Среди достопамятных юбилеев 2014 года рискует затеряться двухсотлетняя годовщина открытия Венского конгресса. И дело не в том, что о крупнейшем дипломатическом съезде позапрошлого века забыли, просто день его официального открытия трудно определить. Всю осень 1814 года в столицу Австрии съезжались представители больших и малых стран Европы, потом вроде бы начались заседания, затем все перессорились и отложили открытие на месяц, а в итоге начали работу только в январе. Поначалу же монархи, дипломаты, князья и графы, герцоги и бароны кружились в новомодном вальсе, угощались деликатесами лучших венских поваров, пикировались в салонах, кулуарничали понемногу. Дотанцевались в итоге до того, что отдали царю Польшу, а прусскому королю - Вестфалию, поклялись в священной любви друг к другу и разъехались собирать войска для новой войны с Наполеоном. После отречения от престола французский император поселился было на Эльбе, но не выдержал провинциальной скуки и отправился в последний поход на Париж, к вечной славе и краху под Ватерлоо. Рассказ о Ста днях в книге Дэвида Кинга идёт параллельно с событиями конгресса, а в конце выходит на первый план, и автор, не в силах устоять, любовно и детально описывает последнее сражение императора. Всеевропейское "чудовище" было повержено и пришёл мир, такой долгий, какого не помнили отцы и не увидят потомки делегатов конгресса.
Для тех, кто не в теме: Исследование Дэвида Кинга необычно тем, что легко увлекает даже самых далёких от темы читателей. Главные действующие лица - Александр I, Меттерних, Талейран, Каслри, Наполеон, Гумбольдт и другие - изображены, как герои романа, влюблённые, порывистые, страстные, мало напоминающие стереотипных дипломатов с холодной головой и протокольными фразами. Клемент Меттерних был беззаветно влюблён в блестяще образованную и ослепительную Вильгельмину де Саган, хозяйку самого популярного салона, и слал ей горячие послания в дни тёплой венской осени. Её соперница, вдова Багратиона "блуждающая княгиня" Екатерина также добивалась внимания Меттерниха, от которого родила дочь четырьмя годами ранее, и организовала "конкурирующий" салон. За обеими дамами ухаживал русский царь, надеясь выведать секреты Австрии (как утверждается в исторических исследованиях), а госпожа де Саган настойчиво пыталась добиться у Александра возвращения своей дочери от генерала Армфельта, жившей в Финляндии. С такими-то страстями не до скучной бумажной работы! И это только одна из многочисленных линий повествования. Кинг разворачивает сразу множество сюжетов: от концертов Бетховена до пожара в доме князя Разумовского, от перипетий шпионажа за делегатами конгресса до анекдотов о тучности короля Вюртембергского. За чтением увлекательных подробностей легко забыть, что речь идёт вообще-то о мировой политике и судьбоносных решениях.
Для тех, кто в теме: Любовное настроение и венские вальсы всё же не помешали делегациям (во многом благодаря второстепенным, но усердным сотрудникам) осуществить задуманное и перекроить границы Европы. Талейран в сложнейшей ситуации сумел восстановить международный престиж Франции, хотя ему активно мешали действия Наполеона и ворчание пруссаков. Англия сохранила захваченные опорные пункты и осталась "владычицей морей", Россия получила беспокойную прусскую часть Польши, а Австрия - вечно бунтующую Италию. Больше всех выиграла Пруссия, к которой отошли земли с огромным экономическим потенциалом, левобережье Рейна, заложившие основу будущего германского единства. В книге Кинга основные противоречия между державами раскрываются в острых диалогах дипломатов и красноречивых жестах, вроде несостоявшейся дуэли Александра I и Меттерниха. Территориальному вопросу отводится столько же места, сколько проблеме ограничения работорговли и реституции захваченных французами произведений искусства, что весьма непривычно для отечественного читателя, воспитанного на внимании к "чаяниям народов" и освободительной борьбе. Осторожность при чтении не помешает и истым патриотам: русские и царь ненавязчиво, но постоянно выставляются агрессивными, коварными и несговорчивыми, в противоположность гостеприимным австрийцам и храбрым демократичным англичанам. С этим, видимо, уже ничего не поделаешь - тут и новый конгресс не поможет.
Общая оценка: "После обеда мы поделим Саксонию, а вечером - к госпоже де Саган!"
26 понравилось
