты его были столь же грандиозны, сколь ничтожно окружение.

Директор школы отлучился на этот день, так-как не долюбливал никаких перемен, и не намеревался возвратиться до вечера, когда приедет и водворится новый учитель и все опять пойдет как по маслу.

Она опять посмотрела на Джуда, критически измеряя его убывающую жизнь, как она часто делала это в последнее время, и взглянув на его часы, нетерпеливо встала. Он продолжал спать, и Арабелла, приняв свое решение, тихо вышла из комнаты, так же тихо затворила дверь и спустилась с лестницы.

Для своего собственного успокоения, он поддерживал в себе искусственную веру в Арабеллу. В его глазах главное значение имела идеализация Арабеллы, а не она сама, как лаконически признавался он себе иногда.

Последняя догадалась, в чем дело, и встретив задумчивый и нежный взгляд своего поклонника, разразилась вульгарным и торжествующим смехом беззаботной женщины, понимающей, что она выигрывает свою игру.

И не недостаток воли, а бедность привела меня к поражению. Потребовалось бы два или три поколения, чтобы сделать то, что я пытался сделать в течение одного, и мои побуждения, мои привязанности, — быть может, их следовало бы назвать пороками, — были слишком сильны, чтобы человеку непривилегированному удалось стать одним из достопочтенных граждан страны, ибо для этого ему следовало бы быть холодным, как рыба, и эгоистичным, как свинья.

Не задавайте вопросов — не услышите лжи.

Как несносно, когда людей считают дурными только потому, что они хотят жить по-своему!

Муж стоял неподвижно и глядел на жену. Жизнь их загублена, думал он; загублена потому, что они совершили главную ошибку — вступили в брачный союз, приняв за постоянное чувство мимолетное увлечение, не имеющее ничего общего с тем душевным сродством, которое одно лишь делает сносной совместную жизнь.

не все ладно в общественном устройстве, которое заставляет отказаться от тщательно продуманных планов и закрывает перед человеком единственную возможность проявить себя существом высшего порядка и внести свою лепту в дело общего прогресса своего поколения

Если под влиянием чувства принципы могут пошатнуться в одну сторону, то они так же легко могут пошатнуться и в другую.

Хозяин квартиры, до которого дошли странные толки о поселившейся у него парочке, усомнился, женаты ли они вообще, в особенности когда увидел, как однажды вечером Арабелла целовала Джуда, хлебнув немного спиртного. Он уже подумывали отказать им от квартиры, но как-то вечером услышал, как Арабелла нещадно ругала Джуди и в довершении запустила ему в голову башмаком. Это убедило его в том, что его жильцы состоят в законном браке, и, заключив, что они вполне порядочные люди, он ничего и не сказал.

Многие сошли с ума из-за женщин и сделались рабами через них. Многие погибли, и сбились с пути, и согрешили через женщин… О мужи! как же не сильны женщины, когда так поступают они?

Жестокость — закон, господствующий в природе и в обществе, и мы при всем своем желании не можем его обойти!

Не задавайте вопросов - не услышите лжи.